Отступник на краю империи (СИ)
— Посмотрим, — я хлопнул мальчишку по плечу. — И других, если надо. Волков, например. У них же другой часовой пояс…
— О, круто! — воодушевился Федя. — А спать после этого не уложите?
— Сегодня нет, — Джан, переглянувшись со мной, всё поняла. — Оттопыривайся.
* * *
Проснулся я от шума дождя.
Ближе к двенадцати.
Ночью мы успели пожарить шашлыки и остренькие купаты по заказу Феди. Оружейник даже призвал свою проекцию и отправил её в магазин за этими штуками. Всё это отлично залетело с салатиками, ткемали и аджикой. Шлифанулись хурмой и мандаринками, заварили себе чай и отправились смотреть телек в гостиную. Впервые за долгое время никто никуда не спешил. Джан не организовывала встречи в сновидениях, Федя никого не выслеживал в эфире, не призывал патроны и не забрасывал проекцию в тайные канцелярии.
Мы просто отдыхали.
Посмотрели обращение Трубецкого к народу, послушали бой курантов на ратуше в Старом Городе, затем выбрались на террасу с пледами, чтобы полюбоваться салютом. Сразу после полуночи раздался грохот, и в небе начали распускаться огненные цветы. Жители Фазиса заранее закупились пиротехникой и начали представление, не сговариваясь. Это было потрясающе. Мы тоже запустили парочку каскадов и один «штормовой», что вызвало у мальчишки бурю восторга. Шоу продолжалось около часа, затем интенсивность салютов начала снижаться.
Мы вернулись в гостиную.
Притащили с кухни нарезанную чурчхелу и стали смотреть праздничный концерт по каналу «Фазис-1». В доме было уютно и спокойно.
Когда разошлись, не помню.
Джан заснула на моём плече под белый шум телевизора. Пришлось аккуратно уложить её на диване и укрыть пледом. Федя вырубился в кресле, так и не дотянувшись до тарелки с последним куском чурчхелы. Я бы и перенёс его в комнату, но подозреваю, что ещё недостаточно прокачался для столь серьёзных нагрузок.
Ливень обрушился на Фазис под утро.
Я вставал, чтобы подкрутить конвектор, потом опять рухнул в постель и уже не просыпался до полудня.
Проходя через гостиную, заметил спящую Джан. Федя, судя по пустому креслу, таки перебрался в спальню.
Отдых отдыхом, а прокачка — по расписанию. Пусть я и потерял кучу времени, но надо навёрстывать. С этими мыслями я отправился в зал, организовал себе весёлую жизнь в виде бёрпи, прыжков через скакалку и прочей кардиожести, прогнал вращения с шестом и кусаригамой, выполнил пять разных дорожек с мечом и метнулся в душ, пока конкуренты не пробудились.
Выиграв эту гонку, приступил к медитации.
И вот здесь меня подстерегал приятный сюрприз.
Прогоняя ки по своим каналам, я неожиданно понял, что запасы быстро восполняются. Ради интереса сделал прозрачной стену, граничащую со спальней Феди. Мальчишка дрых, отвернувшись к стене. Энергия тратилась, но в меня тут же вливалась живительная сила извне.
Серьёзно?
Просочившись сквозь преграду, я начал делать проницаемым всё, до чего мог дотянуться. Шест, манекен вин-чун, фехтовального дядьку. Чем больше я тратил, тем больше в меня втягивалось прямо из окружающего пространства. Удивительное и непривычное чувство!
Я словно превратился в губку, которая впитывала живительную силу, и этому потоку не было конца. Внутри поднималась эйфория…
Отправившись на кухню в поисках еды, столкнулся с Федей.
— Ты чего? — мальчишка застыл как вкопанный у лестничной площадки с бутербродом в руке. — В лотерею выиграл? Или… нет. Не могу в это поверить.
— В смысле? — переспросил я.
— Ты нашёл остатки чурчхелы, — глаза оружейника подозрительно сузились.
Из гостиной раздался недовольный голос Джан:
— Заколебали уже! Чего вам не спится?
Решив, что предоставилась отличная возможность свалить, я просочился сквозь толстяка и начал спускаться по лестнице на первый уровень квартиры.
— Эй! — возмутился Фёдор. — Бросай эти свои штучки!
Далеко уйти не удалось.
Федя пыхтящим снарядом ворвался на кухню и уставился на меня.
