Конторщица 4 (СИ)
Так и я. Терпела, терпела, вяло огрызалась Альбертику и остальным, до тех пор, пока Римма Марковна меня окончательно не достала.
И я рассердилась.
В таком вот недобром состоянии я пришла на работу.
Переступив через стопку бумаг на полу (мы с Людмилой вчера так и не закончили сортировку документов), я подошла к коммутатору и нажала кнопку вызова:
— Людмила, а зайди-ка ты ко мне.
Я как раз просматривала бумажную текучку, как в дверь осторожно поскреблась моя секретарша.
— Можно? — в дверь просунулось смущённое лицо.
— Заходи, — велела я, не поднимая глаз от бумаг. — Так. Записывай график работ на сегодня. Готова? Пиши. Первое. Позвони секретарю Быкова Льва Юрьевича, согласуй с ним встречу на сегодня-завтра. Лучше — во второй половине дня. Сразу же сообщи мне, на какое время договорились. Далее, на завтра — созвонись с секретарем Барабаша Сергея Петровича. Это заместитель Плечевого. Ты знаешь кто это?
Людмила отрицательно покрутила головой.
— Это председатель областного профкома, — пояснила я и нахмурилась, вспомнив, как они втроём приглашали меня в баню и как некрасиво всё получилось. — Так вот, проси встречу с Барабашом. На любое время, какое ему удобно. Поняла?
Людмила кивнула, старательно записывая всё в блокнотик.
— Далее, свяжись с Иваном Аркадьевичем. Только не с рабочего телефона. Сходишь на телеграф, — я порылась в сумочке и вытащила пару купюр, — закажи переговоры, спроси, на какой номер телефона ему вечером позвонить.
— А какой у него рабочий номер телефона? — робко пискнула Людмила, — куда звонить?
— Высшая партийная школа. В Москве, — со вздохом ответила я, — это всё, что я знаю. Спроси у Антонины, в любом случае он через отдел кадров часть документов оформлял. Они там должны знать. Если спросят зачем интересуешься — скажешь для заполнения формы к отчёту Р-7, там нужна информация о всех стажировках и повышении квалификации сотрудников. Где-то методические рекомендации по отчёту здесь лежали… если что — покажешь таблицу эту. Да где же она⁈ Чёрт, ничего найти невозможно в этом бардаке теперь!
— Лидия Степановна! У меня тоже есть эта методичка. Я возьму свою.
— Вот и славно. Возьми, не забудь только. Значит, узнаешь у неё, на какой конкретно факультет он уехал учиться, закажешь через телеграф методический кабинет этого факультета. Позвонишь, оставишь ему сообщение и время, когда ты перезвонишь. Затем после обеда перезвонишь опять. Думаю, поймаешь его рано или поздно. Поняла?
— Да, — усердно закивала Людмила.
— Дальше, — я задумалась. Чёрт, наш местный профком и партком под каблуком Альбертика. Здесь особо ничего толком-то и не выйдет. Значит, нужно переступать через голову, только изящно. И желательно не своими руками. Вот только как это красиво сделать?
И тут меня осенило:
— Людмила, ещё такое. У нас в депо есть же отряд «Комсомольский прожектор»?
— Да.
— А кто там руководит?
— Андронов вроде бы, — неуверенно ответила Людмила. — Или нет, наверное, Сверчков.
— А почему так неуверенно?
— Дак формализм у них, — вздохнула она, — максимум, это с красными повязками на танцах подежурить могут, да и то, в основном из-за того, чтобы за билеты не платить. А так там не особо они что-то делают.
— Тогда Андронова этого или Сверчкова ко мне прямо сейчас. А лучше — обоих. И срочно — рявкнула я, — выполняй!
Людмилу словно ветром сдуло.
Я ухмыльнулась и вернулась к поточным документам.
Буквально через минут пятнадцать ко мне в кабинет опять поскреблись.
— Войдите, — разрешила я, не отрываясь от записей.
В кабинет вошла Людмила. За ней — двое парней, лет по восемнадцать-двадцать. Один, более развязный, с кучерявым чубом, лоснящимся породистым лицом и нагловатым виляющим взглядом, он был одет словно с советского агитационного плаката, в качественный двубортный костюм. Второй — тощий, нескладный, в замызганной спецовке. Его прическа давно просилась к парикмахеру, а лицо выглядело, словно прыщеватая подушка. Зато взгляд у него был открытым, хороший был взгляд.
