Вымершие люди: почему неандертальцы погибли, а мы — выжили

Насколько мне известно, никто не высказывал предположение о том, что эти макаки научились делать каноэ или другие плавучие средства, и вряд ли они развили навыки морской навигации. Случайность и набор их привычек, зачастую заставлявший их попадать на дрейфующие плоты, позволили им заселить многие отдаленные острова. Тем не менее, когда дело доходит до расселения людей на тех же островах и в Австралии, во всех описаниях эпических путешествий непременно фигурируют навыки мореплавания и навигации [179].
После азиатского цунами в 2004 году появилось множество невероятных историй о выживании, в том числе о людях, дрейфовавших в море. Например, 21-летний мужчина выжил, две недели дрейфуя на плоту из обломков и питаясь лишь мякотью старых кокосов. Этот случай доказывает, что человек, подобно макакам, вполне мог перемещаться по морю случайно. Если люди, как и обезьяны, жили вдоль прибрежных районов и рек Юго-Восточной Азии, то они также могли попадать в море на природных плотах. Пещера Ниах уже показала нам, что люди не только жили вблизи рек ранее 40 тысяч лет назад, но и регулярно собирали там моллюсков и ловили рыбу.
Все это говорит мне вот о чем: независимо от того, шли люди из Северо-Восточной Африки вдоль побережья на Аравийский полуостров и оттуда в Индию и Юго-Восточную Азию или нет, а ничего нового они при этом не делали. Они не обнаружили побережье и связанную с ним пищу в одночасье, и уж точно их уходу из Африки не препятствовали, пока они не нашли этот путь. Когда же и почему это произошло? Может быть, из-за нового свойства, которое сделало этих людей современными и способными покорять мир? Чтобы найти ответ, нам нужно взглянуть на условия жизни в Северо-Восточной Африке позднее 80 тысяч лет назад, когда, по-видимому, начались мутации, и сегодня существующие среди неафриканцев.
Будет полезно вспомнить, каким образом из одного источника в близлежащие районы распространяются популяции животных, постепенно расширяя свою географию, когда тому способствуют условия. В прологе я привел в пример распространение кольчатой горлицы по всей Европе, с востока на запад, и объяснил, что в этой экспансии участвовали многие поколения птиц. Это не было миграцией. Нечто подобное могло произойти с расширением географической зоны обитания народов Северо-Восточной Африки примерно 80 тысяч лет назад. Это была не целенаправленная миграция и уж точно не массовый исход в поисках более зеленых пастбищ.
Я подчеркиваю это, потому что экспансия населения из Северо-Восточной Африки в направлении Австралии все еще изображается как эпическая миграция народов. И поиск «маршрута» почти так же бессмыслен, как поиск «недостающего звена» в XIX веке.
Первое препятствие — Ворота слез (Баб-эль-Мандеб), узкий пролив, отделяющий Северо-Восточную Африку от Аравийского полуострова. Этот 25-километровый участок глубиной 137 метров, соединяющий Красное море и Индийский океан, никогда не был сухопутным мостом. Даже во времена понижения уровня моря сохранялся узкий 5-километровый канал воды, отделявший Африку от Аравийского полуострова [180]. Был ли этот узкий канал препятствием для людей? Это кажется маловероятным, однако в отсутствие прямых доказательств вопрос остается открытым. Если люди не проникли на Аравийский полуостров через Ворота слез, тогда они, вероятно, распространились на север, на Синайский полуостров и оттуда — через Аравийский полуостров или в обратном направлении вдоль противоположного побережья.
Давайте на минуту остановимся и подумаем, сколько времени заняло бы географическое распространение из Северо-Восточной Африки до Аравийского полуострова, если бы море было для людей препятствием. Чтобы попасть с одного берега Ворот слез на другой длинным путем, придется преодолеть около 4,5 тысячи километров. При темпах прироста населения среди людей, который мы рассчитали в прологе и который соответствует недавним исследованиям [181], для этого потребовалось бы 1500 лет, или 100 поколений. Чтобы попасть на Аравийский полуостров, а не на другую сторону Ворот слез, потребовалось бы гораздо меньше времени. Расстояние около 2,6 тысячи километров потребовало бы около 876 лет, или 58 поколений.
