Запретное влечение

– Посмотри на меня, – ответила я, делая шаг назад и разворачиваясь к Нате. – Разве так ходят на свидания?
Мне не хотелось, чтобы Ариф думал, что я нарядилась специально для него. Поэтому старалась выглядеть максимально повседневно: надела джинсы-трубы, свободно сидящие на бедрах, и белую футболку с открытым плечом. Волосы собрала в высокий хвост, а глаза лишь слегка подводила лайнером и немного коснулась ресниц тушью.
Я улыбнулась, стараясь скрыть внутреннее волнение от подруги. Она скептически приподняла одну бровь.
– Ил, – произнесла она с серьёзным выражением, – этот парень настоящий маньяк! Ходячий красный флаг! Тебе стоит держаться от него подальше.
Её глаза были полны беспокойства. Весь день Ната возмущалась тем, как он обошёлся с нами. Рассказала, что после того как меня высадили на парковке, парни спросили её адрес и привезли домой. Но она, как и я, была напугана. Долго не могла понять, что происходит. Даже хотела обратиться в полицию. Только после моего звонка, убедившись, что со мной всё в порядке, успокоилась.
– Знаешь, а красный мне к лицу, – пошутила я. Но Ната не оценила моего чёрного юмора.
– Как знаешь, ты уже взрослая девочка, – бросила она и пошла к дивану. – Только учти: когда ты будешь плакаться мне, я тебе припомню, что предупреждала.
– Договорились, – я снова заулыбалась, стараясь разрядить обстановку.
Я понимала и разделяла страхи подруги. Но не могла отказаться от встречи с Арифом. Мне было любопытно и безумно интересно узнать, что он имел в виду, когда говорил о приключениях этим вечером.
Я и приключения! Вы только подумайте: ну, когда мне ещё выпадет шанс быть настолько свободной? Бабушка скоро вернётся, и моё заточение продолжится. Поэтому я хотела взять максимум от этих трёх дней.
– Натусь, поверь: если бы он был опасен, папа никогда бы не позволил ему и его семье приблизиться к нашему дому, – озвучила я свои мысли. – Да, он немного грубый и деспотичный, но мне кажется, он мне нравится.
– Я уже поняла, что тебе нравится этот деспот, Ил,– закатила она глаза. – Прошу тебя только быть осторожнее.
Я кивнула ей. Я знала, что Ната заботится обо мне, но внутри меня возникало смятение. Ариф действительно мог вести себя непредсказуемо. Но что-то в его харизме манило меня и заставляло забыть обо всём на свете.
Ведь ночью он не тронул меня. Да, накричал и наговорил много обидных слов, но не приставал и не делал ничего против моей воли. Всё, что происходило в нашем доме, было с моего молчаливого согласия. Я ведь дочь партнёра его отца и не думаю, что он может навредить мне.
– Я просто хочу узнать его получше, – произнесла я тихо. – Может быть, он не такой уж плохой.
Подруга вздохнула, встала с дивана и подошла ближе. Положив руку мне на плечо, словно пытаясь передать свою поддержку, сказала:
– Хорошо, Ил, только пообещай, что если что-то пойдет не так, ты напишешь или позвонишь мне, ок?
– Конечно, – уверила я подругу, и мы обе немного расслабились.
Пока я ждала Арифа, решила позвонить папе и поговорить с ним и бабушкой. Они не звонили с тех пор, как уехали. Обычно бабушка не позволяла мне оставаться одной, и я всегда её сопровождала, но в этот раз всё было иначе. Всем было известно о моём страхе перед похоронами и кладбищем. Я ничего не помню, но бабушка рассказывала, что когда умерла моя мама, я очень испугалась, когда меня, маленькую девочку, взяли с собой на кладбище. Я видела, как тело мамы придают земле. Папа в тот момент был убит горем и не смог проконтролировать ситуацию; кто-то из взрослых решил, что я должна проститься с мамой таким образом. У меня случилась настоящая истерика, и после этого несколько месяцев у меня были проблемы с речью и сном. С тех пор меня никогда не брали на кладбище к маме или на похороны родственников. Моя мама была похоронена на родине, и папа каждый год на годовщину её смерти летал туда один.
