"Фантастика 2923-134". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Сама же посол, помня обещание маршала Иволги, спряталась в доме своей сообщницы. Оттуда она собиралась руководить работой шпионской сети. Но вчера ее там нашли представительницы одной из городских банд. По моей просьбе. И сегодня после полуночи привели ко мне. …
***
– … Вот краткое содержание того, что мне удалось узнать, – сказал я.
– Ты утверждаешь, что напавшие на твой свадебный кортеж имперцы – просто наемницы? – сказала леди Сорока. – А сама Империя к нападению отношения не имеет? Великолепно. А как же их войска на границе с Уралией? И эпидемия синюшки – тоже не их рук дело?
– Имперские войска у границы королевства есть. Если верить словам посла, то совсем скоро они захватят Пастушьи холмы и Вернское графство. Да. Если уже не захватили. Армия королевства не окажет сопротивления. Об этом имперцы договорились с маршалом Щурицей. Народ королевства сплотится вокруг маршала против общего врага. По мирному договору, который подпишет Щурица с Империей, графство королевству вернут. Императрица признает королевой Львицей Восьмой мою больную сестру Норку и вернет себе Пастушьи холмы.
– Даже так? – сказала Шеста.
– Да. А о том, как началась эпидемия синюшки, поинтересуйтесь, пожалуйста, у своей дочери, графиня. Спросите, для каких целей она покупала на рынке бочки с кровью. И как эту кровь использовала.
Леди Сорока приподняла брови, сдвинув повязку.
– У дочери?
– Именно. И объясните ей, что с помощью крови в наш мир призывают не богов – демонов. Да и вообще, проводить самостоятельно кровавые ритуалы – опасное дело. Хотя… в этом, думаю, она уже убедилась сама.
– Ты… уверен?
– Спросите у нее, графиня, – сказал я. – Вопросов о причине эпидемии синюшки после честного ответа дочери у вас не останется.
– Сорока, о чем это он? – спросила великая герцогиня.
– Не знаю. Но расскажу тебе… когда выясню.
– Что ж, интересный рассказ, – сказала Шеста уже мне. – Надеюсь, полиция сегодня же разыщет посла и предоставит мне возможность с ней побеседовать. Или новая глава департамента правопорядка тоже на зарплате у королевства?
– Нет, – сказал я. – Представители королевства с ней еще не успели наладить контакт. А вот о ее связях с представителями Империи мне ничего не известно.
– Это хорошо. Будем надеяться, что кроме нас с Сорокой хоть кто-то в герцогстве остался не подкупленным. Чего вы все замерли? Кушайте, кушайте. Хорошую историю ты нам поведал, малыш. Интересную. Правда, Сорока?
– Великолепную.
– Но в следующий раз, дорогой Нарцисс, воспользуйся для передвижения по улицам одним из наших экипажей. И возьми с собой сопровождение из гвардейцев. Ведь ты теперь член нашей семьи. Привыкай к этому. Не стоит тебе разгуливать по городу в одиночку, а тем более, ночью. Тебе понятно?
«Как точно она определила, какой именно частью ее семьи ты являешься», – сказал Ордош.
«Тогда уж мы с тобой оба эта часть», – сказал я.
– Понятно, Шеста.
– А еще лучше: бери с собой меня, – сказала Мая. – Ведь я твоя жена. И обязана тебя оберегать. Или тебе есть что от меня скрывать?
– В мужчине должна быть загадка, – сказал я. – Чтобы с нами не было скучно. Шеста, а можно мне воспользоваться вашей каретой сегодня? Раз уж вы предложили. Через пару часов – в полдень.
– Конечно, малыш. Ты снова куда-то собрался?
– Да, – сказал я. – Как раз за завтраком хотел сообщить вам об этом. Я ненадолго вас покину. На одну-две недели. Может, на три. Сегодня в полдень я отправляюсь в королевство. Надеюсь, в вашей карете, Шеста.
Мая уронила на стол ложку.
– Какая прелесть! – сказала она. – Как это? Уезжаешь?!
– Не волнуйся, Мая. Мне нужно уладить в Уралии кое-какие семейные проблемы. Постараюсь сделать это в кратчайшие сроки.
– А как же учеба в Академии? А как же… я?!
– В Академию не вернусь, – сказал я. – Сейчас у меня есть дела более важные, чем учеба. Мою маму убили. Сестру арестовали. Ты… как никто другой должна понимать, что именно я сейчас чувствую.
