Кровь, пот и чашка чая. Реальные истории из машины скорой помощи
В последнее время я слишком занят и пишу посты с рабочего планшета и мобильного телефона. В пятницу надо будет наверстать (в частности ответить на комментарии, которые мне оставляют).
Получил результаты анализов крови (пост-профилактика) – уровень лейкоцитов до сих пор низкий. Продолжительность жизни у этих клеток 120 дней, так что уровень может падать, прежде чем вернуться к норме. Зато у меня появился хороший предлог лишний раз повидаться с симпатичной медсестрой из отдела безопасности труда.
Сегодня мы, как обычно, объезжали хрупких старушек, которые почувствовали себя плохо, позвонили семейному врачу, а тот перезвонил нам и попросил отвезти их в клинику, потому что не может поднять задницу и выйти из офиса, чтобы навестить своих больных. По радио сообщили, что сегодня многие падают в обморок на улице: там стало теплее (24 °С), но мне кажется, старушки испытывают, скорее, психологический стресс.
Мне предстоит еще переделать кучу дел, а времени нет: даже простые вещи типа оплаты счетов сильно осложняются, когда ты один и работаешь посменно.
Кажется, я опять ною…
Пойду-ка лучше посплю. Всем доброй ночи. Не останавливайте угнанную машину
Как же я устал…
Я дошел до того, что спрашиваю себя, хватит ли у меня сил приготовить ужин перед тем, как свалиться спать. Какая из биологических потребностей перевесит?
Сегодня диспетчерская передала нам вызов на другой берег Темзы. Я максимально вежливо поинтересовался, помнят ли они, что у меня машина, а не катер, и получил ответ: «А крылья вам на что?» В общем, все закончилось тем, что мы проехали несколько лишних миль в обе стороны, чтобы пересечь реку по мосту.
Вызывали нас на обморок, который произошел, вероятно, от жары, стоящей сейчас в Лондоне. Единственный плюс жаркой погоды в том, что женщины ходят в весьма откровенных нарядах, от чего кататься по улицам становится чуть более увлекательно.
Мы подобрали сразу двух пациентов: с психиатрическими проблемами и злоупотреблением лекарственными средствами, которые напились и свалились на улице в километре друг от друга. В одного дети уже начали тыкать палкой…
Дальше последовала 51-летняя азиатская бабушка ростом 132 см, которая увидела, что машину ее мужа пытаются угнать, прыгнула на багажник и уцепилась за дворник на заднем стекле. Она свалилась, но серьезно не пострадала: пара синяков да царапин от гравия. К несчастью, в угнанной машине находились ключи от ее дома и чековая книжка. В отделении скорой помощи была запарка, так что ее отправили в зал ожидания, что меня разозлило, да еще вдобавок принимала ее та же медсестра, которая не далее как сегодня утром выразила сомнение в том, что я знаю симптомы булимии.
Теперь надо поесть/поспать… потом намылиться/постоять под душем/повторить… но уже завтра.
Воскресенье
Провожу воскресенье в одиночестве в своей квартире. Никакой работы, никакого стресса, приличные передачи по телевизору. ХОРОШО.
В холодильнике нет шоколада, надо погладить форму, завтра на работу. ПЛОХО.
Звонок из отдела безопасности труда: лейкоциты вернулись в норму. ЗАМЕЧАТЕЛЬНО (осталось только сдать анализ на ВИЧ/гепатит). На восемь… девять меньше
Сегодня в нашем станционном объединении не хватает ВОСЬМИ машин: неудивительно, что мы носимся по городу, как пресловутый электровеник. Диспетчерская шлет нам вызовы, на которые некого отправлять, поэтому все экипажи проявляют повышенное, по сравнению с обычным, недовольство, а диспетчеры требуют освобождаться скорее. Мне все равно, я не против постоянно находиться на вызовах, да и смена так проходит незаметно.
