Имперец. Том 1 и Том 2 (СИ)

— Тогда иди мерить оба! — скомандовала Корсакова, отправляя меня в примерочную. — А я еще что-то тебе подберу…
В общей сложности вся экзекуция заняла почти час. Девушка вошла в азарт и принялась искать мне костюм под свой вкус. Я, в принципе, был не против, тем более что за время примерки выяснил о ней много интересного.
У Василисы был старший брат, у отца — своя маленькая фирма по разработке программного обеспечения. Девушка довольно вдохновенно рассказывала, как они разрабатывают собственную платформу по автоматизации бизнес-процессов, и я героически держался, слушая про технические тонкости и требования каких-то там серверов.
Сама Василиса мечтала создать что-нибудь такое же гениальное, как электронная почта. Но никак не могла придумать ничего сложнее сайтика, который разрабатывала для общения со своими друзьями. Здесь я оживился и принялся расспрашивать Василису о деталях проекта, чтобы еще через четверть часа убедиться, что передо мной будущий разработчик синей социальной сети в юбке.
Каюсь, не удержался, докинул парочку идей в костер ее фантазий. Но судя по загоревшимся глазам, девушке они понравились, и она уже мысленно пытается их реализовать.
И вот, когда я примерил очередной костюм и вышел из душного закутка, готовый сказать — все, берем этот и никакой другой больше я в жизни мерить не буду, у меня зазвонил телефон. Пришлось отвечать:
— Да.
— Александр Мирный?
— Я.
— Здравствуйте! Меня зовут Ефим Константинович, я по поручению Виктора Сергеевича.
— Слушаю, — ровным тоном ответил я, не имея ни малейшего представления, кто этот Виктор Сергеевич.
— Мы готовы обсудить с вами продажу винного погреба.
  
Глава 22
 
Я поискал глазами часы на стене. Пора бы купить наручные, а то это становится неудобной привычкой.
— Через три часа я смогу подъехать на встречу.
Даже через телефон было слышно, что мужчина на том конце провода хмыкнул.
— Давайте встретимся в шесть вечера во ресторане Охотник.
Прекрасный адрес для сироты, вчера приехавшего в город. Практически как назначить свидание на «улице Сорок лет Победы» у фонарного столба.
— Хорошо, — легко согласился я. — А если назовете точный адрес, я даже не опоздаю.
— Плохо знаете Москву? — с ехидным сочувствием спросил собеседник.
— Вообще не знаю, — не стал стесняться я.
— Большой Черкасский переулок, 15.
— Благодарствую, — сказал я, прежде чем нажать отбой.
— Все в порядке? — спросила Корсакова, весь разговор соблюдавшая приличия и потому стоявшая от меня на максимальном расстоянии, какое позволял магазин.
— Да, — кивнул я. — Но вечером у меня внезапно появились дела. Так что берем костюм.
— Этот⁈ — возмутилась Василиса. — Я нашла лучше!
— Очень хорошо, — легко согласился я. — В следующий раз начнем с него.
— Следующий раз? — удивленно переспросила девушка.
— Ты против?
— Нет… — растерялась Корсакова, а я подозвал продавца:
— Я беру этот и вон ту рубашку, — я ткнул в первую попавшуюся из тех, что Василиса приносила для примерки.
— Ну уж нет! — возмутилась девушка и, сунув руку в стоящую рядом стойку с рубашками, как фокусник выудила какую-то точно такую же, но другую.
— Эту! — заявила Василиса тоном, не терпящим возражений.
— Хорошо, — не стал возражать я.
— Мы можем доставить его по адресу, — не особенно рассчитывая на оплату дополнительных услуг, предложил консультант.
— Знаете, очень актуально, — согласился я.
Ехать с покупками на многомиллионную сделку было бы совсем смешно. Еще только старого замызганного пакета-майки для денег не хватало для полноты картины.
— К костюму нужны туфли, — вставила Корсакова, едва мы вышли.
— Ага.
— И галстук. И ремень!
Я кинул взгляд на девушку и улыбнулся.
— Что? Я же вижу, что ты купишь первое попавшееся, — вздернула она свой прелестный носик.
— Нет, ничего, — посмеялся я. — Мне просто импонирует то, с каким воодушевлением ты кинулась приводить меня в порядок.
— Ты попросил меня помочь с внешним видом, и я согласилась, — пояснила Василиса. — Мой отец любит говорить: раз уж что-то делаешь, надо делать это хорошо. Кое-как получится и без твоего участия.
 
