Чуть больше мира (СИ)
— Ну и предложу, — пропыхтела Мильена, взбивая тяжёлую громоздкую перину. — Может, не белила с румянами, а притирания с мазями. Но без них не обойтись, ежели ты желаешь своего норовистого жеребца обратно в стойло вернуть.
— Кого?
Служанка выпрямилась, оставив перину в покое. Закатила глаза, шевеля губами. Видимо, на герронтийский переводила.
— Ну, всё правильно я сказала, — кивнула, в конце концов. — Жеребца в стойло. Кобеля в конуру. Барана в…
— Суть я поняла, — хмыкнула Лан, опираясь бедром о комод. — Не поняла про возвращение.
— А что, не собираешься? — невинно поинтересовалась Мильена, старательно разглаживая простыни. — Что же делать-то, а? И так всех петухов по дворам собрали. А сейчас даже и у соседей не купишь, на материк не съездишь. Неужели на кошек перейдём? Нет, это уж совсем не по-элвски! А, может, ёжиков?
— Прекрати, — поморщилась Кайран. — Не смешно.
— И мне не смешно, — герронтийка снова выпрямилась, уперев руки в пышные бёдра. — Вот нисколечко не смешно глядеть, как ты одна тут убиваешься. Или, думаешь, я не знаю, кто у нас в замке по ночам не спит, подушки слезами умывает?
Лан молчала. Набычившись, скрестив руки, смотрела на наперсницу. Но, кажется, на наглую девицу суровые хозяйские взгляды особого впечатления не производили.
— Что смотришь? — Мильена дёрнула подбородком вверх. — Иди вон солдатню свою глазами сверли. А я всё одно скажу. Потому как никто другой не скажет. Чего ты на него взъелась? Ну, подумаешь…
— Даже не соизволил сообщить, что живой, — перебила аэра.
— И, конечно, это потому, что он скотина! Вот ты тут обидки свои жуёшь, а прикинуть мозгами не желаешь? Как бы он сообщил, а? Или ты на каждом острове по голубю держишь, который сюда дорогу знает? Или ему к главе рода какого нужно было заявиться, попросить весточку тебе передать? Ой, ну да! Вот дурак-то, Райла не догадался озадачить!
— У королевы такие голуби точно есть, — буркнула Кайран, старательно глядя на дверь.
— Батюшки! — всплеснула руками герронтийка. — Как же я не додумалась! Верно-верно. И письмишко бы аккурат пришло на пару дней раньше, чем он приплыл. Или сразу два. Второе от Её Величества. Уж, думаю, там бы прислуга не поленилась, переписала послание.
— Ну, положим, не на пару дней, а раньше, — не отступала Лан, занявшись пристальным изучением пола. — И, кроме голубей, ещё гонцы имеются.
— А ты знаешь, где он вообще был, после того, как твой рыжий о его скоропостижной гибели сообщил? — Мильена изобразила пальцами кавычки. — И что с ним стряслось? Не знаешь же! И я не знаю. Вот пошла бы, да спросила. Вдруг он и впрямь не мог никого послать?
— Ещё немного и ты начнёшь балладу слагать о храбром рыцаре, — усмехнулась Лан. — Который бежал из плена врага. И через моря, океаны и горы добирался к прекрасной даме, запертой в башне. Про дракона не забудь.
— Сказочки — это по вашей части, госпожа, — разошедшаяся герронтийка изобразила книксен. — Вы ими себя потчевать любите. И самое обожаемое: «Сказание о деве, которой никто не нужен».
— По-моему, ты забываешься, — намекнула Кайран, отлипая от комода.
— Прошу прощения, — тут же сбавила обороты служанка, потупив глаза и благонравно сложив руки под передником. — Больше не повторится.
Кажется, аэра ей не слишком поверила.
— Я одного понять не могу, — помолчав, спросила Лан. — С чего ты так его защищаешь? Помнится, он тебя убить собирался. И непросто так, а по заказу твоего же любовника.
— Да духи свидетели! — всплеснула ладошками мигом забывшая о благонравии герронтийка. — Не его защищаю, а тебя! Имейся кто другой на примете, так я, может, за него пеклась. Так ведь нету же никого. Ну, пусть хоть такой. Плохонький, порченный, а всё же элв. Не с этим же псом шелудивым миловаться!
— Каким псом? — рассеянно отозвалась аэра, явно думая уже о чём-то своём, к теме столь интересного и животрепещущего разговора отношения не имеющего.
— Каким, каким… Таким, — буркнула служанка, решив, что подушки тоже взбить стоит. — Редгейвом твоим.
