"Фантастика 2923-134". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
А ещё я слышал, как скребутся под половицами крысы, как бьётся в груди Мираши сердце, как гудит на Арене многотысячная толпа.
И различил шаги. Знакомые.
Человек пока далеко — только вошел в коридор. Он торопился. Почти бежал.
Шел Вар Брен. Сюда.
— Нам пора, Хорки, — сказала Мираша. — Нужно уходить. Ты победитель — за тобой вот-вот могут прийти. Я уже видела награждение четыре месяца назад. Представляю, как и что в планах организаторов. Тебя наверняка захотят вновь показать публике…
Я коротко рыкнул.
Женщина замолчала. Не испугалась — удивилась.
Привстал на задние лапы, надавил Мираше на плечи — усадил её на лавку. Женщина не сопротивлялась. Лишь вопросительно приподняла брови.
Оттопырил палец с большим черным когтем, прижал к её губам.
— Что? Кто-то идет? Я права?
Кивнул.
— Не успели, — сказала Мираша. — Сколько их?
Оскалил зубы — так всегда получалось, когда я пытался улыбнуться, будучи в образе охотника. Не ответил. Повернул морду к двери.
Вар Брен не заставил себя долго ждать.
Первое, что он сделал, переступив порог — пригладил усы. Посмотрел на меня, на мою одежду, что лежала на полу. Перевел взгляд на Мирашу, спросил:
— Хм, где Везунчик?
Я прыгнул.
Ударил его в грудь, повалил на пол. Вонзил клыки ему в горло. Почувствовал вкус крови.
Мотнул головой — разорвал вар Брену гортань и сломал шею.
— Можно и так, — сказала Мираша, когда я отошёл от своей жертвы. Присела, срезала с пояса моего бывшего командира два мешочка (в том, что побольше, вар Брен хранил зерна карца; в маленьком — звякнули монеты). Бросила их в свой карман.
— Уходим.
Я склонился над лицом вар Брена. Убедился, что человек не дышит. Оскалил зубы.
«Честь не задета».
Вслед за Мирашей перешагнул порог комнаты: запреты людей меня теперь не касались.
* * *Мираша повела меня по коридору в обратную от выхода на Арену сторону. Ушли мы недалеко. Женщина остановилась около неприметной двери, приоткрыла её. Втолкнула меня в тесную кладовку, набитую хламом, пропахшую крысами.
Раздвинула деревянные ящики, взяла спрятанный за ними холщовый мешок.
— Здесь одежда для тебя, — сказала она. — Не пойдешь же ты в город голым или в форме огонька. Да и видом охотника не стоит пугать местных. Обращайся, Хорки! И побыстрее. Нам нужно успеть найти извозчика до того, как из Арены повалит толпа.
* * *Мираша шла уверенно, не плутала. Она хорошо ориентировалась в плохо освещённых ходах под Ареной. Я шагал за ней следом. Не спрашивал, куда мы идем. После всего, что я сегодня пережил, ощущал опустошённость, безразличие ко всему.
Обращение вернуло телу прежнюю гибкость и ловкость движений (даже не заметил, что лишился их за прошедшие с предыдущего обращения месяцы). Я избавился от ран и шрамов. И от загара. Не осталось на теле и следов в тех местах, откуда Мираша срезала метки. Кожа на руках стала гладкой и чувствительной. Я вновь обрёл пышную шевелюру (отвык от неё), превратившись в прежнего Хорки.
Но только внешне.
Внутри остался Вжиком.
Не огоньком. Огонь исчез. Не отзывался. Я больше не чувствовал его. Ощущал только холодок магической энергии. Даже там, где недавно был огонь. От чего казалось, что маны во мне стало больше.
Мираша тоже заметила произошедшие во мне изменения.
— Года не прошло с нашей прошлой встречи, — сказала она, — а ты очень повзрослел. Стал меньше похож на мальчишку — больше на того дядю Хорки, которого мне описывала мама. Видела, как ты убивал на Арене. Из тебя получится хороший маг. А когда ты порвал глотку своему бывшему хозяину, убедилась — страдать излишней сентиментальностью ты не будешь. Ты настоящий охотник, Хорки. Дед с бабкой тобой бы гордились. Теперь я верю, что не ошиблась, когда решила тебе довериться. К тому же, по финальному поединку поняла, что ты обрёл удачу. Я права? Мне не показалось?
