"Фантастика 2923-134". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

– Такого не случится.
– Конечно, мой хороший. Я этого не допущу.
«Раньше она рассуждала о лошадях и охоте, да еще об оружии. Не знал, что она увлекается бухгалтерией».
«Наша девочка не только красива, но и умна, Сигей. Рад, что ты это все же заметил», – сказал Ордош.
– Совсем не обязательно нанимать новые войска, – сказал я. – После того удара, какой получила Империя сегодня ночью, она не сразу оправится. Сомневаюсь, что императрица позволит себе рискнуть еще тремя армиями. А с королевством вы дружите, его не нужно опасаться. Уралия придет вам на помощь, даже если к вашим границам устремятся все имперские войска.
Мая погладила меня по щеке.
– Не все так просто, мой хороший, – сказала она. – Запас рун у нас пока есть. И немаленький. Но если мы продолжим продавать их иностранцам, склады опустеют еще до того, как я стану великой герцогиней. И наша семья, и наши подданные отвыкли обходиться без использования рунных схем. Никому не хочется возвращаться к тому быту, что царил в Залесске до Волчицы Великой и ее Машины. Жительницы города не поймут нас, если узнают, что мы продолжаем снабжать рунами иностранцев в ущерб Залесску. Торговлю рунами придется прекратить. Полностью. Ты слышал, как об этом говорила мама. Вот только ни королевство, ни Империя не обрадуются нашему решению. Значит: без увеличения численности стрелков нам не обойтись. И сделаем мы это в ближайшее время. Кто знает, как скоро Залесск снова окажется в осаде. В этот раз нас спасло чудо – богиня любви. Но в следующий раз Сионора о нас может и не вспомнить.
«Мае не нужны плохие впечатления, Сигей. А вот хорошие – сейчас бы ей не помешали».
«Хорошим ты считаешь известие о том, что я скоро уеду? Представляю, как она обрадуется!»
«Все-таки решил сесть на трон?»
«Ты же сам уговаривал меня сделать это!»
«Тихо, тихо, Сигей! Спокойно. Ты принял верное решение. Горжусь тобой. Но… думаю, пришло время известить о наших планах жену».
– Пока в Уралии правит моя семья, – сказал я, – великому герцогству со стороны королевства ничто не угрожает. Это я могу гарантировать.
Мая улыбнулась.
– Нарцисс, ты такой… милый, – сказала она. – Я тебя люблю. Но ты же слышал, что об этом думает мама: политика не признает родственных связей. Она при тебе рассказывала, что только за прошедший год трижды получала от твоей тетки Гагары запросы на руны. Там очень приличный список, Нарцисс – мама мне его показывала. Столько мы не продавали другим государствам за целый год! В последний раз просьба твоей тетки больше походила на требование. Сомневаюсь (и мама тоже), что Гагара смирится с полным прекращением поставок. Как она поступит, когда узнает о нашем отказе?
– Расстроится.
– Какая прелесть. Об этом я и говорю! И вряд ли вспомнит о том, что ты мой муж, и что она в юности дружила с моей мамой. Я сама бы на такое обиделась. Правда! И попыталась бы отнять руны силой. Вот потому нам и не обойтись без новых стрелковых полков. Только солдатки смогут уберечь от разграбления если не все великое герцогство, то хотя бы город.
– Ну ладно, хотите увеличить армию – пожалуйста, – сказал я. – Делайте, если вас это успокоит. Не такие уж это и большие расходы. Но поверь: Уралия вам не враг. И в ближайшие годы врагом не станет. Не веришь – скоро убедишься в этом сама, когда приедем в королевство. И с рунами разберемся. Всем хватит. Не переживай. Ведь ты верно сказала: теперь у тебя есть я.
– Хвастун, – сказала Мая.
Улыбнулась.
Снова меня поцеловала.
– Зачем ты собираешься возвращаться в Уралию? – спросила она. – Хочешь познакомить меня со своей теткой?
– И это тоже. Гагара, между прочим, грозилась увлечь тебя мореплаванием. А ты, как знаю, неровно дышишь к кораблям.
Я указал на модель имперского фрегата, что стояла на столе.
– Хочешь прокатиться на таком?
– У королевства такого нет, – сказала Мая. – Он называется «Гордость Империи». В Уралии хоть и есть свой флот, но до имперского ему далеко.
