Обреченный трон (ЛП)

— Да, — сказала я, прикусив губу, когда подумала о нем. К бабочкам, которые я чувствовала, когда он приходил мне на ум, все еще примешивалась струйка страха, и мне было трудно понять, что именно я чувствую, но то, как он выглядит, не вызывало сомнений. — На него чертовски приятно смотреть.
— И обниматься, — добавил Орион с ухмылкой. — Однажды, когда я был в Даркморе, я нарисовал все его татуировки по памяти, просто потому что не мог перестать думать о них. А потом приклеил рисунки на стену рядом с кроватью, чтобы чувствовать, что он рядом, пока я сплю.
Мы оба рассмеялись в безрадостном настроении, и я вздохнула, прислонив голову к дивану и повернувшись посмотреть на него.
— Я рада, что кто-то понимает мои хуевые мысли, — честно сказала я, потому что мне было так тяжело испытывать все эти противоречивые эмоции к Лайонелу, в то время как все остальные так яростно его ненавидели. И не то чтобы я была с ними не согласна, но чувствовала себя такой тварью из-за того, что втайне с нетерпением ожидала встречи с ним сегодня вечером и мечтала заключить его в свои объятия, зная при этом, насколько это безумно.
— Мы все уладим, я обещаю, — сказал Орион, и я кивнула, потому что знала, что так и будет. Либо найдем способ разорвать связь, либо Лайонел умрет — неважно, что от одной мысли об этом мне становилось тошно до глубины души.
— Я пришла сюда не просто пообщаться, — вздохнув, сказала я, наклонившись вперед и поставив свой пустой бокал. — На самом деле я пришла предупредить тебя, чтобы ты ждал посетителя в ближайшее время из туннелей.
— Кого? — спросил он, и я не упустила обнадеживающий тон в его голосе.
— Дарси, — подтвердила я. — Габриэль сказал, что важно, чтобы мы обе были сегодня во дворце, поэтому после того, как Лайонел и Клара уснут, я проберусь обратно и встречу ее здесь.
— Значит… она придет одна? — спросил он, его горло дернулось, когда он посмотрел в сторону кухни, где, по словам Дарси, находился туннель.
— Да. И если я вернусь и обнаружу, что она плакала, ты будешь наслаждаться ощущением горящих яиц. Понял?
Орион вздрогнул, положив защитную подушку на колени.
— Ты дикарка.
— Чертовски верно. Не думай, что я не серьезно. И еще… возможно, тебе стоит переодеться. Я имею в виду, ей может стать немного легче, когда увидит, насколько ты себя запустил, но я предполагаю, что ты не хочешь показывать ей, что у тебя было на ужин. — Я указала на пятна от спагетти на его трениках, и он зарычал от разочарования.
— Я не запустил себя, — пожаловался он. — Я просто уронил немного еды за пять минут до твоего появления.
— Ага. А чем оправдывается то, что твоя рубашка наизнанку?
Он схватился за воротник и потянул его вперед, проверяя, и я рассмеялась, когда его глаза немного вытаращились.
— Задница, — пробормотал он, когда понял, что я пошутила.
— Серьезно, Лайонел не оставил тебе здесь никаких ножниц? Потому что образ бездомного йети никогда не был в моде, чувак. И Дарси точно не будет впечатлена, — добавила я с ухмылкой.
— Ладно, я понял. Я себя запустил, — прорычал он. — Но мне не нужны от тебя советы по поводу отношений. У тебя в своих дерьма хватает.
— Например? — спросила я, поправляя свое пышное платье, пытаясь притвориться незнающей, а он насмешливо посмотрел на мое поведение и ткнул меня в руку.
— Каждую ночь в течение этой недели Дариус был в моей постели и говорил о тебе без остановки, — ответил он. Мое нутро сжалось, когда я задумалась, преувеличивает он или нет, и я не могла решить, хочу ли я, чтобы он преувеличивал. — Возможно, я тоже должен дать тебе пинка под зад.
— Может быть, — тихо согласилась я, не зная, что сказать о Фейри, которого звезды выбрали для меня.
— Он хороший человек, Тори, — грубо сказал Орион. — Дай ему шанс доказать тебе это еще раз.
Я вздохнула, не давая ему ответа на этот вопрос, потому что не была уверена, что ответить. Я настолько запуталась в Дариусе, что мне невозможно принять какое-либо решение относительно него, не говоря уже о том, что кольца в наших глазах делали эти решения совершенно несущественными.