 
– Но Пупсик!..
– С тобой мы совсем скоро снова увидимся. Ты и соскучиться не успеешь.
Мая сорвала с себя салфетку, бросила ее на стол.
– Да я уже соскучилась! Ты никуда не поедешь! Мама, скажи ему!
– Действительно, Нарцисс, ты принял поспешное решение, – сказала великая герцогиня. – Вечером я проведу совещание со своим штабом. Решим, как лучше помочь твоим сестрам и герцогине Торонской. А пока, малыш, тебе лучше…
Шеста замолчала. Замерла с приоткрытым ртом.
Лампы в столовой дважды мигнули и погасли.
Около окон сгустилась темная завеса – тот самый «полог тьмы», которым неделю назад Ордош прятал от жены лежащую в моей постели великую герцогиню.
В комнате стало темно. И тихо.
Как только погас свет, я тут же сжал в руках извлеченный из пространственного кармана накопитель. Ощутил в ладони покалывание.
Этот трюк мы с колдуном обсудили заранее. Я знал, что женщины уже находятся под воздействием заклинания: не могут ни двигаться, ни разговаривать. И представлял, что случится дальше.
В воздухе у потолка засветилось призрачное пламя: поначалу – маленькая точка. Потом точка стала растекаться в стороны двумя огненными ручейками. Сперва медленно. Затем ручейки ускорились. Пока не слились, в единый контур – сердечко, знак богини любви Сионоры.
В стороне от контура вдруг засветилась огненная полоса, устремилась к сердечку, пронзила его и застряла в нем подобно стреле.
«Что за фокусы, колдун?!» – сказал я.
«Мне такой символ нравится больше каноничного. Необычный. И, без сомнения, связанный с темой любви. Я подсмотрел его в твоей памяти», – сказал Ордош.
«Надеюсь, они поймут его правильно».
«Не переживай, Сигей. Разобрались же они с листьями липы!»
Накопитель вернулся в карман.
Призрачное пламя погасло. Из окон в комнату хлынул свет. На стенах и потолке зажглись лампы.
– Что это было?
– Какая прелесть! Я не могла пошевелиться!
Женщины одновременно посмотрели на меня.
«Быстро соображают, – сказал Ордош. – Уже догадываются, что если происходят необъяснимые вещи, значит не обошлось без твоего участия».
– Кажется… знаю, что произошло, – сказал я. – Об этом тоже хотел вам рассказать.
– Не молчи, малыш. Мы тебя слушаем.
– Сегодня ночью, когда вернулся, я воззвал к Сионоре, попросил у нее помощи. Молил ее уберечь от врагов мою сестру и тетку, наказать виновных в смерти мамы. Ведь помогла же она спасти вас, Шеста!
– И? Что дальше, малыш?
– Я… был настойчив. Под утро богиня мне все же ответила.
– Какая прелесть! Вот прямо так, заговорила с тобой? Что она сказала?
Я выдержал паузу.
Сама того не замечая, Мая сильно сжимала мою руку, причиняя боль. Но я не реагировал на это. Терпел.
– Сказала, что сочувствует моему горю, что готова мне помочь, и что любовь к семье священна. Но богиня поможет мне только в том случае, если я смогу переступить через свой страх и попытаюсь разобраться с проблемами сам.
– Сам? – переспросила Мая. – Почему, сам?
– Не знаю. Богиня сказала, что я должен отправиться домой, в Уралию.
– Какая прелесть! Что за глупости?!
– Что же ты сможешь там сделать один, малыш? – спросила Шеста.
– Я отправлюсь туда не один, – сказал я. – Богиня выделит мне сопровождающего. Того самого, которого она посылала спасти вас, Шеста. Со мной в королевство поедет ее посланник.
Великая герцогиня и графиня Нарынская обменялись взглядами.
– Тот самый безносый, который исцелил маму? Какая прелесть! Но… кого он там будет лечить?
– Мы поедем в королевство не для того, чтобы лечить, – сказал я.
– Ты никуда не поедешь! – сказала Мая.
Лампы в столовой мигнули.
«Ух, как она разгорячилась!» – сказал Ордош.
Я почувствовал холод в том месте, где пальцы жены, подобно тискам, сминали мою руку. Боль притупилась.