Профессиональный оборотень. Книги 1-10. Компиляция (СИ)

По правде, парень пошел ва-банк, так как наверняка и понятия не имел, сколько у короля с собой денег. Но дьявол наверняка поддал бы ему хорошего леща, если бы тот не выполнил его приказа продать манускрипт за столь обожаемое им число.
— Ну тогда за шестьсот шестьдесят шесть медных грошей, — поспешно поправился парень, видя по холодному взгляду короля, что тот утрачивает интерес к манускрипту из-за несговорчивости продавца, знавшего, что имеет дело с самим Рудольфом, и при этом имевшего наглость спорить.
— Может, перекупим, хорошая цена?! — спекулятивно предложила я, дернув мужа за рукав.
— Молчи, глупая, это не тот случай, где мы можем вмешиваться в ход истории! — напыщенно возразил хвостатый умник, отпихивая меня передними лапками.
Мы продолжали с напряжением следить за королем и торговцем, но еще больше нас привлекал манускрипт, кончик которого демонстрировал из-за пазухи коварный торгаш, чтобы удержать на крючке клюнувшего на букинистическую редкость властителя.
Экономный король на сей раз недолго колебался, такая большая скидка явно покорила его сердце и расчетливый немецкий ум. Он даже не придал значения тому, что несимпатичное число так и не изменилось. Отсыпав меди, он получил желанный том с картинками, любовно погладил его по задней обложке и спрятал под плащ, после чего развернулся на каблуках и пошел в Пражский град.
— Дорвался старичок до антиквариата. Ну теперь пришло время перехватить торговца! — потер руки командор, оборачиваясь к парню. — Эй, где он? Вы не видели, куда он делся?!
На месте, где только что стоял оборвыш, сейчас валялся только один его деревянный башмак. Черт, это же все-таки не Голландия, где же сам парнишка?
— Наверное, удрал за угол. Давайте лучше догоним его, адрес короля нам известен.
Ага, а за углом его уже и след простыл, торговца нигде не было видно, когда и куда он мог деться, ведь я глаз с него не сводила… Ну может, только на мгновение перевела взгляд на манускрипт, исчезающий у короля за пазухой.
— Упустили, а жаль… Этот подозрительный «букинист» явно мог нам многое порассказать. Если правильно расспрашивать, конечно.
То есть применив нашу новую методику — красноречие говорящего кота. Самые отъявленные преступники обычно раскалываются, услышав от него спокойное: «Ну что, дорогой мой, сами будем рассказывать или позовем полицию?»
Среднестатистический человек бывал настолько потрясен тем, что кот говорит, причем внушительно и с достоинством, что выкладывал все как на духу, даже не думая звать адвоката.
Может, это и к лучшему, к примеру, у нас на Базе единственным юристом был грифон Рудик, вряд ли бы кто-то почувствовал себя увереннее, когда он усаживался рядом и, раскрыв клюв, клекотал: «Ну мне-то, дорогуша, вы можете рассказать все…» Так что ныне бедняга Рудик незаслуженно прозябал без адвокатской практики, найдя призвание в другом…
— Нет, мы поймаем этого коммерсанта! Черт, да он как сквозь землю провалился, — привычно бубнила я, оставив ребят позади. — Но мы же профессионалы, мы его поймаем! И я сама ему… Вэк!
Я на полном ходу врезалась в крупного мужчину с двумя корзинками продуктов в руках, больно стукнувшись лбом о его грудь, твердую как скала. На нем не было ни клочка одежды, отсутствовало мужское достоинство, что я (бррр!) невольно заметила сразу, хотя главная его странность заключалась в другом. Он казался целиком вылепленным из материала, больше всего смахивающего на глину. Алекс, подоспев, поспешно прикрыл меня спиной. Но это существо не обратило на нас никакого внимания, даже головы не повернуло, целеустремленно прошествовав мимо со своими корзинами. Средневековая система доставки продуктов, да?
— Это был пражский Голем, деточка.
— Сама знаю, — огрызнулась я, потирая шишку на крепком лбу. Точно, Голем, читала ведь в свое время, правда думая, что все это сказки.
— Но важнее другое, где наш книгопродавец раритетных изданий? — с сердитым упрямством воскликнул не любящий терпеть поражений в сыске Пушок.
