"Фантастика 2024-143". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Тейт не сразу ответил. Он поднялся, сделал шаг назад, ещё и ещё, пока не оказался на расстоянии почти в пятнадцать метров, у кромки долины. Протянул руку в сторону, ладонью вниз – и её окутало пламя до самого плеча, прозрачное, больше похожее на марево.
Дохнуло жаром, как из печи.
У Соула расширились зрачки.
– Я не знаю, что это такое, – произнёс Тейт. – Но Трикси научила меня другому огню, не такому, какой у Чирерори. Моему собственному. Я мог бы взять её за руку, облечь им и провести сквозь гаюс. И ни одна спора бы до нас не долетела. Но только Трикси может находиться рядом со мной и дышать моим огнём, остальные… Не уверен, что смогу его удержать.
Он сжал кулак, и пламя угасло. А я рефлекторно села, обнимая колени, и спрятала пылающее лицо. Из-за того, что говорил Тейт, как он говорил – спокойно, без привычных своих шуток, слов-паразитов, намеренной несерьёзности – я чувствовала себя так, словно мы занялись любовью прямо у всех на глазах.
Эрнан раскашлялся.
– Я, э-э, кажется, уловил суть, – с деланой непринуждённостью сказал он. Я с трудом заставила себя поднять голову. – Значит, ты можешь устранить любую преграду?
– Ну не прям так, – признался Тейт. – Полоса гаюса слишком широкая, и его там много, я уже примерялся. Весь, наверное, не спалю, но точно прожгу дыру насквозь, ну, примерно двадцать-сорок шагов шириной. Получится жёлоб, хороший, даже без камней, гладенький.
Маронг точно очнулся, включаясь в обсуждение.
– И проскочить его надо как можно скорее. Когда гаюса так много, он быстро затягивает разрывы, именно поэтому заражённые долины невозможно расчистить постепенно. И не стоит забывать о спорах и ловчих нитях.
– Нам понадобится та твоя летучая платформа, – склонил голову к плечу Тейт. – Самая-самая скоростная, как тогда, когда мы от Аринги бежали. И ещё эта фигня наверху…
– Гравитационная аномалия, – с готовностью подсказал Эрнан.
– Ага, она. Надо, чтоб платформа как бы в трубе летела, тогда точно не заденем аномалию. Тронем хоть краем – втянет.
В обсуждении всплыло ещё несколько мерзких деталей. Например, можно загодя воплотить летучую платформу, но нельзя заранее проложить жёлоб через гаюс, потому что его точно так же уничтожит огонь Тейта. Медлить, когда пламя проложит дорогу, тоже опасно – через полторы-две минуты пространство заполнят споры и ловчие нити. А за гаюсом путь преграждала скала, и надо было немного загнуть направляющую «трубу» вверх, чтобы разогнавшаяся платформа перелетела над гребнем, потому что «вручную» пилотировать своё творение Маронг на такой скорости не мог.
– Значит, предельный срок – полтора ката, – пробормотала я. – Учитывая протяжённость участка, мне понадобится примерно десятая часть ката, чтобы создать трубу. Стационарные объекты у меня получаются хорошо. Мы в это время уже будем находиться на твоей платформе, да? – обернулась я к Маронгу.
– Я не так быстро овеществляю ничто, лучше подготовить платформу заранее, – согласился он. – Что насчёт спор и нитей?
– Отдельные я срежу, – пообещал Тейт. И ухмыльнулся: – Ты только не копошись там, а то совсем всё зарастёт. Ну, начинаем?
Собственно, тут же разошлись и начали.
Дядя Эрнан выглядел потерянным. К лагонскому принципу «подумал – сразу сделал, чего тянуть» он так и не привык, несмотря на свою хвалёную адаптивность. Ничего, ещё два-три месяца – и пообтешется, вдумчивость и взвешенный подход здесь обходятся дорого.
– Дело в другом, – мягко возразил он, присаживаясь рядом.
Тейт пока прилаживался, чтобы половчее изничтожить гаюс, Маронг сосредоточенно пыхтел, в буквальном смысле вылепляя платформу из пустоты, я чертила в воздухе схемы своей трубы-трамплина, основываясь на последних дополнениях. Остальные делали вид, что ведут светскую беседу – в сторонке, чтоб не отвлекать. Над гравитационной аномалией высоко-высоко светило жаркое солнце, дул лёгкий ветерок, отчего-то пропитанный ароматами тропических цветов и океана…
Благодать.
