Залетела от Братвы (ЛП)

Я окидываю взглядом клуб, надеясь увидеть Мейв, но ее нигде не видно. Вот так. Она, наверное, бросила меня, как только появился ее бывший. Я одна, в этой огромной толпе, и идея остаться здесь, промокшей и униженной, меня не прельщает.
Я оглядываюсь на него. В его глазах есть что-то, что кажется… успокаивающим. Безопасным, хотя я знаю, что он совсем не такой. Он явно опасен, силен. Но я его не боюсь. Меня тянет к нему.
— Тебе не обязательно идти, — говорит он, и его голос становится тише. — Если ты пойдешь со мной, я обещаю, ты не пожалеешь об этом.
Мой пульс учащается. Это ужасная идея. Я даже не знаю его имени. Но, может быть, в этом и суть. Может быть, мне нужна ужасная идея прямо сейчас. Что-то, что встряхнет безопасную, предсказуемую жизнь, которую я для себя построила. Стажировки, учеба, бесконечное давление, чтобы быть идеальной — иногда это удушает. Может быть, это единственная ночь, когда я отпущу все это.
Я смотрю на куртку, которую он накинул мне на плечи, затем снова на него. Его глаза все еще прикованы к моим, ожидая.
— Я пойду, — шепчу я, и мой голос едва слышен из-за гулкого баса.
Он удовлетворенно ухмыляется и отходит в сторону, указывая на выход. Мое сердце колотится, когда я следую за ним сквозь толпу, из клуба на прохладный ночной воздух. Теперь куртка кажется тяжелее, как символ решения, которое я только что приняла.
Когда мы выходим наружу, я не могу не чувствовать смесь нервов и волнения, бурлящую внутри меня. Я знаю, что это безрассудно. Я знаю, что вступаю во что-то, что не могу полностью контролировать. Но когда я смотрю на него краем глаза, я понимаю, что сегодня вечером мне не нужен контроль.
Такси подъезжает к обочине, и я сажусь рядом с ним. Пространство между нами кажется напряженным, мой пульс учащается с каждой секундой. Клуб исчезает позади нас, когда мимо проносятся огни города, и я понимаю, что делаю то, чего никогда раньше не делала — что-то импульсивное, непредсказуемое. Я не уверена, что произойдет дальше, но, как ни странно, это меня возбуждает.
— Итак, — начинает он, глядя на меня с легкой улыбкой. — У тебя есть имя?
— Дженнифер, — отвечаю я, чувствуя себя немного спокойнее. — Твое?
— Тимур, — говорит он плавно, его глубокий голос заставляет имя звучать еще более экзотично, чем оно есть на самом деле. Он не смотрит на меня, но я чувствую тяжесть его присутствия рядом со мной, как гравитационное притяжение, которому трудно противиться. Наступает момент тишины, и я пытаюсь что-то сказать.
— Чем ты занимаешься, Тимур?
Он слегка ухмыляется, глядя вперед. — Много чем. — Его ответ расплывчат, оставляя в моей голове больше вопросов, чем ответов. Это только добавляет интриги, которая, кажется, окружает его.
— Я вижу, что ты человек-загадка, — говорю я с поддразниванием, но он лишь приподнимает бровь.
— Думаю, можно так сказать. — Уголки его губ приподнимаются, но он не вдается в подробности. Вместо этого он переводит разговор обратно на меня. — А как насчет тебя, Дженнифер? Что ты делала на той вечеринке?
Я пожимаю плечами, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо. — Праздную, наверное. Я только что устроилась на стажировку в Empire City Estates.
В его глазах мелькает интерес. — Впечатляет.
— Спасибо, — говорю я, слегка улыбаясь. — Меня всегда интересовала недвижимость.
— Хороший выбор, — просто говорит он, но в его голосе слышны нотки знания, заставляющие меня задуматься, насколько глубоки его связи с миром элитной недвижимости.
Такси замедляет ход, когда мы подъезжаем к его дому. Или… особняку, на самом деле.
Мои глаза расширяются, когда я вижу раскинувшееся передо мной поместье. Оно современное, изящное и, несомненно, роскошное. Окна от пола до потолка выстроились по фасаду дома, открывая вид на тщательно продуманный интерьер. Есть ухоженный сад с мягким освещением, освещающим дорожку к главному входу.
— Ух ты, — шепчу я, выходя из такси. — Это место… невероятное.
Тимур тихонько посмеивается рядом со мной, явно забавляясь моей реакцией. — Рад, что ты одобряешь.
