Чуть больше мира (СИ)

— А за что же?
— За то, что остальным напакостить мог. Если начнутся бураны, то проданные им свиньи для солдат лишними не покажутся. Да и при осаде тоже.
— Солдаты-солдаты, — буркнул рыжий, снова раздражаясь невесть на что. — Ты только о них и печёшься?
— Нет, конечно, — пожала плечам Лан. — Но они защита. Не будет воинов, не станет и всех остальных: крестьян, мастеров, слуг. Кстати, о слугах. Мне передали, что ты вчера девчонку в углу зажал?
— А нельзя? — ухмыльнулся Райл, снова веселея. Ревнует. Значит, всё у них сладится. — Ну так пусти в свою постель — мне и служанки не понадобятся.
— Моя постель пусть тебе пока миражом видится, — не краснеть, не отнекиваться Лан, почему-то, не стала. — Но в Ис’Кай существуют определённые правила. И женщин, если они сами не дают понять, что не против, никто не трогает. Не найдёшь подходящей — спустись в солдатскую кухню. При ней живёт пара девушек, которые будут рады услужить за несколько монет.
— Что-то я не слышал, чтоб у Ланара в доме такие правила водились, — нахмурился Райл.
— У Ланара в доме могут быть любые правила. Там он хозяин. А тут я.
— Да послушай же! — Натери подогнал свою лошадь, перегородив Кайран дорогу. — Ты всё берёшься переделывать по собственному разумению, никого не спросясь. Но, может, не стоит так ломать-то? Не всё плохо, что старо!
— Ну да, — усмехнулась элва. — Не думай ты, что вправе любую девку облапать, то и меня не полез бы на башне целовать.
— А что, плохо получилось? — лукаво усмехнулся Райл.
Лан долго смотрела на него из-под низко надвинутого капюшона, ни слова не говоря. Только горячащегося жеребца по шее похлопывала.
— По мне — так ничего хорошего, — ответила, наконец. — И нет, пожалуй, тебе услуги девок не понадобятся. Как бы отбиваться от на всё согласных ни пришлось.
— Да только намекни — и лишь твоим стану!
— Райл, у тебя удивительно короткая память, — поморщилась аэра. — Я уже говорила, что все эти: «Будь моей!» и «Твоим стану!» прибереги для другого случая. Меня они не впечатляют.
— Это вы мне говорили, хозяйка, — мрачно буркнул едущий сзади Редгейв.
— Да? — ничуть не смутилась Кайран. — Значит, это у меня память короткая. Но суть дела не меняется.
— Ты и с ним?! — рявкнул Натери, дёрнув повод так, что его лошадь, заржав, на дыбы встала.
— Я и с ним нет. Хотя тебя это никак не касается.
Лан почти легла на шею своего жеребца, вынуждая его оставаться на месте. Но на неё саму выходка элва никакого действия не возымела — даже бровью не дёрнула.
— Да посмотри на себя! — рыжий не выдержал, заорал-таки в полный голос. — За тобой же стая кобелей, как за течной…
— Что ж ты к собачьей-то свадьбе присоединился, аэр? — ласково спросила Лан.
И хлестнула нагайкой по воздуху перед самым носом райловской лошади. Коняга, и без того на месте приплясывающая, шарахнулась в сторону, косо перебирая ногами. Да и рухнула набок, прижав собой элва. Засучила коленями, едва не задев аэра копытом, поднялась неловко. И припустилась с пустым седлом вслед за вороным, стелящимся над дорогой — только снежная пыль клубом.
— Жив? — равнодушно поинтересовался Редгейв, облокотившись о луку. — Ничего не поломал?
Райл в ответ выругался сквозь зубы, барахтаясь в сугробе. Ноги запутались в плаще, стянувшем не хуже верёвок.
— Помочь? — вояка закусил ус. — Ну, как знаешь. А на меня можешь не зыркать. Всё равно ничего не получится. Морду себя я бить не дам, но дерусь только по её приказу. Вот когда скажет, тогда да, с удовольствием фарш настрогаю.
— Если получится! — огрызнулся Натери, наконец, поднимаясь.
— Думаю, что совладаю, — хмыкнул Редгейв.
— Так, значит, ты только по её указке живёшь? — зло сплюнул рыжий. — Так чего же за хозяйкой не помчался? Вдруг её, такую замечательную, разбойники украдут?
— Тут разбойники не водятся, — спокойно ответил меченый. — Вон, глянь.
