Что мы натворили (ЛП)
— Я берегла обезболивающие таблетки. Прятала их. Накопила больше пятидесяти.
— Ты хотела принять их все за раз?
— Но это не сработает. Я поняла это после ванной. Это не сработает.
— Я не понимаю, чем могу помочь. Если ты не можешь умереть, тогда что я могу сделать?
Сильвер поднимает кинжал, который Кейт обронила, когда они бросились обниматься, и отдает его Кейт рукояткой вперед. Смыкает на нем пальцы растерянной Кейт. Кейт опускает взгляд. Клинок изготовлен из латуни и замысловат, на металле выгравирован дракон с перламутровыми глазами. Его хвост обвивает рукоятку и возвращается ко рту, образуя чешуйчатый замкнутый круг.
— Знаешь, что говорит дядя Марко?
— Что?
— Что для всего есть свой хак.
— Наверное, так.
— Мама, — говорит Сильвер. — Ты мой хак.
Глава 88
Дым&сияние
«Липворт Фаундейшн». Йоханнесбург, 2036
— Давай же, Кейт, — говорит Зак, вглядываясь в ее лицо. — Давай. У вас заканчивается время.
Мэлли врывается в двери операционной и видит, что его сестра и мать лежат без сознания на больничных каталках. Он застывает на месте.
— Что вы, бл*ть, с ними сделали?
— Успокойся, Мэлли, — просит ДаркДок, подняв ладонь. — Мы им помогаем.
Арронакс и Вега тоже входят в комнату, следом за ними еле ковыляет Кеке.
— Зак! — кричит Кеке, ее глаза искрятся, несмотря на явную боль.
Зак поднимает взгляд и улыбается.
— Кеке.
Арронакс смотрит на тела.
— Мы должны переместить их.
— Мы не можем, — отвечает Морган. — Нет, пока они находятся в погружении. Слишком рискованно.
— Мы должны.
— Что, если возникнет разрыв связи? Лучше подождать.
— Послушай меня, — говорит Арронакс. — Мир снаружи превратился в хаос и становится только хуже.
— Нас преследуют, — сообщает Мэлли, вспоминая о Говендере и тех, кому тот без сомнения рассказал об Арронакс. — Это лишь вопрос времени, когда они найдут нас.
— Кто? — спрашивает Зак.
— Охотники на ботов.
— Из-за меня, — поясняет Вега.
— Не из-за тебя, — возражает Мэлли. — А из-за того, что они недоумки, у которых ума меньше, чем у тебя в одном мизинце.
— Я убила человека, — заявляет Вега.
Кеке пялится на нее.
— Что?
— Это была самооборона, — говорит Мэлли. — Вега спасла мне жизнь, но теперь они хотят сделать с ней ВО.
Зак хлопает ресницами и мотает головой. Несмотря на то, что он помнит, где когда-то жил, многое в этом странном мире 2036 года для него в диковинку.
— Вернуть отправителю, — поясняет Морган. — Силам специального реагирования было приказано отлавливать всех бродячих ботов. Проблема в том, что невозможно понять, неисправен ли андроид, просто посмотрев на него, так что теперь они арестовывают всех без разбора.
— Если бы вместо этого они занимались охотниками на ботов, пользы было бы больше.
— Мэлли, — мягко укоряет Морган. — Мне кажется, ты не понимаешь серьезности происходящего. Специальная полиция…
— Я понимаю! Я не ребенок! Но, если…
— Вирус V1R1S распространяется быстрее, чем любая пандемия в истории. Ходят слухи, что уровень распространения вируса равен одной тысячи. Одной тысячи! Ты знаешь, что это значит? Это значит, что один неисправный робот заразит еще одну тысячу.
Даркдок бледнеет, словно он тоже не понимал значения V1R1S, пока не произнес этого вслух. Все происходит слишком быстро.
Арронакс подходит к внешней стеклянной стене и смотрит вниз на город, который они только что пересекли. Пожары дымятся и сверкают. Апока-пираты швыряют камни в витрины магазинов и крадут ювелирные украшения, которые им никогда не понадобятся. Бродячие боты и технонацисты вступают в бой на улицах, вооруженные «Векторами», тазерами, револьверами, и в рукопашную.
— Нам всем нужно переместиться в убежище.
— Ты не упоминала, что здесь есть убежище, — говорит Морган.
