Чуть больше мира (СИ)

— Тихо, девочка, — Ярил положил руку на вздыбившийся загривок собаки, — ещё не время. Не стоит нашу гостью пугать.
— Глянь, ща сучья драка будет, — радостно выпалил кто-то из толпы матросни.
Чернявый элв коротко глянул через плечо, и не успевший толком родиться гогот тут же умер.
— Вам не о чем волноваться, аэра Кайран, — заверил Ярил. — На этом корабле вы в полной безопасности.
— Охотно верю, — от испуга у Лан даже голос прорезался. — Особенно учитывая тот факт, что одного такого вы на меня уже натравили.
— Даю слово, что в этом моей вины нет, — голос у элва был ему под стать — низкий и густой, отдающий в гул. — Ихту я команды не отдавал. Он был слишком ценен. Просто не смог его отозвать. Иначе бы выдал себя.
— Честно говоря, мне плевать. Просто держите своих псов подальше. Всех. С драной мордой тоже.
Редгейв, стоявший за её спиной, зашипел сквозь зубы.
— Справедливо, — кивнул Ярил. — Разрешите проводить вас? К сожалению, кают на этом корабле нет, но в трюме сухо и достаточно тепло. Я приказал…
— Где мой… — Лан осеклась, судорожно пытаясь сообразить, как вопрос сформулировать, чтоб лишнего не сказать.
— Интересующий вас элв уже переправлен в надёжное место, — пришёл на помощь чернявый. — Вы с ним встретитесь, как только мы…
— Где гарантии?
Аэр помолчал, сверля Кайран чёрными, абсолютно матовыми, словно неживыми, глазами.
— Какие тебе ещё гарантии, стерва? — всю предупредительность и вежливость элва будто водой смыло. — Забудь свои хозяйские замашки. Лучше накрепко запомни другое: жизнь щенка от меня зависит. Как и твоя. И шевели ногами, пока я тебя матросам не отдал. О сохранности твоей шкуры речь не шла.
— У нас разные понятия о безопасности. Вроде бы мне её гарантировали, — процедила аэра.
На это Ярил ничего не ответил. Только взгляд его стал вещественнее — плотнее, тяжелее. И псина у его ноги опять зарычала, показывая желтоватые клыки. Кажется. Лан тут никто выбора предоставлять не собирался. Но другого ждать и не приходилось.
* * *
Оказывается, можно привыкнуть ко всему. И от этого становилось жутковато. Но за две недели плаванья Лан почти смирилась со своим не слишком завидным положением. Да и матросы к ней привыкли, Ярил даже иногда удостаивал аэру парой не слишком грубых фраз, а его кошмарная собака по кличке Ихтас больше не скалилась. И — что пугало сильнее всего — происходящее начало казаться нормальным, даже привычным.
Корабль скорее не плыл, а крался, постоянно держась береговой линии. На переломе зимы в море выходили только безумцы. Видимо, чернявый был из таких. Или нужда припёрла — о причинах, по которым им Лан так срочно понадобилась, элв говорить отказывался. Так или иначе, а паруса поднимать практически не рисковали. Матросы целыми днями отмахивали руки на вёслах. И при появлении малейшего ветерка крепче того, что волосы растрепать может, старались уйти в проливы между островами, спрятаться в бухтах.
Кайран матросам почти завидовала. Конечно, работа тяжеленным, будто каменным веслом — не самое весёлое дело на свете. Но скука гораздо неприятнее. Одно занятие — стой целыми днями, да смотри, как мимо лениво проплывает серый унылый берег. Правда, в первые дни, когда аэру из трюма не выпускали, всё было ещё хуже. Но потом Ярил сообразил, что даже Волчица из Ис’Кай вряд ли устроит заплыв до берега в такую погоду. И смилостивился. Но следить не перестал.
Лан выдохнула в воздух облачко пара, потёрла переносицу. Хотя больше ей лопатки поскрести хотелось — чёрный взгляд аэра прилипал к спине, стоило Кайран на палубе показаться. Приятного в этом было немного.
— Послушайте, аэр Сайрен, — элва обернулась к чернявому, опираясь локтями о поручни, — почему вы меня ненавидите? Или это просто такая солидарность Райлу?
— Мне не кажется, что ты на самом деле желаешь это знать, — неохотно отозвался Ярил, поглаживая по холке ужас в собачьей шкуре.