 
Я взглянула на часы, увидела, что уже без пяти восемь, и поборола желание начать подпрыгивать при мысли о скором приезде Лайонела.
— Мне нужно идти. Лайонел должен вернуться в восемь, и я в равной степени боюсь его увидеть и так взволнована, что, кажется, меня может вырвать. — Я издала мрачный смешок и встала, привлекая тени, чтобы немного успокоить нервы. Если я собираюсь сделать это, то должна быть уверена, что моя маска не спадет.
— Позаботься о себе, Тори, — сказал Орион, поднялся на ноги и пошел со мной к двери с выражением лица, которое говорило о том, что он не хочет отпускать меня, хотя мы оба знали, что мне нужно уйти.
— Ты сосредоточься на том, чтобы быть милым с моей сестрой, а я прекрасно справлюсь с ужином с королем. Потом я вернусь, когда он уснет — Дарси, вероятно, появится раньше.
Лицо Ориона побледнело, и он, нахмурившись, посмотрел на свое пятно от спагетти, что заставило меня фыркнуть от смеха, направляясь к двери.
— Теперь ты решаешь, может переодеться в другие треники с футболкой? Или подумываешь, что стоит надеть джинсы? Или лучше надеть костюм в попытке непринужденно притвориться, якобы забыл, что она придет, и так случайно надел свое самое модное дерьмо, — пошутила я, и его лицо вытянулось.
— Да пошла ты. Я даже не думал об этом, пока ты не сказала. В следующий раз, когда ты увидишься с Дариусом, я тоже залезу тебе в голову из-за выбора одежды.
— Удачи с этим. В отличие от тебя, мне насрать, что я ношу. Знаешь ли, не все такие тщеславные, — я поддразнила его, и он раздраженно зарычал.
— Тогда я найду какую-нибудь другую слабость, чтобы использовать ее против тебя, — пригрозил он.
— Ну, это довольно просто. У меня внутри все перевернуто, так что ты можешь просто играть на моей неуверенности в том, являюсь ли я вообще полноценным Фейри.
— Не смешно, — пробормотал Орион, качая головой.
— Я ведь должна смеяться, если не хочу плакать, так? А теперь, если ты не возражаешь, мне нужно пойти и прижаться к человеку, который заточил меня в тюрьме и пытал. — Я попятилась к двери, но он поймал мою руку в свою и крепко сжал, встретившись со мной взглядом.
— Мы все немного не в себе, Тори, — тяжело сказал он. — Но людям, которые нас любят, на это наплевать. А еще лучше — они любят нас за это еще больше.
Мой взгляд зацепился за браслет дружбы, который я сделала для него несколько месяцев назад, и мое сердце радостно забилось, когда я улыбнулась ему.
— Я скучала по тебе, мудак, — сказала я низким голосом.
— Я тоже скучал по тебе, дикарка.
Мы обменялись взглядом, в котором было ясно читалось обещание никогда больше не говорить об этом дурацком моменте, и он отпустил мою руку, чтобы я могла уйти.
Я вернулась из летнего домика во дворец и направилась в неофициальную столовую, где Лайонел любил обедать. Точнее, это был его единственный вариант, поскольку большая часть дворца была наглухо закрыта, и он не в состоянии понять, как проникнуть в какую-либо из комнат. Теперь, когда я могу оценить ситуацию в полной мере, мне чертовски смешно.
Мое сердце забилось, когда я приблизилась к столовой, и услышав за дверью глубокий тембр его голоса, я, несмотря на свои лучшие намерения, ворвалась внутрь.
Мой взгляд устремился прямо на моего короля, который стоял у двери, и прежде чем я смогла остановить себя, прыгнула на него, обхватив руками его шею и крепко прижавшись к нему.
— А вот и она, — промурлыкал он самодовольным голосом, обхватывая меня одной рукой и притягивая к себе. — Мой маленький питомец.
Раздражение пронзило мой позвоночник от этих слов, но оно было смягчено блаженным облегчением от воссоединения с ним, и в течение нескольких секунд все, что я могла делать, это утыкаться лицом в его шею и вдыхать его запах.
Кто-то недовольно прочистил горло позади нас, и я повернулась, обнаружив Дариуса, сидящего за столом рядом с Ксавьером, ожидая, когда же мы присоединимся к ним. Мои внутренности сжались, и стыд вцепился в меня, осознавая, что он только что всё видел. Я боролась с румянцем, притягивая тени, которые притупляли мои эмоции, поскольку они овладевали мной.