Элв указал куда-то поверх головы Натери. Аэр неохотно обернулся. И уставился на золотое с серебром, украшенное крупными идеально круглыми жемчужинами запястье[6], висящее на толстой ветке. Рыжий глянул через плечо, оценил расстояние. С дороги не заметить украшение мог только слепой.
 
— С весны висит, — пояснил кайрановский пёс. — Как думаешь почему?
* * *
Райл и сам бы рад перестать удивляться, да не получалось. Уж больно сказочной выглядела деревня. Словно и не на этом свете находишься, а уже в Серебряные Леса попал. Домики — чистенькие, ухоженные — рядком стояли за весёленьким голубеньким штакетником. Дымки курились над каждой крышей. Снег горбился сугробами в палисадниках. И видно, что летом тут цветы растут, а не репейники. Даже собака, из-под калитки всадников обрехавшая, больше на лису смахивала — рыжая, откормленная.
Дух сытный в воздухе разливался — время-то уже к обеду. Потому и пахло хлебом, наваристой похлёбкой. Элвов на улице немного — по домам, видать, сидели. Но встречные хозяйке не кланялись, приветствовали, как ровню. Останавливались, перебрасывались парой слов. А Кайран и ухом не вела, будто так и надо. Сама кузнеца окликнула, что-то про лемех спросила. У бабы с полными вёдрами поинтересовалась здоровьем какой-то Мирке.
Это госпожа? Хуже фермерской дочки, видят духи. Всей и чести, что остановилась на околице, дождалась, когда Натери и спешившийся Редгейв догонят. Спасибо огромное, не заставила бежать следом, как собачонку. Только больше Кайран и внимания на гостя не обращала. Лишь буркнула недовольно: «Смотри, если хочешь». На что смотреть? Как она Старшую Кровь позорит? Не поймёшь, то ли комендант крепости, то ли управляющий, то ли диспонент[7]. Но уж никак не благородная аэра.
Райл и сам толком не мог понять: нравится ему это или нет. Но раздражала его Лан жутко, до боли в клыках.
Элва остановила своего коня рядом с коттеджем, стоящим в самом конце улицы — за ним уже заснеженные поля начинались. Дом был, пожалуй, побольше остальных. Хоть и двухэтажный, но широкий. Фасад аж на восемь застеклённых окон. И внешние балки новые, ещё не успевшие потемнеть. Видимо, совсем недавно его построили.
С выбежавшей навстречу старушкой Кайран и вовсе обнялась, позволила расцеловать себя в обе щёки — Натери чуть не сплюнул с досады. И повод коня швырнул подошедшему мальчишке-прислужнику так, что едва не рассёк пареньку скулу пряжкой. Аэра на это ничего не сказала. Только остановила служку, наклонилась, разглядывая покрасневшую щёку. И что-то шепнула мальцу на ухо — оба разулыбались, как заговорщики.
Рыжий с досады скрипнул зубами.
— Чего аэр желает? — вежливо поинтересовалась Лан, передавая старушке плащ. В доме было натоплено, даже жарко. Пахло сухими травами и печевом. — Пообедаем или сначала навестим аэров Кайран?
— Давайте навестим, — не слишком уверенно буркнул Райл, пытаясь сообразить, на кой он вообще сюда припёрся?
Нет ему дело до калек Кайранов. Просто любопытно стало: правду говорят или врут, что с родственниками Волчица из Ис’Кай давно разделалась. Вот и чувствую себя незваным гостем на чужих поминках.
— Которого? — подлила масла Кайран, приторно улыбаясь.
— Да веди уже!
— Как угодно аэру, — кивнула элва, поправляя широкий, совсем неженский ремень, перехватывающий ещё менее женский камзол.
Впрочем, с её выбором гардероба Райл спорить не собирался. Брюки, ладно обтягивающие длинные ноги и аппетитную задницу, ему нравились гораздо больше, чем пышные юбки. Хотя, конечно, смотря на ком. Собственную жену элв ни за какие деньги мира в штаны бы не обрядил.
— Проходите, — Лан толкнула дверь.
Спёртый нездоровый дух шибанул в нос, едва не заставив Натери попятиться. Не любил он болезни. А, может, даже и боялся, на себя примерял. Как это, когда твоё тело, которая сила распирает, вдруг становится слабым, перестаёт подчиняться? Такого же быть просто не может!
Но под насмешливым взглядом Кайран всё-таки шагнул вперёд.