С нижних этажей здания доносится шум, система безопасности долго не выстоит.
— Их небезопасно перемещать, — говорит Морган, — но оставаться здесь еще опаснее.
Зак отстегивает каталку Сильвер, а Темный Док отстегивает Кейт. Арронакс показывает путь.
— Я думал, что Сет к этому моменту уже будет здесь, — тихо произносит Зак. — Он должен быть здесь, чтобы все сработало.
Бернард соглашается ворчанием.
— Чтобы сработало что? — спрашивает Кеке.
— Ничего.
Кеке резко разворачивается лицом к Заку.
— Не похоже на ничего.
— Скажу по-другому. Тебе переживать не о чем.
Кеке подозрительно косится на него.
— Я буду следить за тобой, Закери Гердлер.
— Я услышал, — отвечает Зак.
— Я не шучу, бл*ть. Я слежу за тобой, как орлица.
— Черт, я так скучал по тебе, — произносит Зак.
Их взгляды на секунду встречаются, но они продолжают путь.
Стальные каталки грохочут по широкому белому коридору.
Глава 89
Тело, превращающееся в лед
Арронакс получает срочное сообщение от анонимного источника в национальной южноафриканской полиции. Думая, что там сообщается о бреши в безопасности от рук Говендера, она открывает сообщение и сразу же жалеет о своем решении. Арронакс пытается закрыть его, удалить, но уже слишком поздно. Дрожащими руками, она выключает интерфейс. Кто бы ни взломал ее, он уже получил доступ, его не отключить. Он узнает, кто она, что она сделала и сообщит всем, и для нее это станет концом всего. Ее тело превращается в лед.
Глава 90
Драконий клинок
«Вайт Меззанин», 2036
Кейт ощущает вес клинка в своей ладони.
— Я не стану тебя убивать.
— Это единственный способ, — говорит Сильвер.
— Должен быть другой путь.
— Его нет!
— Так не может быть.
— Ты не убьешь меня. А спасешь. Если ты этого не сделаешь, я застряну здесь навечно, и знаешь что? Я скорее умру! Лучше умру сто раз, чем останусь в этом месте.
Наконец, к ее щекам приливает немного краски. В ее глазах плещется свирепость.
— Пожалуйста! — просит она. — Пожалуйста, мама. Я не могу сделать этого сама. Ты должна сделать это вместо меня.
— Ты же знаешь, что я не могу! ― Кейт бросает кинжал на кровать. — Как я могу?
— Как ты можешь? Подумай обо мне! Подумай обо мне в реальном мире, застрявшей в своем бесполезном теле навечно.
Кейт хватается за голову, словно ее прохладные ладони не дадут голове взорваться от раздумий.
Это безумие. Это огромное безумие. Все это сон. Должен быть сон.
Таймер Кейт начинает отсчет последних девяти минут.
— Девять минут, — сообщает Кейт.
Сильвер подбегает к драконьему кинжалу и вновь вкладывает его в руку Кейт.
— Мы должны сделать это сейчас. Прямо сейчас.
— Как?
— Прямо мне в сердце. Так быстрее всего.
— Я не могу! — кричит Кейт.
— Перестань быть такой эгоисткой!
Кейт выплевывает.
— Что?
— Ты не можешь этого сделать из-за себя! Из-за того, что будешь чувствовать. А не из-за того, что это значит для меня.
Кейт трясет.
— Пожалуйста, мама. Пожалуйста. Я прошу тебя освободить меня.
Восемь минут.
Семь с половиной.
Кейт тяжело сглатывает.
— Ляг на постель.
Сильвер рыдает от облегчения и ложится на каталку, широко распахнув глаза. Таблетки сыплются на пол. Сильвер складывает руки вместе над животом. Ее волосы рассыпаются — серебряные нити на белой подушке.
— Спасибо! — произносит она между рыданиями. — Спасибо, тебе, мама.
— Ш-ш-ш, — успокаивает Кейт. — Не говори ничего.
«Пока я не передумала».
«Не говори ничего».
«Это не по-настоящему».
«Я не убиваю ее. Я освобождаю ее».
Все же кинжал ощущается слишком тяжелым в ее руке.
Семь минут.
— Я готова, — сообщает Сильвер. — Я люблю тебя.
Глаза Кейт жжет. Она снова сглатывает и поднимает кинжал обеими руками.