Элв сидел там же, где проводил большую часть дня — под мачтой, на бухте троса. В управление кораблём он не вмешивался. Лан вообще не слышала, чтобы аэр приказы отдавал. Но и за вёсла браться не спешил. И, кажется, это всех устраивало — матросы чернявого явно сторонились, будто побаивались.
 
— Ну, почему же? — пожала плечами Лан. — Всегда интересно узнать о себе что-то новое.
— Ничего нового я не скажу, — ещё неохотнее ответил аэр.
Разговорчивостью Сайрен явно не страдал.
Лан задрала голову, глядя в выцветшее небо, сыплющее мелкой снежной крупкой.
Самое сложное — это не думать. Но когда себя нечем занять, мысли в голову даже не лезут, а ломятся с настойчивостью тарана. А этого допускать никак нельзя. Потому что следом на мягких лапах подкрадывается сводящая с ума паника. Того и гляди завизжишь взбесившейся кошкой, вцепишься когтями в смуглую рожу. Или действительно за борт прыгнешь. Спасение в спокойствие, холодности, расчёте. Спрашивать тоже нельзя — ни о чём, разве что о погоде. Недопустима даже тень слабости.
Только держать себя в кулаке очень сложно. И с каждым днём становится всё сложнее.
— Ты собираешься отправить к духам всё, что для меня имеет хоть какой-то смысл, — неожиданно подал голос Ярил.
— Что, прости? — опешила Кайран.
— Ненависть. Ты спрашивала, — пояснил чернявый.
Порой он изъяснялся, как придворный. А иногда не говорил, а рубил фразы, будто экономя. Причём от настроения это никак не зависело.
— И что же я собираюсь уничтожить? — осторожно уточнила Лан.
— Всё, — элв указал на берег, — это.
— Можешь не верить, но как раз это я спасти пытаюсь.
Ярил коротко мотнул головой. Порыв ветра плеснул прямыми плотными волосами, как птичьим крылом.
— Нет. Всё, что с материка — зло.
— То есть, мир, сытость, спокойствие, по-твоему, зло? — усмехнулась Кайран.
— Да, — его уверенности, пожалуй, и позавидовать стоило. — Такие вещи не для нас, не для островитян. Нас духи другими создали.
— Какими? Мелкими пиратами? Постоянно грызущимися между собой из-за кучки скал собаками? Или, может, наше достоинство в невежестве? Судя по твоей сестре, образование она получила вполне приличное.
Лан и сама не слишком понимала, с чего это её на демагогию потянуло. Но уж лучше так, чем молчать. Истины, может, и не родит, зато время убьёт.
— Она получила — не я. Но остальное правда.
— Тебе самому-то не смешно?
Аэр повернулся, прожог чёрными глазищами — нет, ему не смешно было.
— Наша сила в духах, — прогудел Ярил, порядком помолчав. — На материке их забыли. Души жиром заплыли, оскотинились. Мужчины превратились в шлюх, а бабы в бездумных самок. Духи только здесь остались, на островах.
— Никак не ожидала, что ты поборник идей Мудрых.
— Я должен был им стать, — чуть шевельнул покатыми плечами элв.
— Неожиданно, — призналась Кайран, решив оставить любопытство при себе. Что-то подсказывало, что Ярил его не оценит. — Но допустим. Только вот это как-то не стыкуется с твоей службой Райлу. Он же фактически хочет того же, что и я. Просто на своих условиях. То есть, возвращаться к прежнему тоже не собирается. Или я чего-то не знаю?
— Я служу духам. Не элвам, — отрубил Сайрен.
Ну, пожалуй, эту новость можно считать самой неожиданной. Хотя, стоит ли принимать на веру всё, что он говорит? Впрочем, сейчас это никакого значения не имело.
— Ты маг? — кажется, этот вопрос она уже когда-то задавала.
— Магов не существует, — качнул головой элв. — И Даймонд не маг. Он — рождённое воплощение духа огня.
Наверное, такое заявление должно было впечатлить. Но поражённой до глубины души Кайран себя не чувствовала. Просто всё это казалось слишком абстрактным. И, чего уж греха таить, непонятным.
— А ты?
— Нет, — может, аэре и показалось, но Ярил вроде бы поморщился.
— Забавно получается. Даймонд скорее аранец. А, поди ж ты, духи к нему благосклоннее, чем к тебе.
— Нет. Просто он гораздо больше островитянин, чем сам думает.