— А что с ним не так?
— Спроси лучше, что с ним так…
— Точно! — щёлкнула пальцами Кайран. — Забыла. Хотела же проверить, откуда у того крестьянина лошади взялись. Ну, на которых Танги приехал. Сарса-то мы на острове не нашли. Значит, вывез его кто-то.
— Причудливо порой у аэров мысли скачут, — поперхнулась Мильена. — Я тебе про мужиков, а ты мне про своего мужа убогого.
— В общем-то, он тоже мужчина. По крайней мере, родился таким, — Лан плюхнулась на кровать, за пятку стаскивая высокие сапоги. — А к крестьянину этому я завтра сама съезжу. Придётся, конечно, целый день потерять, но делать нечего…
— И послать-то нам некого! — проворчала наперсница. — Особенно если выдался случай с аэром Натери не видеться. Да что ты корячишься-то? Дай помогу.
— Я смотрю, других разговоров нет, кроме как про аэра Натери, — Кайран откинулась назад, опираясь на локти, протягивая служанке ногу.
— Ты ему про сыночка-то скажешь? — прокряхтела герронтийка, стаскивая обувку.
Лан молчала долго. И разуться успела, и раздеться. Мильена уж подумала, что вовсе ответа не дождётся. Но всё же медлила. Аккуратно сложила камзол со штанами, сгребла в охапку рубашку и чулки, чтобы прачке отнести. Даже нагар со свечки сняла.
— Нет, — всё-таки буркнула Лан, кутаясь в одеяло. — Не скажу. Если он узнает, то только от тебя. И тогда я твой болтливый язык выдерну.
— Да больно надо мне трепать, — дёрнула плечом девушка. — Но почему не скажешь-то?
— Не заслужил он сына, — элва приподнялась, гася свечу.
Видимо, Кайран считала разговор оконченным.
* * *
Стражники, позёвывая в воротники плотных плащей, отперли боковые ворота, выпуская всадников из замка. Зевали воины не потому, что кемарили на своих постах. Просто час был ранний, как раз перед рассветом. В такое время спать даже самому ответственному сторожевому хочется. Это только неугомонную госпожу ни свет ни заря куда-то несёт. С другой стороны, чай, ей виднее.
Конники лошадей не понукали, додрёмывали в сёдлах, убаюканные неспешным шагом. До рыбацкой деревушки, в которой брат Лан коней нашёл, путь, конечно, не близкий. Но, как Мудрые говорят: «Поспешай не торопясь — и всё успеешь!».
— Аэра Кайран, — раздалось за спиной насмешливое, когда решётка, выпустив отряд, уже закрываться начала.
Элва, разбирая поводья, беззвучно шевельнула губами. Невежливо в голос уважаемого гостя посылать. А так хотелось припомнить его матушку, бабушку и весь женский род до пятого колена.
— И вам доброго утра, аэр Натери, — отозвалась Лан, даже и не думая оборачиваться. — Не рано ли для прогулок?
— Для прогулок, может, и рано. Но для дел в самый раз, — безмятежно отозвался элв. — Я ведь ваш остров почти не знаю. А мне королевских солдат размещать. Когда они прибудут, понятно. Да и просто неплохо бы местность изучить. Всё-таки командовать придётся.
— Развелось командиров, — буркнул себе под нос Редгейв, сплёвывая в снег.
Даймонд высказывание проигнорировал. Сидел, облокотившись на луку, слегка вперёд подавшись. Весь из себя такой: «Ну-ну, Нопаль, чего скажешь?». Улыбочка кривенькая, причёска — волосок к волоску — тонким обручем перехвачена. Из-под белоснежного плаща, неведомым серебристым мехом подбитого, виднелся сапог мягкой, как бархат кожи. Между прочим, тоже белый.
На фоне тёмной громады замка, да рядом с воинами Кайран, аэр смотрелся, как ухоженная болонка, присевшая напротив волков. Но, кажется, ему на это плевать было. В чём в чём, а в смелости Греху не откажешь. Впрочем, в наглости тоже.
— Ну так осматривайтесь, — проворчала Лан. — Я велю вам провожатого дать.
— Да зачем же так беспокоиться? — приподнял свою проклятую бровь Натери. — Мне вас утруждать совестно. Сам уж как-нибудь. Только покажите, в какую сторону ехать. Я тут собрался деревушку навестить. Как же её? Сетёвка, что ли? Говорят, бухточка там очень удобна — тихая и неглубокая. Как раз для шлюпок.