— Вот привязался, — я открыл холодильник и начал осматривать его содержимое. — Нет у меня чурчхелы.
— А почему такой довольный?
Достав из холодильника грушу, я уж было задумался о приготовлении овсянки, но мой взор упал на гору посуды, громоздящейся в раковине.
— Колись, — продолжал давить сосед.
— У меня непрерывная циркуляция.
— Не… что?
— Я беру грёбаную энергию прямо из воздуха.
— Чума. И давно это с тобой?
— С утра началось.
— Вообще не опустошаешься?
— Даже близко.
На кухню вошла Джан. Морфистка укуталась в плед и зашлёпала босыми ногами к мойке, бросая недовольные взгляды на струи дождя за окном.
— Вы чего переполошились, ребзя?
— Знаковое событие, — Фёдор воздел указательный палец, смахивающий на сосиску. — У Серёжи второй ранг.
— Да вы шо? — девушка притворно закатила глаза.
— Я серьёзно, — обиделся толстяк. — Он у нас теперь продвинутый.
До морфистки не сразу, но дошло.
— Прикалываетесь.
— Нет, — хмыкнул я.
Джан повернулась ко мне:
— Циркулируешь?
— Ещё как, — подтвердил я. — На медитации понял.
— Тебе потребуется новый сертификат, — что бы ни случилось в этом мире, южанка мыслила прагматично. — И сразу после его выдачи жди привета из консистории.
— Не дождусь, — улыбнулся я. — У них фишка — забирать только внеклановых.
— Ты уже и в клан успел вступить? — охренел Федос.
— Остались мелкие формальности, — я уселся спиной к окну и откусил приличный кусок груши. — Но в целом — да. С вассалитетом от Дома Трубецких.
— Хорошо съездили, — оценил толстяк.
— Эй, — Джан переключилась на более насущные проблемы. — А чего вы завтрак не готовите?
— Посуду мыть… — пробубнил Федя.
Девушка фыркнула.
И громко позвала:
— Бродяга?
— Слушаю, Джан.
— Пусть вся эта посуда исчезнет.
Гора тарелок, мисок и шампуров растворилась в небытии.
— А теперь, — девушка окинула нас победоносным взором, — создай весь набор заново. Прямо на полках.
— Готово.
Мы с Федей переглянулись.
Джан открыла воду, смыла остатки жира, ловко орудуя губкой, завинтила кран и вытерла руки полотенцем. Вновь обернулась. Хитро подмигнула.
— А так можно было? — задал риторический вопрос Федя.
Глава 41
В гости к Ираклию я решил заехать третьего января.
Решение было спонтанным. Я вспомнил, что обещал, так почему бы и нет. Перед этим, конечно же, созвонился с другом и уточнил, не занят ли он.
— Шутишь? — Кучеряшка не поверил своим ушам. — Ради тебя, брат, я все дела отложу. Давай к обеду? Я сейчас бабушке Маико скажу, она как начнёт готовить…
Прозвучало угрожающе.
— Не стоит беспокоиться, — поспешно произнёс я. — Я же просто в гости…
— Просто в гости? — возмутился Ираклий. — Ты у меня ни разу не был!
Мы договорились встретиться в два часа дня.
Я поначалу планировал ехать на своей убитой колымаге, чтобы не смущать добрых людей, но Ираклий отговорил. Дескать, там уже вся семья хочет посмотреть, что за зверя я приручил. Так что, отказавшись от обеда, заказанного Федей в ресторане, я сел в свою спортивную тачку и погнал в направлении Пригорья. Но с таким расчётом, чтобы заехать в торговые ряды на Горгиладзе и прикупить каких-нибудь гостинцев к столу.
Центр был полупустым.
Начиная с первого января у меня возникло ощущение Апокалипсиса. Город словно вымер. Струи дождя заливали уснувший и не проснувшийся мегаполис, даже машин стало меньше. Я бродил по безлюдным рядам продуктовых отделов, встречая столь же редких ушлёпков, уныло взирающих на пустые полки. А вы как думали? Пост. Треть стеллажей пустовала, часть продуктов была явно просрочена. В итоге я забил на свою затею с вкусняшками и отправился на второй этаж, где прикупил новомодный электромиксер «Метеор» с функцией соковыжималки. Ираклий постоянно твердит о том, как бабушке Маико не хватает миксера на кухне, а деньги на покупку никак не появляются.