«Не проблема, Сигей. Раздобудем ей именно этот корабль. Напишем императрице. Не пришлет – явимся за ним сами».
 
«Сомневаюсь, что императрица нам откажет, после того, что сделала с ее армиями Сионора».
– Пару месяцев покатаешься на кораблях попроще. А позже, когда родишь, подарю тебе «Гордость». Тем более что это звучит символично: гордыню имперок не помешает уменьшить.
– Так это тетка Гагара тебе велела пригласить меня в гости? – спросила Мая. – Боюсь, Нарцисс, мама нас не отпустит. Поостережется. Ведь я тебе говорила: политика.
– Причем тут политика? – сказал я. – И чего бояться? Мне предложили в королевстве работу.
– Работу?
– Да. Я хотел отказаться. Но они уговаривали, упрашивали. Я сказал, что подумаю. Решил посоветоваться с тобой. А раз в наших странах сложилась такая сложная обстановка, придется согласиться.
Мая приподнялась.
Я невольно залюбовался ею.
Почувствовал, как в теле вновь забурлила кровь.
– Зачем тебе работать? – спросила Мая. – Нужны деньги – только скажи! Наша семья если и станет настолько бедной, что придется работать даже мужчинам, то нескоро. И уж тем более не в ближайшие годы. Да и вообще… я обещаю: такого не случится никогда!
Я убрал прилипший к ее щеке волосок.
Сказал:
– Но я хочу попробовать. Уж очень хорошую должность мне пообещали. Престижную.
– Какая прелесть! Кто пообещал? Тетка?! И кем она решила сделать моего мужа? Даже интересно!
– Королем.
– Кем?
– Королем Уралии Львом Первым, – сказал я.
– Это ты так шутишь? – спросила Мая.
– Никаких шуток. Мои сестры умерли. Я единственный выживший ребенок Львицы Седьмой. На прошлом королевском совете меня провозгласили наследником престола. Правда без моего согласия. Я возмутился, конечно. Но министры и тетка Гагара принялись меня уговаривать. Утверждали, что кандидатуры лучше моей не существует. И такие доводы приводили, что я им почти поверил. И все же решил узнать твое мнение. Сказал всем, что дам ответ, посовещавшись с тобой. Тогда тетка и пообещала развлекать тебя кораблями, пока я буду занят работой.
– Но королей не бывает.
– Если ты меня поддержишь, то один появится. А без тебя я в Уралию не поеду. Так и знай. Открою в Залесске кулинарную школу, буду развивать мировую кулинарию – тоже неплохо. Ты ведь знаешь, как я люблю готовить. А жалеть буду только об одном: королевский трон не достанется нашему ребенку. Или считаешь, ей хватит и великого герцогства?
– Пупсик! – сказала Мая. – Ты меня совсем запутал! Постой. Какой трон? Кто тебя на него пустит? Ты же мужчина!
– Мою кровь признали годной, – сказал я, – львиной. С такой – хоть сейчас на престол. Тут все нормально. И не имеет значения, какого пола ее носитель. Как говорила моя бабка: наша семья сама устанавливает законы. Скажем: править будет король, а не королева – так и будет!
– Ты меня запутал. А почему трон не перейдет к нашей дочери?
– Это если я от него откажусь. Тогда Львиный трон займет Гагара. А после – его унаследуют тетушкины потомки. Тут ничего не поделаешь, Мая, право наследования в этом случае перейдет к младшей ветви моей семьи.
Мая села, скрестила ноги.
– Какая прелесть! – сказала она. – Тебя действительно хотят короновать?
– Думаю, твоя мама скоро получит приглашение на церемонию, – сказал я. – Если я не откажусь стать королем.
– С чего вдруг ты должен отказаться? Так… наша малышка может унаследовать престол Уралии? Стать Львицей Восьмой? А как же великое герцогство?
– А что с ним?
– Дочь не сможет править и там, и там.
– Спорное утверждение, – сказал я. – А с другой стороны… кто сказал, что у нас будет один ребенок?
– В нашей семье так принято, – сказала Мая.
Прижала ладонь к животу.
Задумалась.
– Впрочем, ты прав, – сказала она. – Мы сами устанавливаем законы.
Спросила:
– Когда едем в королевство?
– Так мне соглашаться?
– Конечно! – сказала Мая. – А как иначе?!