 
Так что перемещение из Северо-Восточной Африки в Аравию (или обратно) путем нормального процесса географической экспансии при благоприятных для роста населения условиях не потребовало бы особого мастерства, свойственного лишь разумным людям. Как мы видели в главе 2, более ранние версии людей гораздо быстрее достигли Юго-Восточной Азии, и многим другим видам животных зачастую удавалось распространиться на еще большие расстояния, когда условия были для них подходящими. Также неправильно предполагать, как это часто делают, что географическая экспансия в Аравию была движением в одном направлении. Гораздо более правдоподобно, что популяции людей из основной области разрастались в подходящие местообитания в разных направлениях. Чтобы найти свидетельства географического распространения людей позднее 80 тысяч лет назад, нам стоит искать во всех направлениях, начиная с районов, прилегающих к основной области. Долина Нила кажется неплохим началом.
Переместившись в Аравию и Индию, мы также обнаружим, что человеческие окаменелые останки этого периода в этих частях мира практически не найти. Значит, нам стоит полагаться на каменные орудия и другие объекты материальной культуры, свидетельствующие о присутствии людей. Технологии интересующего нас периода, обнаруженные в регионе, относятся к группе среднего палеолита, подобно инструментам, которые неандертальцы и протопредки изготавливали на Ближнем Востоке 130–100 тысяч лет назад. В отличие от Ближнего Востока, Средний и Нижний Египет этого времени кажутся безлюдными. По крайней мере, археологические объекты моложе 100 тысяч лет здесь практически отсутствуют [182]. Это довольно странно, так как климат в то время был теплым и влажным по всему региону [183].
Присутствие человека в долине Нила становится очевидным позднее 100 тысяч лет назад [184]. В то время Ближний Восток был занят только неандертальцами, поэтому между ними и народом долины Нила возникло своего рода разделение на север и юг. С того момента и до 70 тысяч лет назад в долине сосуществовали две разные технологические группы, и они, вероятно, представляли разных людей [185]. Одна группа, нубийская, была широко распространена по всему Северному Египту и, возможно, в пустыне. Ее технология включала в себя каменные наконечники, вероятно, для охоты на дичь, которая, по-видимому, была основным промыслом нубийцев. В северных пределах долины Нила они появились внезапно и, похоже, были чужаками, попавшими в этот район с юга.
Вторая популяция — это группа нижней долины Нила, по-видимому, обладавшая технологиями местного происхождения. Похоже, эта группа сосуществовала вместе с пришельцами, лишь изредка отваживаясь отдаляться от реки. Возможно, они были частью популяции протопредков, которые жили поблизости, на Ближнем Востоке, и продвинулись на запад, до Марокко (см. главу 3). Их технологии были практически идентичны технологиям этих протопредков и неандертальцев. Могли ли нубийцы быть предками? В любом случае, у нубийских пришельцев не было очевидного преимущества перед местными жителями, и обе группы долгое время жили в одном и том же регионе, занимаясь разными промыслами в разных местообитаниях. Третья популяция, неандертальцы, тоже была неподалеку, на севере.
Время от времени, когда климат сближал предпочтительные для них среды обитания, две нильские группы жили в непосредственной близости. Вывод, который мы можем сделать из этого интересного наблюдения, заключается в том, что динамики популяции людей в то время не отличались от сегодняшних: в пойме реки плотность населения была высокой, а в соседних пустынях жили подвижные кочевые группы. Нубийцы пустыни вели подвижный образ жизни: в трудные времена они передвигались и даже временно поселялись рядом с рекой или побережьем Красного моря. Оседлые люди реки держались подальше от пустыни и конфликтовали с людьми пустыни, когда их пути пересекались [186]. С точки зрения классификации действующих лиц человеческой истории, сформулированной в прологе, нубийцы были определенно новаторами, а другие были консерваторами. В постоянно меняющемся мире долины Нила, восточной части пустыни Сахара и побережья Красного моря ни одна из этих популяций никак не могла заполучить превосходство над другой.