Из-за смерти сестры бабушка выглядела очень плохо – была заплаканной и уставшей. Перекинувшись со мной парой слов, она ушла спать. Я немного поговорила с папой, рассказала, как прошел наш день с Натой, узнала, как обстоят дела у него. Папа практически всегда работал. После смерти мамы он так и не женился. Хотя бабушка постоянно его на это подталкивала. Она говорила, что он ещё слишком молод чтобы быть одному и что ему необходим сын, наследник.
  
Когда папа отвечал ей, что у него есть ребенок, который всё унаследует. Она только фыркала, считая, что девочка не может продолжить род своего отца, нести его фамилию. У неё были весьма странные и старые взгляды на жизнь. Я восхищалась папой, его преданностью, моей маме. Хотя, была бы рада, если бы он женился вновь и был счастлив. Да и против братика ничего не имела.
***
С Натой мы сидели за столом, потягивая чай из кружек с забавными принтами, когда телефон издал звук уведомления. Это был Ариф.
«Жду тебя внизу у подъезда подруги», – написал он.
Внутри меня мгновенно вспыхнуло волнение, словно кто-то поджег фитиль. Я быстро распрощалась с Натой и спустилась вниз. Как только я вышла на улицу, свежий воздух ударил мне в лицо. Было ветрено и немного прохладно. Пока я шла, моё сердце колотилось, как будто пыталось вырваться наружу. Я огляделась и сразу же наткнулась на него.
Ариф стоял у машины – не той BMW, на которой он привез меня утром, а у синего спорткара. Машина выглядела блестяще и агрессивно, с низким силуэтом и гладкими линиями, придающими ему мощный вид. Кузов автомобиля сверкал даже в темноте; это была явно гоночная машина.
– Вау! – воскликнула я, когда подошла к нему. – Какая крутая тачка!
Я начала рассматривать автомобиль, пытаясь выяснить марку. Но никаких опознавательных знаков не было.
– Нравится? – Ариф повернулся к машине, его темные глаза искрились гордостью.
– Ещё бы, – заулыбалась я с восторгом, – Она потрясная! Какая эта марка? – нахмурилась я так и не поняв этого.
Я любила красивые скоростные тачки, пока выбирала свою, рассмотрела множество вариантов.
– Это Mercedes-Benz SLS AMG переделанный под гоночную— ответил он, похлопывая по капоту и обнажая ряд белоснежных зубов, – Ну что твоя великолепная попа готова к приключениям? Заползай в тачку Змейка, – открыл дверь передо мной.
Я взглянула на него с укоризной, пытаясь подавить улыбку.
– Ты в своём репертуаре, —сказала я.
Сев в машину, я глубоко вдохнула, ощущая знакомый запах кожи. Мои пальцы легли на холодную панель, и я провела по ней, желая ощутить под пальцами всю мощь, которую таила в себе эта машина. Я взглянула через лобовое стекло на Арифа. В тусклом свете фар он выглядел почти мифически, его черты лица были четкими и выразительными, а игра света и тени придавала ему какое-то демоническое очарование.
Он шагал к двери машины, джинсы, идеально облегали его стройные ноги, и простая черная футболка, подчеркивала его широкие плечи. От него исходила такая уверенность, будто он точно знает, какое впечатление производит на меня.
–Значит, ты любишь скорость? – спросил Ариф, когда мы выехали с двора подруги и влились в поток машин на дороге.
Все это время я украдкой наблюдала за ним. Этот парень умудрялся даже за рулем выглядеть сексуально. Он управлял машиной спокойно и уверенно, будто они были одним целым механизмом. Я засмотрелась на то, как его сильные, накаченные руки, обвитые венами и сухожилиями, сжимают баранку руля.
– Откуда ты знаешь? – удивилась я.
– Твой отец любит поболтать о тебе. Он делился с моим, что боится, что ошибся, подарив тебе тачку. Говорил, что ты гоняешь.
Ариф взглянул на меня, словно хотел удостовериться, так ли это.
– Вот что бывает, когда ты единственный ребенок в семье: гиперопека и прочее, – усмехнулась я. – Папа панически боится за меня. Но я не скажу, что я прям гоняю – иногда превышаю скорость. Но да, я люблю быструю езду. Адреналин в крови и прочее…
– Да, есть такое, – криво усмехнулся Ариф.
Несмотря на то что было уже поздно для пробок, машин на дороге было немало, и нам приходилось ехать с небольшой скоростью. Я всё еще не знала, куда мы держим путь, но, если честно, мне это было не важно.