Пока я это писал, еще одна скорая попала в аварию на трассе А102, всегда забитой транспортом. С экипажем все в порядке, но это означает, что у нас будет на девять машин меньше нормы еще как минимум 2 часа.
Вызовы были типичными для утра понедельника: 97-летние старушки с сердечными приступами, 10-летние мальчуганы с разбитыми головами (у одного, кстати, рана оказалась сантиметров 10 длиной – ничего себе!) и 88-летние мужчины из домов престарелых с «повышенным артериальным давлением» (которое уж точно получше, чем у меня).
А теперь еще какой-то дурень умудрился проткнуть себе живот ножницами. Авторские права в медицине
Я только что пришел с курсов повышения квалификации. В основном на них говорят о том, что мы и так делаем все правильно; на этот раз нас еще ознакомили с новым руководством по оказанию неотложной помощи. Курс продолжается 2 дня, и завтра нам предстоит занятие по теме насилия над детьми (интересно, ребенка надо приводить с собой?). Пока повышение квалификации заключалось в том, что лектор нам говорил продолжать делать все, как раньше. По крайней мере, там не надо сидеть целый день: занятия длятся с 8 утра до 14. Каждое начинается с презентации в PowerPoint, которая объясняет, что значит «врачебное совершенствование».
Мы должны писать собственные сценарии, а потом обмениваться ими (очень эффективная методика преподавания, поскольку лектору ничего не надо планировать). Сегодня нам рассказали, что на данный момент соотношение между жалобами и благодарностями в адрес скорой помощи 50/50, и большинство жалоб касается «отношения персонала». На меня пока никто не жаловался, хоть и благодарностей я не получал. Вообще, я считаю, что чем меньше привлекаешь к себе внимания, тем лучше.
Тем не менее есть одна проблема: мы должны учиться по печатной версии Руководства 3.0, но на самом деле учимся по версии 2.2.
Причина?
Авторские права.
Дело в том, что для Лондонской службы скорой помощи в Руководство желательно было бы внести несколько изменений. Но поскольку организация, издавшая его, обладает авторскими правами, Руководство изменить нельзя. В «Свободной культуре» Лоренса Лессига говорится, что ваша ценность растет, если вы позволяете другим делать вклад в свою работу. Это отличный пример данного принципа.
Получается, что жители Лондона не получают медицинское обслуживание по высшим стандартам из-за авторских прав.
Врачебное совершенствование заключается в том, чтобы лечить людей как можно лучше… не так ли? Транзит Венеры
Сегодня транзит Венеры – ее прохождение через Солнце, – и этот астрономический феномен напомнил мне затмение летом 1999 года… (представьте себе флэшбэк, как в кино.)
Я тогда работал в больнице в отделении неотложной помощи и был уверен, что затмения не увижу. Как обычно, в неотложке не было окон, и вообще она больше напоминала бункер. Однако в тот день, отделение оказалось пустым: впервые на моей памяти. Как правило, в это время мы едва справляемся, но тут… ни одной живой души. Чуть раньше явился пациент с больной ногой, но это не шло ни в какое сравнение с коридором, сплошь заставленным каталками, к которому мы привыкли.
Еще я узнал, что из пленок для компьютерной томографии получаются отличные солнечные очки.
И вот все отделение вышло на улицу, люди столпилось на газоне, наблюдая за тем, как солнце медленно исчезает: жутковатая картина и одно из моих самых ярких воспоминаний того периода. Подозреваю, что в тот момент опустела практически вся больница, потому что на улице собралась целая процессия пациентов в халатах, цеплявшихся за штативы для капельниц.
Как только затмение закончилось, к нам на скорой привезли двоих пациентов с остановкой сердца, как будто те люди специально ждали, пока солнце выйдет снова, чтобы рухнуть замертво.
Также в отделении становилось тише во время футбольных матчей чемпионата мира, королевских свадеб и интересных сериалов. Все не так плохо