Я не ответил.
Мираша обернулась, посмотрела мне в глаза.
— Кто она?
— Она сейчас в Валесских горах, — сказал я. — Я так думаю. Если, конечно, ещё жива. Но через два-три месяца точно умрёт.
— Почему?
— Она огонёк. Была в моём отряде. Пропала в горах, когда мы там жгли колдунов. Её время почти истекло. Она не охотник — обернуться и избавиться, как я, от той твари, которую подсадили к нам в тело, не сможет. А значит умрёт. И ничего с этим не поделать.
— Вижу, тебе тоже есть что мне рассказать, — сказала Мираша. — С интересом послушаю твою историю. Но не сейчас. Вон за тем поворотом длинный коридор, в конце которого выход наружу. Думаю, нас никто пока не ищет. Но всё же не делай резких движений, Хорки, не привлекай внимание. Если что — я разберусь. Кто бы с тобой ни заговорил — молчи. Говорить буду я.
Пожал плечами.
— Как скажешь.
* * *На выходе нас никто не остановил.
По каменным ступеням мы спустились на выложенную булыжником площадь — огромную, размером едва ли не больше, чем засеянные злаками крестьянские поля, которые я видел в своём королевстве. Преследовавшая нас в коридорах под Ареной крысиная вонь сменилась здесь запахами птичьего помёта и лошадиного навоза. А с края площади, где выстроились в ряд странного вида повозки, ветер принёс запашок конского пота.
— Замечательно, — сказала Мираша. — Пешком идти не придётся.
Повела меня к повозкам.
На площади я увидел людей. Одни неторопливо прогуливались, другие спешили. Кто-то шел из Арены, как мы. Кто-то — нам навстречу.
Мираша заверила меня, что сейчас тут пустынно.
— Посмотрел бы ты, что будет твориться здесь после награждения победителя Битвы Огней, — сказала она. — Не тебя — главным победителем считают клан, который ты представлял. Так что даже твоё отсутствие не сорвёт церемонию. Тысячи людей десятками ручейков повалял на площадь из Арены. То ещё зрелище! А пока у нас есть возможность не просто уйти отсюда без толкучки — нанять извозчика. Надеюсь, в кошеле твоего бывшего хозяина хватит монет, чтобы оплатить нашу поездку.
Следом за Мирашей я забрался в крытую повозку с дверью и окнами — ты самую карету, которую мне описывала Двадцатая, и о которой читал в книге о Линуре Валесском. Хотя я представлял её иначе — не скрипучей и пропахшей человеческим потом. Внутри неё не оказалось ни позолоты, ни обитых дорогой тканью диванов. Лишь грязные стены и две деревянные лавки.
— Прокатимся, как богачи, — сказала Мираша. — На колёсах мы доберёмся до моей берлоги к полуночи!
Карета вздрогнула и поехала.
Я выглянул в окошко. Посмотрел на Центральную Арену Селены.
Ещё вчера я разглядывал бы её, приоткрыв рот от восхищения. Любовался бы на все эти арки и колонны, восторгался её размерами. Ничего подобного я никогда раньше не видел, и не представлял, что такие громадные строения существуют!
Но сейчас я лишь скользнул по ней взглядом.
И отвернулся.
Спросил:
— Как ты меня нашла?
* * *Под скрип колес и стук лошадиных копыт я слушал рассказ Мираши.
Женщина без подробностей описала, как добиралась до имперской столицы. Упомянула о том, что по пути проявила чудеса находчивости — спешила, не могла себе позволить добираться пешком. Сказала, что прибыла в Селену шесть месяцев назад.
И почти сразу принялась разыскивать меня.
Отправной точкой для поисков стал рисунок в том письме, что я получил из городской лаборатории — точнее эмблема, которую Мираша на нём видела. По ней женщина узнала название клана, который доставил меня в столицу Империи — Аринах. Выяснила, где расположены его кварталы, и какая из его семей занимается поиском одарённых для магической школы клана. Правильные вопросы и взятки привели Мирашу к тому самому толстяку, что продал нас с Гором, как рабов, клану Лизран.