  
Я не могу не восхищаться этим. Каждая деталь, от архитектурного дизайна до первозданного ландшафта, кричит о богатстве и власть. Это такое место, которое я видела только в журналах или мечтала когда-нибудь продать.
— Ты здесь живешь? — спрашиваю я, внезапно чувствуя себя немного не в своей тарелке. Этот дом, этот образ жизни… все это кажется таким далеким от мира, который я знаю.
Он кивает, ведя меня к входу. — Это мой дом.
Я следую за ним внутрь, дверь за нами закрывается с мягким щелчком. Интерьер также впечатляет, как и экстерьер — мраморные полы, величественные лестницы и гостиная открытой планировки, которая, кажется, тянется бесконечно. Я замечаю абстрактное искусство на стенах, а также со вкусом подобранную мебель, которая выглядит дороже всего, что я когда-либо могла себе позволить. Мои туфли слегка постукивают по полированному полу, пока я все это рассматриваю.
— Должно быть, у тебя все хорошо, — говорю я, все еще пребывая в благоговении.
Прежде чем я успела надавить на него еще сильнее, он указал на лестницу. — Пойдем, я покажу тебе комнату, где ты сможешь переодеться.
Он ведет меня наверх, его шаги уверены и верны, пока мы пробираемся по особняку. Я все еще пытаюсь осознать тот факт, что я здесь, в доме этого незнакомца — нет, в его особняке — когда он открывает дверь и отходит в сторону, пропуская меня вперед.
Комната безупречна. Большие окна пропускают мягкий лунный свет, а кровать выглядит так, будто она в пятизвездочном отеле. В номере есть ванная комната, и все пространство кажется безмятежным, как святилище в доме.
— Устраивайтесь поудобнее, — говорит Тимур, его голос становится тише. — В ванной есть полотенца. Я принесу тебе сухую одежду.
Я поднимаю на него взгляд, и на краткий миг наши глаза снова встречаются. В выражении его лица есть что-то нечитаемое — что-то, что заставляет мой пульс немного ускориться.
— Спасибо, — тихо говорю я, не зная, что еще сказать.
Он кивает и, не говоря больше ни слова, выходит из комнаты, дверь за ним тихо закрывается.
Я стою там мгновение, тишина в комнате окутывает меня. Я все еще перевариваю все — ночной вихрь, этого мужчину, который кажется таким… напряженным, и тот факт, что я стою в его доме, собираясь переодеться в одежду, которую он для меня выбирает.
Я должна нервничать больше, но, как ни странно, я не нервничаю. Вместо этого, часть меня чувствует себя… заинтригованной. Даже взволнованной. Что я делаю? Голова кружится, но я здесь и пути назад нет.
Я иду в ванную, мельком вижу себя в зеркале. Мое платье испорчено, оно все еще липнет к коже, но вид накинутой на меня куртки Тимура заставляет меня задуматься. Это больше, чем просто пальто.
Я захожу в ванную, позволяя двери захлопнуться за мной. Пространство безупречно чистое, гладкие мраморные полы и столешницы, которые мерцают под мягким светом. Я снова ловлю свое отражение в зеркале, замечая, что куртка Тимура выглядит почти защитной, как будто она удерживает меня после этой ночной бури. Я снимаю ее, вешаю на крючок и стягиваю с себя испорченное платье. Холодный воздух касается моей кожи, посылая по мне легкую дрожь, и я включаю душ, позволяя горячей воде хлынуть вниз.
Когда я встаю под струю, я пытаюсь прочистить голову. Что я здесь делаю? Эта ночь была такой размытой, и теперь я стою в этой роскошной ванной, в особняке, в котором я никогда не была представила себя в одежде этого незнакомца. Человека, который, несмотря на свое устрашающее поведение, сумел полностью завладеть моим вниманием. Я стряхиваю с себя эту мысль и сосредотачиваюсь на теплой воде, смывающей напряжение.
Когда я выхожу, я заворачиваюсь в мягкое полотенце, чувствуя, как тепло просачивается в мою кожу. Я вижу одежду, которую Тимур оставил для меня на прилавке — простую черную футболку и шорты. Когда я надеваю их, я понимаю, насколько они мне велики. Футболка свисает почти до колен, а шорты кажутся свободными и едва держатся на бедрах. Я снова ловлю свое отражение и не могу не улыбнуться тому, как нелепо я выгляжу, как ребенок, играющий в переодевание в чужую одежду. И все же, в этом есть что-то странно успокаивающее. Что-то… знакомое, хотя я его совсем не знаю.