— Хотите купить редкую книгу? А вон женщину растрепанную видите? Да-да, ту самую, с безумными глазами, все время косящими на юг. Обратитесь к ней.
 
Сказавший это мужчина, по виду бочар, потому что на плечах у него висели связки обручей, почему-то странно перекривился, что, видимо, должно было означать улыбку. Ха, ведь он только что понял, что невольно ответил на вопрос не человека, а кота!
— Но эта тетка жутко похожа на ведьму, — нервно прошептала я, когда мы развернулись к одетой в черные лохмотья и злорадно ухмыляющейся у перил старухе. Да нам и с моста-то уйти толком не удалось, как вот еще один продавец книг — видно, люди тут любят читать… А книготорговцы сплошь от дьявола!
Мой муж посоветовал мне не трусить и подтолкнул вперед, чтобы я училась. Но эта ведьма (а кто же она еще с таким длинным, торчащим изо рта клыком?!), словно почувствовав наш интерес, подскочила к нам сама. Бочар, который нам ее рекомендовал, попятившись, поспешил раствориться в толпе.
— Хосподин, хупите хниху, хупите-хупите, не пожалеити! — схватив Алекса за пояс, нагло пристала она с не поддающимся определению выговором, явным результатом смешения простонародной речи и отсутствия необходимого для правильной дикции количества зубов. Еще я обратила внимание на то, что ее руки были затянуты в старые кожаные перчатки, местами как будто расплавленные или прожженные.
— Эй-эй, полегче, гражданочка, не сбейте с ног чужого мужа!
Но она меня не слышала и на ходу отдавила коту хвост не менее профессионально, чем это делаю я. Полковник интеллигентно сдержался, но взглядом, которым он одарил старушенцию, можно было забивать сваи.
— Тахой хнихи вы нихде не найдети, хосподин мой! Пальчихи оближити, тахая интерехсная. Хлянусь святым Херонимом! Вот посмотрите. — Она развернула фолиант, ткнув его под нос почему-то не Алексу, а мне.
— Это же Черная книга, не прикасайся к ней, Алиночка! — предупреждающе воскликнул агент 013, уже не обращая внимания ни на ведьму, ни на прохожих.
— Да ну, серьезно? Она такая привлекательная, смотри, какая красивая обложка, обтянутая черным плюшем, с летучей мышью на черепе. А оформление просто супер, какие литографии! О чем эта книга, любопытно… — Я потянулась к ней. Командор хотел перехватить мою руку, но я увернулась и потянулась снова. Он обиженно отступил.
— О чем же еще, как не о всяких мрачных делах: черной магии, ведьмовстве, оборотничестве, колдунстве и жутких ритуалах на кладбище, — ворчливо сообщил кот, демонстративно отворачиваясь вместе с другом.
— Ой! — Мою руку вдруг прожгла боль, я отдернула ее и удивленно констатировала: — Это ожог!
— Второй степени. Я же тебя предупреждал, деточка, — поучительно попрекнул меня агент 013, но смотрел с сочувствием в глазах. Мы все дружно встали перед нимало не смущенной старухой.
— Теперь понятно, зачем ей перчатки и почему они такие, будто она в них начинку для бомб изобретала. Опасными книгами торгуете! — зарычала я.
— Я духмала, вы рахзбираитись в махии, — с фальшивым возмущением загнусавила тетка, пряча книгу в сумку и пятясь назад. Плюнув нам под ноги, она резко развернулась и, подхватив юбки, дала такого стрекача, что были видны полосатые чулки и панталоны не первой молодости. Догонять ее мы уже не пытались — не со всеми же опасными магическими книгами разбираться. В конце концов, у нас другое задание…
— Думаю, надо связаться с Базой, пусть отправят королю письмо и датируют его, скажем, за два месяца до сегодняшнего дня. Там есть заготовленный текст о том, что прославленный русский алхимик Агойко Помор просит об аудиенции. В связи с тем что он прочел на бараньей лопатке об обладании великим Рудольфом загадочным манускриптом, тайну которого он может королю раскрыть, если тот не откажет ему в гостеприимстве. Ну и пусть еще добавят пару рекомендательных писем от царя. Кто там тогда был у власти?
— Иван Грозный. Да, это сработает, я сам оставлял им три варианта подобного письма на церковнославянском, — с энтузиазмом откликнулся Пушок.