Алмаз (СИ)

— Хочешь, чтобы я стала его нянькой? — иронично усмехнулась.
— Привыкай, с артистами по-другому нельзя. Они на всю жизнь остаются малыми детьми, за которых другие решают взрослые проблемы. Их же обязанность играть с гитарой и микрофоном. — Складывалось ощущение, что у меня появился не парень, а ребенок, требующий все мое внимание и заботу. — Как-нибудь спроси у Костика, когда он в последний раз самостоятельно оплачивал счета и знает ли он, где это вообще делается. — Не верилось, что парень такой беспомощный в бытовом плане. — Я не пытаюсь выставить его в дурном свете, ему просто не нужно всего этого знать.
— Потому что обычно об этом думаешь ты, — догадалась, что с его любовью к контролю, он занимается и этими вопросами. — Почему теперь спихиваешь на меня свою работу?
С какой-то несвойственной ему теплотой посмотрел через стекло на брата:
— Что-то мне подсказывает, что ты с нами надолго.
Я прислушалась к раздающемуся из динамиков разговору:
— И так, мы добрались до самого интересного, — живо, как мальчишка, щебетал немолодой ведущий. — Скажите-ка, Константин, как обстоят дела с личной жизнью?
— Не поверите, но вы первый, кто задает мне этот вопрос, — смеется, — сегодня.
— Не зря я пригласил вас в гости с утра пораньше! Ну так как, пора ли всем девушкам нашей необъятной страны доставать платочки и вытирать горькие слезки разочарования?
— Увы, разочарования не избежать.
На этих словах наши с Костей взгляды встретились. Он чуть улыбнулся, лишь уголками губ. Я так близко стояла к «окну», что от резкого выдоха стекло запотело. Подавшись невинному детскому порыву, я подняла руку и указательным пальцем вывела силуэт сердечка. Костя улыбнулся еще шире. Эта сцена не ускользнуло от ведущего, который тут же посмотрел на меня.
— Так это она? — оживился мужчина, разглядывая меня как экспонат в музее.
Остальные работники радио тоже то и дело бросали на меня взгляды и перешептывались. Из-за неловкости я закрыла лицо руками и через небольшую брешь между пальцев подглядывала за миром, который странным образом теперь сосредоточился на одном единственном человеке.
Костя не выглядел смущенным или скованным, наоборот, казался открытым и счастливым. Беззвучно, шевеля одними губами, он что-то произнес. Я не разобрала слов, но мне было достаточно того, что он поддерживает меня, когда я чувствую себя тем глупым голым королем из сказки, на которого все пялятся и смеются. У всех нас есть комплексы и с ними непросто бороться, но все выглядит не таким страшным, когда хотя бы один человек верит в тебя и повторяет, что ты королева.
— Дорогие радиослушатели, — ни на секунду не замолкал ведущий, — та самая девушка, что украла сердце несравненного Кита из мегапопулярной группы «Адамас», прямо сейчас находится здесь. Если бы только вы могли видеть, какая романтика царит в студии. Но не буду раскрывать всех секретов, пусть это сделает сам Константин. Расскажите, наконец, где, когда, как вы познакомились? Мы хотим знать все!
Я тут же вскинула руки и скрестила их перед собой в запрещающем жесте, чтобы Костя не смел и тут болтать о наших отношениях.
— Вот подавай вам все и сразу, — не стушевался музыкант, — но я скольжу только одно. — Я замерла, боясь представить, что прямо сейчас на всю многомиллионную аудиторию он расскажет нечто личное о нас, обо мне. Лучше бы вот для таких ситуаций Андрей подготавливал контракты! — Все слышали фразу: мы приходим в этот мир одни и так же одни и покидаем его. Не буду спорить с этим утверждением, лишь хочу заметить, что между двумя этими точками (начало и конец) есть целая жизнь, и она наполнена людьми и событиями. Возможно, иногда, в какие-то моменты, мы нуждаемся в одиночестве, но по большей части только и делаем, что избегаем его. И теперь я не одинок — все, что могу сказать. — Я была благодарна ему за немногословность, понимала, что он сделал это ради меня.
Оставшееся время Костя отвечал на вопросы поклонников, звонивших прямо в студию или присылающих сообщения через интернет. Скоро мне надоело слушать восторги еще совсем юных девочек, просто боготворящих парня, и я надеялась, что в конце этой пытки получу вознаграждение — целый день с Костей, как он и обещал.
 