– И в чём тогда? – откликнулась я с запозданием. Так, материал для трубы нужно ещё подобрать – скользкий, гладкий, твёрдый, но с некоторым запасом пружинистости, что ли…
 
– Меня застало врасплох вот это. – Эрнан щёлкнул ногтем по модельке у меня на ладони.
Звук получился хороший – звонкий, стеклянный.
Наверное, если мне по голове постучать, такой же выйдет.
– Оу, – выдала я крайне содержательную реплику.
Модель благополучно растворилась в воздухе.
– Задумался невольно, почему ты это от меня скрывала, – признался он и откинулся назад на локтях; глаза, распахнутые в небо, казались теперь электрически голубыми, а в зрачках отражались белые перья облаков. – Не доверяешь?
Слова у меня благополучно куда-то подевались.
– Я… то есть… Да нет же, Эрнан! Просто сначала не до того было, когда Оро-Ич тебя только выдернул. А потом хотелось не банально похвастаться, вот, смотри, как я теперь умею, – понизила я голос. Мда, неловко как… И глупо. – А чтобы это естественно вышло – и зрелищно. Что мы идём, вдруг откуда ни возьмись выскакивают айры, а я их насаживаю на копья или размазываю. Стою, заляпанная кровью и гордая, а ты: «Браво!»
Дядя размышлял несколько секунд – подозрительно долго для него – и потом от души расхохотался.
– То есть ты хотела меня превзойти? – озвучил он парадоксальный вывод. – Смотри, дорогой учитель, как высоко я забралась?
– Ну, не совсем, – смутилась я ещё больше. – Но, наверное, в глубине души рассчитывала на то, что ты меня похвалишь. И удивишься.
– О, поверь, меня ещё бита в твоих руках поразила в самое сердце, – усмехнулся Эрнан. – Такая правильная девочка – и вдруг столько агрессии. Трикси, может, ты и не заметила, но я больше не твой наставник, – посерьёзнел вдруг он и повернулся на бок, чтобы меня видеть. Под его взглядом стало немного неуютно. – Прежние социальные роли ушли в прошлое, как только я здесь появился – честно признаюсь, практически беспомощный и порядком напуганный. Нелегко оставаться на пьедестале в облаке славы и почтения, если тебя хватают за ногу и трясут вниз головой, пока халат не свалится.
– Знаешь ли, моё уважение не от халата зависит.
– И даже не от того, что под ним, – цинично пошутил он. – Но ты тогда что-то могла сделать. И делала. А я барахтался, пытаясь разобраться в ситуации, и очень рассчитывал на твою помощь. Я искал опору в тебе, Трикси. Мы квиты.
Я нахохлилась, подтягивая колени к подбородку. Эрнан был прав – как всегда, впрочем. Никакие путешествия между мирами и новые роли этого не меняли.
– Значит, хвалить не будешь?
– Ну, почему же, – развеселился он. И сделал круглые, восхищённые глаза, словно на рок-звезду смотрел: – Ты уже делаешь поразительные вещи, это даже не конструирование и моделирование, а нечто более удивительное. Дома бы к тебе на открытые семинары выстраивались многокилометровые очереди, а запись на курс лекций была бы года за три, наверное. И, кроме того, ты неплохо освоилась на четвёртой ступени эмпатии и телепатии.
Меня аж подкинуло:
– Четвёртой? Не пятой?
Эрнан поднялся и щёлкнул меня по лбу:
– Не зазнавайся пока. Вот научишься дотягиваться куполом примерно от Лагона до побережья, не падая в обморок, тогда и поговорим о пятой. И над контролем эмоций надо поработать. И способы ментальной защиты у тебя, конечно, креативные, но. Трикси, твой купол и пальцем пробить можно при желании! Что ты привязалась к конкретным моделям, зачем себя ограничивать? Ну как маленькая. Показали в детстве мысленную кирпичную стенку – значит, строим стенки. Неужели нельзя просто изменить среду вокруг себя, чтобы там не было места чужому разуму? А страхи! Зачем ты тычешь всем в нос своими страхами, это же такое пространство для манипулирования, стыдно так подставляться во враждебном окружении. И вообще…
Тут я не выдержала – свернулась в клубок, закрывая лицо ладонями, и бессовестно заржала.
– Дядя, хватит, – простонала я, с трудом восстановив дыхание. – Отключай учителя, мы же вроде теперь договорились быть на равных.