Наживка для неуловимого Командора (СИ)
Но всего один миг — и я начинаю разрушать эти чёрные нити чужой воли, одну за другой. Эти следы Одиэля выглядят отвратительно, словно тёмные заплесневелые корни, и запах от них исходит гнилой. Касаться их противно, но я не могу позволить себе отвлекаться. С каждым ментальным ударом я уничтожаю его установки, но это невероятно тяжело. Сознание моих людей вытягивает из меня силы, забирает мой свет. Каждая разорванная связь — это удар по мне в ответ, как если бы я сам разрывался на части.
Голова раскалывается от боли. Тело больше не ощущается — только огонь, пульсирующий в сознании. Лишь редкие яркие вспышки света напоминают мне о том, что я ещё жив. Сопротивление невероятное. Оно нарастает, как только я касаюсь более глубоких слоёв чужих сознаний. Ментальные установки Одеэля впиваются в разумы моих людей, как когти, и они невероятно сильны.
Но я должен продолжать несмотря на то, что каждая секунда даётся с невероятным трудом и страданиями.
Ментальные блоки Одиэля сплетены настолько тщательно, что я понимаю — он был мастером. Мне трудно тягаться с ним. Он погиб только потому, что недооценил мою удачу в виде Марины.
Но я не сдамся, иначе мои люди погибнут. Хотя бы на этот раз я должен их спасти…
Один за другим они падают. Кто-то сваливается с лошади, кто-то просто спотыкается. Я вижу, как их глаза постепенно проясняются, как напряжённые тела начинают расслабляться. Мечи выпадают из рук, и мои люди, медленно, но верно возвращаются в своё нормальное состояние.
Но пустоты внутри меня становится больше. С каждой сломанной связью, с каждым упавшим мечом я теряю что-то своё. Время для меня перестаёт существовать. Я не знаю, сколько это длится. Кажется, прошли часы, хотя на самом деле это были всего лишь мгновения.
В какой-то момент боль становится невыносимой. Я чувствую, как кричу, хотя звука нет. Последний блок рушится, и вместе с ним разрушаюсь я. Мир исчезает, растворяясь в темноте. Перед глазами мерцают бесконечные звёзды, меня затягивает в водоворот вечности, но вдруг… я ощущаю прикосновение.
— Эмиль, — это Марина. Она здесь, рядом. Я слышу её сквозь мрак. Она плачет. — Они остановлены. Прошу, открой глаза!
Но я не могу. Моё тело становится всё тяжелее, и я больше не способен бороться с захлестнувшей меня слабостью. Мне хочется сказать ей, что я люблю её. Хочется повторить это вновь. Но сил больше нет.
Кажется, я падаю. Чувствую её руки, обхватывающие меня, но вскоре их тепло угасает, уступая место бесконечной пустоте…
_______________
Правитель зоннёнов Арраэх — герой романа «Мой любимый Небожитель»…
Глава 30. Возвращение…
Эмилинарэль…
Я открываю глаза и понимаю, что мне неистово холодно. Перед глазами тьма, но из этой тьмы выныривают яркие сгустки света, а вокруг тонкими нитями вьются… столь знакомые струны времени!
Что???
Я вздрагиваю и распахиваю глаза пошире. Где я? Я слышал об этом месте. Только очень сильные зоннёны способны оказаться в месте, откуда всему берется начало. Это похоже на мастерскую Творца. Каждая струна — это судьба. Заденешь любую струну, и ты сможешь изменить вечное…
Стоп, я же уже был в прошлом! С Мариной…
Накатывает ужас и непонимание. Что вообще происходит?
Перед глазами проносятся яркие картины того, что происходило с нами на древнем Ишире. Наше попадание, борьба, Одиэль. Попытка спасти своих подчиненных, прощание с любимой…
Меня затрясло. Как же так?
Этот безмолвный вопль проносится по всей вселенной, и я понимаю, что он достигает Творца. В тот же миг ко мне прилетает ответ.
Передо мной начинает открываться картина того, из чего состояла моя жизнь: предательство родителей, изгнание, одиночество, попытка жить, придя на Ишир в виде божества, полный крах жизни и гибель моих людей. А дальше я вижу то, чему однозначно не был свидетелем.
