Пыль моря (СИ)

Он пытался успокоить себя и свою совесть. Припоминал случаи из рассказов дедушки, какими путями создавались богатства многих купцов и чиновников. Это немного успокоило, и он стал спокойней.
Две недели джонка медленно, борясь со встречными ветрами, продвигалась на север. Внимательно всматривались во встречные суда, но ничего подходящего пока не попадалось. То слишком большое, то слишком малое, а то не надеялись догнать.
Наконец, уже подходя к северным берегам Лусона, решили догнать джонку, шедшую на юг. Развернулись по ветру и за два часа догнали. На джонке уже поняли намеренья пиратов и ответили редким огнём из мушкетов. Пришлось брать судно на абордаж.
Короткая вспышка борьбы, крики, стоны, выстрелы – и всё затихло. Трупы бросали за борт, смывая палубу забортной водой.
Джонка из Тонкинского залива, гружёная тканями и посудой, оказалась в руках пиратов.
– Вот и начало у нас! – радостно кричал Гуй.
– Пленных не трогать! – предупредил Мишка, заметив, что тех тоже хотят сбросить за борт вслед мертвецам. – Пусть живут и торгуют. Нам легче будет. Тоже люди.
Груз перегрузили, захватили все монеты и ценности. Гулять теперь в Макао было на что. Да и груз сбыть можно.
Новички старались изо всех сил. Их даже приходилось усмирять. Но первое крещение совершилось, и они стали равноправными членами братства.
  
Глава 62. Макао
 
Долго искали моряки подходы к Макао. Вэйдун давно там бывал и не мог точно знать всех примет здешнего берега. Карт у них не было и пришлось блуждать вблизи берега. Помогла встреча с китайской джонкой, где и разузнали точные приметы ближайших к Макао берегов.
И теперь джонка покачивалась на пологой волне, неторопливо пробираясь среди страшных, торчащих из моря чёрных скал и островков – Драконовых островов, как их называют моряки этих морей. Проплыли самые большие из них – Колоане и Тайпа. Впереди, не более чем в трёх вёрстах, Мишка видел холмы, покрытые сочной зеленью, и на них большой город с дворцами и богатыми домами.
Джонки и лодки часто попадались навстречу, а в бухте залива торчали высокие мачты европейского парусника. Мишку охватило волнение.
– Как-то нас здесь примут? – спросил он Вэйдуна. – Боязно что-то.
– А ты виду не показывай. Что нам? Мы купцы с Филиппин и всё тут.
– Да уж больно порт большой. А вдруг проверят? А мы вооружены до зубов.
– Не думай об этом. Пронесёт. Ещё торговля у нас будет. Прибыль!
– У нас и бумаг никаких нет. А если спросят?
– Ты на палубе вовсе не показывайся. Я за всё в ответе. Золото ещё немного есть, а с ним не пропадёшь. А заметят тебя, тогда действительно их подозрение охватит, и пойдут рыскать. Так что сиди тихо, как мышь.
К вечеру стали на якоря вблизи берега. Рядом стояли такие же обтрёпанные джонки, матросы перекликались, приветствовали друг друга, расспрашивали о знакомых, откуда прибыли.
На ялике приплыл чиновник в мундире, несмотря на жару и духоту южного вечера.
Вэйдун подобострастно кланялся и ничего не понимал по-португальски. Чиновник злился и лез в трюм смотреть груз. Вэйдун настойчиво, но очень вежливо приглашал чиновника в каюту. Тот наконец согласился. В каюте Вэйдун с выражением всяческих знаков внимания и покорности, вручил чиновнику перстень с дорогим камнем, и разговор стал сразу не таким жёстким.
Толмач перевёл, что купцу разрешено выгрузить товар, и за неделю он должен будет его продать. Пошлину внести, как и полагается. Указали на базаре место их торговли или предложил своего купца для оптовой продажи всего груза. Вэйдун благодарил и предпочёл оптовую торговлю.
Чиновник прихватил бочонок вина и штуку шелка и важно отбыл на берег, пообещав утром прислать купца.
– Пока всё идёт хорошо, Миш! – воскликнул радостный Вэйдун, заглянув в каморку к Мишке. – Я плюнул на барыши и согласился на продажу всего груза целиком. Это дешевле, но зато не так долго и опасно.
– Да чёрт с ним, с барышом! Лишь бы быстрее. Что-то не нравится мне здесь. Так и кажется, что обыщут судно и всех на берег в подвал.
 