В кармане коротко трынькнул телефон, оповестив о сообщении. На экране туда-сюда плавало имя друга: «Олег».
«Мои поздравления!»
Ну вот, наверняка, Аня ему уже доложила об утреннем инциденте во всех подробностях, а возможно кое-что и приукрасила.
«Принимаю только подарки»
«Он уже тебя разбаловал»
Оглядела серые стены студии, в которой оказалась замурованной, и написала:
«Пока только пытает»
В ответ пришел вопрос, который натолкнул меня на мысль, что рядом с парнем находится Аня:
«Извращенец? Любит БДСМ и всякие штучки в постели?»
Вот эту тему я не собиралась обсуждать ни с кем.
«А не пойти бы вам с Аней куда подальше?»
Видимо, Олег отнял телефон у своей девушки, потому что далее были написаны типичные для него слова:
«Ладно, если без шуток, я рад за тебя. Ты заслужила быть счастливой после всего».
И мне хотелось бы так думать, но иногда я терзалась сомнениями и угрызениями совести: никогда не смогу себя простить, чтобы не говорили другие.
Я не успела ничего ответить — интервью закончилось, и Костя прощался, пожимая руки всем, кто принимал участие в работе. Он направился в мою сторону, но на полпути его перехватил Андрей:
— Звонил Кирилл, ему нужно твое одобрение. В четверг новая песня должна выйти в ротацию.
— Какую, нах*р, ротацию? — яростно зашипел парень. Я слегка испугалась такой перемене в нем, по пальцам можно было пересчитать случаи, когда он злился или выходил из себя. — Я же говорил, что песня еще сырая.
— А я тебе миллион раз напоминал о крайних сроках, — Андрей с каждым словом тыкал пальцем в грудь музыканта.
— А я тебе миллион раз повторял: не ограничивай меня никакими рамками, — оттолкнул в сторону руку брата. — Не диктуй свои условия.
— Это не мои условия, а контракта, — заткнул рот железным аргументом.
Костя поник, возразить ему было нечего. Мне жутко захотелось заступиться за него перед «злым дядей», но я одернула себя. Нельзя вмешиваться в разговор братьев, мне это может выйти боком. А еще мужчины не умеют принимать чужую помощь, особенно от женщин — слишком гордые.
Не сомневалась, Костина дотошность не позволит пустить все на самотек и оставить работу неотполированной до блеска. В этом был уверен и Андрей, поэтому спокойно направился в сторону выхода, ответив на звонок неумолкающего все это время мобильника. Похоже, наш с Костей приватный список дел чуть сдвинется.
— Это быстро, — виновато посмотрел на меня парень, заметив, что я невольно стала свидетельницей неприятного разговора.
— Хорошо, — это была его работа, и я не могла требовать бросить все ради меня. Если уж я пару часов потратила на ожидание здесь, то еще полчаса ничего не решат. — Но в следующий раз, — надо было разрядить обстановку и убрать эти кислую мину с Костиного лица, — мы целый день будем мотаться по моим делам.
— Договорились, — положил руки мне на талию и притянул к себе. — Скрепим соглашение поцелуем? — на губах появилась игривая улыбка.
— Поверю тебе на слово, — меня смущало присутствие такого большого количества народа. Но про нас словно все забыли: никто уже не обращал внимания на влюбленную парочку, занимаясь своими делами.
— А я больше верю поступкам, — и поцеловал.
 
Раньше я бы непременно уточнила «нахальным образом», но теперь, что бы он ни делал, все казалось уместным. Нам больше не надо было придумывать нелепые способы и оправдания для того, чтобы позволить себе близость. Любить и выражать свои чувства — естественно, и в этом нет ничего постыдного, даже если на вас устремлены взгляды всего мира.
  
10. Мастер и Маргарита (вторая часть)
 
Костя сидел в аппаратной, подперев голову рукой, и медленно, из стороны в сторону, вращался в кресле перед микшерным пультом. Раз за разом музыкант просил звукорежиссера Кирилла прокручивать те или иные части композиции, засыпая бедолагу вопросами. Порой их речь казалась мне набором слов. «Ревербератор» и «дискретизация» вгоняли меня в уныние.