— Мудрые слова, — согласился я и позволил поводить себя еще по магазинам.
Некоторое время спустя, отправив в университет полный комплект одного приличного вида, я достал из кармана телефон, чтобы посмотреть время.
Времени было предостаточно, так что теперь я взял девушку за руку и скомандовал:
— Туда!
«Туда» было магазином часов. В отличие от всех прочих, он не сиял яркими стеклянными витринами, а был оформлен деревянными панелями с выжженным на них рисунком разных летающих часовых циферблатов.
Верхнего освещения внутри не было, и единственным источником света оставались витрины, расставленные по торговой площади.
— Добрый день, — поздоровался с нами седой мужчина в очках на сильный плюс.
— Здравствуйте, — поздоровалась Василиса, я же просто кивнул, рассматривая витрины.
Что и говорить, часы в Российской империи делали шикарные. Здесь были витрины, отведенные под целые дома часовых мастеров разных известных и неизвестных мне имен. Например, дом Фаберже сейчас все еще делал знаменитые яйца по индивидуальным заказам, а вот женские наручные часы были поставлены на поток. Дом Буре до сих пор изготавливал весьма дорогие карманные часы, но основную кассу, конечно, делали мужские наручные самого дешевого сегмента. А вот дом Бронникова мне был неизвестен, но их работы казались ближе к народу — меньше помпы, больше теплых материалов типа кожи и дерева.
Но это все было не то.
Я шел между стеклом и светом, ища что-нибудь, что хотелось бы видеть каждый день на руке. Что-нибудь, что напоминало бы о том, что это все-таки вторая жизнь, и, в конечном счете, она окажется так же быстротечна, как и первая, а потому стоит относиться к своему времени бережнее, и тратить его с умом.
— Александр, — окликнула меня Василиса, — подойдешь? Думаю, тебе понравится.
Без особых ожиданий я подошел к девушке, стучавшей ноготком по стеклу витрины, указывая на свой выбор.
— Вот эти, третьи слева. Как тебе?
Я на несколько мгновений замер, словно заново ощущая тяжесть браслета на левой руке. Это были мои часы. Часы, которые когда-то давно подарила мне жена в том, другом мире. Часы, которые я никогда не менял, хотя мог позволить себе многие понты.
— Как тебе? — тихо и растерянно повторила Василиса, потому что я молчал слишком долго.
— Да, — покивал я в ответ. — Это то, что нужно.
И когда мы вышли, расплатившись, я посмотрел на Василису и, постаравшись вложить все свои эмоции в слова, сказал ей:
— Спасибо.
Девушка просияла, а я привычным, старым-старым жестом тряхнул кистью, чтобы браслет упал на костяшки запястья.
— Здесь есть какое-нибудь местечко, где хорошо кормят? — спросил я, оглядываясь. — Хочу отблагодарить тебя за потраченное время.
— Весь первый этаж к твоим услугам, — ответила Василиса.
В отличие от торговых центров моего мира, хотя здесь и не было фудкортов, но первый этаж пассажа полностью занимали заведения общепита. Здесь было что-то подороже с очень важными хостес на входе, что-то подешевле с линией раздачи, где толпился народ попроще. Но взгляд мой зацепился не за красивые вывески или длинные очереди.
— Ты была там? — я кивнул на вывеску «Вареничная».
— Нет, — покачала головой девушка. — А ты?
— В этой конкретно нет. Но, если она похожа на ту, что в моем родном городе, думаю, тебе понравится.
Справедливости ради, я имел в виду сеть заведений в другой Москве, но к чему эти незначительные уточнения?
— Давай попробуем, — согласилась Корсакова.
Внутри «Вареничная» не подвела. Обставлена она была так, как бы могла быть обставлена типичная квартира семидесятилетней давности. Чтобы посетители сразу чувствовали, что попали в гости к родной бабушке, которая сейчас их накормит так, что из стола придется выкатываться.