— Здравствуйте, — первым поздоровался наглый и широко улыбнулся. — Людмила сказала, что вы нас вызываете.
— З-з-здрасти, — выдавил из себя нескладный и покраснел. Оказалось, что он еще и заикается.
— Здравствуйте, товарищи, — я строго взглянула на них. — Насколько я понимаю, вы являетесь руководителями отряда «Комсомольский прожектор» от нашего предприятия?
— Руководитель — это я, — важно заявил наглый и снисходительно кивнул на нескладного, — а Сверчков — мой заместитель.
— Замечательно, — сказала я и разрешила, — присаживайтесь, товарищи. Разговор, очевидно, будет долгим.
Юноши осторожно присели. Людмила, потоптавшись и, видя, что я её не гоню, пристроилась на стульчике в уголке.
— Итак, я внимательно слушаю, — бросила я равнодушным тоном и переложила пару листков в другую стопочку, где были отсортированные документы.
— Что? — не понял Андронов.
— Расскажите, чем вы занимаетесь? — я наискось черканула резолюцию в очередном формуляре и отправила его в самую маленькую стопочку, где были документы с пометкой «на контроле».
— Мы сотрудничаем с органами контроля, устраиваем рейды-проверки, дежурства…
— Проверки чего?
— Всего, что касается актуальных проблем народного хозяйства, а именно — соблюдения режима экономии, повышения качества продукции, внедрения новой техники, охране природы, улучшения работы предприятия… — заученными фразами торопливо отбарабанил Андронов.
— Замечательно, — похвалила я и задала вопрос, — а теперь давайте конкретизируем, какие именно актуальные проблемы народного хозяйства вы проконтролировали, ну, скажем, за последний месяц?
— Ну… — замялся Андронов и посмотрел на Сверчкова.
— Я слушаю.
— Эм…
— Ладно, тогда хоть за последний квартал?
— На этот вопрос ответит мой заместитель, — торопливо перевалил ответственность на плечи Сверчкова Андронов.
Я перевела взгляд на Сверчкова. Неожиданно тот не подкачал и ответил довольно внятно. Ответ портило лишь заикание.
— Лидия С-с-степановна, — наш отряд с-с-создан в депо «Монорельс» по с-сути ф-ф-формально, — на с-самом деле мы в ид-деале должны всё это вып-п-полнять. Но наш вклад ограничивается лишь д-дежурствами.
— Где дежурите?
— Н-н-на танцах, — покраснел Сверчков и потупился.
— И это всё?
— Д-д-да.
— Лидия Степановна, мы планируем принять участие во Всесоюзном фестивале… я поеду в Москву выступать с докладом… — начал было воспрянувший духом Андронов, но я перебила.
— Благодарю, товарищ Андронов. Можете быть свободны.
Тот побледнел, покраснел и направился к двери. За ним потянулся Сверчков.
— А вас, товарищ Сверчков, я попрошу остаться, — невозмутимо ответила я и подчеркнула важную информацию в следующем документе.
— Задержитесь, пожалуйста.
— Но Сверчков заместитель! Руководитель — я, — попытался восстановить справедливость Андронов.
— Я слышала это уже. Всего доброго, товарищ Андронов. Идите работайте.
После ухода руководителя отряда «Комсомольский прожектор», я подняла глаза на Сверчкова:
— Сколько человек в отряде?
— В-восемь, — запинаясь, ответил Сверчков.
— Надёжных сколько?
— Д-двое.
— Значит так, берёшь этих двоих, и после работы едете в Орехово, — велела я, — знаешь, где это и как добраться туда?
Сверчков кивнул.
— Не забудьте взять с собой удостоверения. Там постарайтесь аккуратно, я подчёркиваю — очень аккуратно, чтобы сторож ничего не заподозрил, осмотреть территорию нашего комплекса для отдыха. Меня интересуют здания. Точнее степень износа этих зданий. Завтра утром ты должен ответить мне на вопрос — при первичном визуальном осмотре, подлежат они сносу по ветхости или аварийности, или нет? Задание ясно?
Сверчков опять кивнул.
— И главное — на работе тоже не должен никто знать. Особенно Андронов. Это понятно?