– Погоди с подвалом. Надо с недельку побыть тут. А пушки где мы с тобой раздобудем?
– Ох, быстрей бы!
Утром действительно пожаловал купец из португальцев. Он сносно говорил по-китайски и переводчика не взял.
Вэйдун униженно клялся в верности, и плакал, узнав цену, предложенную купцом. Она была почти вдвое ниже настоящей. Долго торговались, пока Вэйдун не выторговал ещё пять процентов. На том и завершили сделку.
Матросы кляли купца, который оставил их почти без барыша, но Мишка был доволен, что так быстро договорились. До самой ночи разгружался груз и свозился на берег в склады.
А Мишка в щели наблюдал город с его монастырями и храмами. Особо выделялись цитадель Монте и разноцветные стены церкви Сан-Пауло. Город ему понравился, и он жалел, что не может без риска ступить на его улицы и осмотреть все красивые места.
Хорошо просматривались старинные падоги буддистов, утопавшие в зелени садов. На душе стало тоскливо, и комок подкатил к горлу.
Последующие дни матросы бродили по городу, заходили в пагоду А-ма, которая покровительствовала морякам. Подносили дары богине покровительнице, с интересом осматривали саму богиню в богатых китайских одеждах, закрывающую лицо руками, так как по обычаю и преданию никто не должен видеть её лица до свадьбы.
Не оставили своим вниманием моряки и храм милосердия. Кому, как не бродягам моря испросить милосердия перед ликом богини. Поглазели на каменных львов у входа, подивились искусству их работы.
После таких посещений, моряки целый день были под впечатлением увиденного и легко смотрели в будущее. Они заручились поддержкой и благосклонностью богинь. Теперь им нечего бояться. И хоть не все исповедовали буддизм, это никого не смущало. Почтить бога, каким бы он не был, не помешает. Гляди и поможет в трудную минуту.
Вэйдун же мотался по городу и шептался с китайскими купцами. На джонку он приходил злой и уставший. Никто ничего сделать для него не мог. Такой товар достать тут было невозможно. К тому же китайцы страшно трусили перед португальскими властями. Потерять такой порт никто не хотел, и им приходилось соблюдать определённые условия.
Подходила к концу неделя, а главное задание выполнено не было. Под угрозу ставилась вся дальнейшая деятельность джонки.
Зато удалось заманить пятерых китайцев в команду. Теперь можно считать, что команда для такой маленькой джонки вполне достаточная. Не мешало, конечно, ещё подыскать любителей морских приключений, но пока решили ограничиться этим. Рисковать не было смысла.
– Придётся отказаться от покупки пушек, Миш, – с сожалением сказал старый моряк.
– Что ж делать. На рожон не полезешь. Форты не атакуешь. Будем ждать подходящего случая. Жаль, денег мало. Припаса много надо, а то голодать не очень хочется.
– Денег хватит до Замбоанги, а мало будет – так мы же в море достать их сможем. Мало ли небольших судов встретится нам по пути. Раздобудем!
– Не хочется заниматься мелочью. Что-нибудь покрупнее желательно.
– Ничего. И мелочь пригодится. Окрепнуть надо, а там и крупную рыбу в сеть поймаем. Лишь бы везло.
– Охота в город попасть. Вы-то все там побывали. Завидно.
– Терпи. Нельзя рисковать. Ещё заподозрят чего, мы за тебя богинь одарили и теперь удача обязательно нас не оставит.
– Всех богов не замолишь. Да всех никто и не знает. Мало ли их у людей имеется. Всяк себе по своему вкусу придумывает.
– На ругайся на богов, даже если они и чужие. Кто их знает, какие с нами будут, а какие нет. Всех надо уважать. У нас так. Это ваши боги постоянно враждуют, а наши милостивы ко всем. Чтите их и одаривайте подношениями. Так-то, Миш.
– Ладно с богами. Как мыслишь путь наш? Завтра отплываем.
– А что мыслить? Будем счастья искать, надеясь на богов. Куда нам от своих мест уходить? Других-то никто не знает. Лучше в знакомых местах, чем тыкаться, как слепые котята в незнакомых морях. Я всего не упомню. Сколько лет прошло с тех пор, как я там бывал.