Коллен Никас — мой друг, товарищ и брат не погиб тогда. Мне казалось, что погибла Марианна, моя любимая и драгоценная женщина, я даже видел ее мертвое тело, но… Коллен нашел оброненный Одиэлем зоннёнский артефакт и каким-то неведомым образом… перенастроил его. Возможно, это была случайность или же чудо, но с его помощью Марианна не только выжила, но и… перестала стареть. То же самое случилось с самим Колленом и его второй дочерью Даяной. Кажется, это был крайне редкий артефакт, наполненный жизненной силой зоннёнского долгожителя. Мой товарищ и его дочери жили на Ишире веками, переходя из эпохи в эпоху, но Коллен стал замечать, что Марианна и Даяна чахнут и ослабевают. Он понял, что нужно что-то менять. И тогда он интуитивно при помощи голосовых команд перенастроил артефакт и погрузил дочерей в длительный сон.
Они проспали до последней эпохи, и ему пришлось разбудить их. Дело в том, что его самого время и негативное влияние артефакта не пощадило. Он был болен и понимал, что умрет через несколько лет.
Когда дочери очнулись, оказалось, что они ничего не помнят. Для них жизнь началась сначала.
Однако… Даяна оказалась более ослабленной, чем Марианна. И тогда Коллен, научившийся за столетия взаимодействовать с артефактом, смог понемногу вливать свои жизненные силы в нее, используя ресурсы зоннёнского изобретения. Естественно, это заставило его тело угасать быстрее, и очень скоро мужчина умер, оставив безутешных дочерей предаваться горю.
Я вынырнул из этого потока информации и замер. Значит… вот почему Марина — это и есть моя драгоценная Марианна!!!
Начал лихорадочно оглядываться и понял, что не могу сделать вдох. Потому что Марины здесь нет!!!
Ужас начал проникать в душу, и тело конвульсивно дернулось. Я едва не задел ближайшую струну, и она возмущенно зазвенела. Замер. Нельзя, нельзя их касаться! Иначе я снова изменю какое-то прошлое, и не факт, что в лучшую сторону…
Но почему я здесь один, без неё? Ужасная догадка пронзила разум. Неужели я возвращаюсь обратно, а Марина, мой дорогая Марианна осталась там?
— О Боже, нет! Творец, пожалуйста!!! — вырвался из меня безмолвный крик.
И в тот же миг всё начало вертеться перед глазами. Я почувствовал, как меня втягивает какой-то поток. Глаза закрылись от ослепляющей вспышки света, и я провалился в какую-то пустоту, чтобы вынырнуть из неё… в очень знакомом месте.
Потолок. Потолок моей каюты. Каюты на крейсере "Неуловимом"…
Что???
Резко присел на койке и начал лихорадочно оглядываться. Я полностью обнажён. Да, именно в таком виде я был тогда, рядом со струнами времени. Волосы растрёпаны, и они гораздо длиннее, чем тогда, когда я отправился в прошлое. Значит, я действительно вернулся. О, Боже! Марина!
Да, я прекрасно знал, кто она такая. Знал, что она работает на космических рейнджеров. Знал, что охотится именно за мной. Но, может быть, она тоже перенеслась? Может быть, она тоже здесь, в реальном времени???
Начал лихорадочно одеваться, а потом выскочил из каюты, побежав прямиком на капитанский мостик. Встречающие меня удивлённо провожали взглядом. Кажется, так суетливо и лихорадочно двигаться в прошлом я себе не позволял, ведь тогда у меня были совсем другие цели. А теперь мне было наплевать на всё, кроме одного…
* * *Я с трудом разлепила веки и посмотрела перед собой. Странное ощущение тяжести и боли в груди не покидало. Что же мне такого приснилось? Я с трудом присела и выдохнула. Такое чувство, будто не спала, а бегала где-то всю ночь.
Встав, подошла к зеркалу. Увидев опухшие глаза, я удивилась. Выгляжу так, будто прорыдала всю ночь. Что вообще происходит? Напрягая память, вспомнила, что сегодня меня вызвал к себе генерал Генри Карлайл, и невольно поморщилась. Опять начнутся выговоры, крики, моральное унижение. Как я ненавидела всё это! Генерал всегда шантажировал меня состоянием Дианы. Как бы я хотела вырваться…
И вдруг перед глазами вспыхнула яркая, очень реалистичная картина: моя сестрёнка, одетая, правда, странно и несовременно, бежит мне навстречу со счастливой улыбкой на лице. Сердце заколотилось, как безумное. Я ошеломлённо начала оглядываться вокруг — что это было? Картина была такой реалистичной! Наверное, мне это приснилось. Ведь Диана уже давно стала совершенно другой. От этих мыслей стало ужасно тоскливо.