Залетела от Братвы (ЛП)

Это отвлечение, которое мне не нужно. Но по какой-то причине я не могу избавиться от ощущения, что она просто так не исчезнет. Не из моего разума. Не из моей жизни.
Глава 9 — Дженнифер
Пока я сижу за столом, гул офиса наполняет воздух, но мои мысли в другом месте. Я должна быть сосредоточена на завершении некоторых обновлений для маркетинговой кампании, но все, о чем я могу думать, это Тимур. Прошел месяц с той ночи, и хотя я продолжаю говорить себе забыть о нем, он продолжает прокрадываться в мои мысли.
Это смешно. Я даже не знаю, почему я так зациклена на нем. Он не тот парень, о котором мне следует думать. Он, вероятно, слишком занят своей собственной жизнью — что бы это ни подразумевало. После того, как он вел себя во время презентации, бросая мне эти острые вопросы, становится ясно, что он не тот, на кого я могу рассчитывать… в чем угодно. По крайней мере, в эмоциональном плане.
Я вздыхаю и потираю виски, заставляя себя сосредоточиться на работе передо мной. Маркетинговая кампания Empire City Estates идет хорошо, лучше, чем я ожидала, но еще многое предстоит сделать. Мистер Рассел скоро ожидает обновления, и мне нужно убедиться, что все идеально. Я слишком много работала, чтобы сейчас все испортить.
Как раз когда я собираюсь вернуться к своим заметкам, на моем экране появляется уведомление по электронной почте. Это от мистера Рассела, который просит меня встретиться с ним в конференц-зале через пять минут. Мой желудок скручивается. Надеюсь, это просто рутинное обновление, ничего больше. Но я не могу избавиться от беспокойного чувства, которое поселилось в моем животе.
Я хватаю свой блокнот и направляюсь в конференц-зал, пытаясь стряхнуть странную атмосферу, которая меня охватывает. Я работала с мистером Расселом раньше — он всегда был профессионалом. Но в последнее время я заметила, что он, кажется, слишком долго задерживается, когда мы разговариваем, и его комплименты кажутся немного слишком личными.
Когда я захожу в конференц-зал, он уже там, сидит во главе стола. Он одаривает меня улыбкой, и по какой-то причине это ощущается… не так.
— Дженнифер, проходи, присаживайся, — говорит он, указывая на стул рядом с собой.
Я сажусь, но стараюсь сохранять небольшое расстояние между нами. — Я принесла обновления, которые вы просили о кампании, — говорю я, двигая блокнот через стол.
Он бросает взгляд на блокнот, но не тянется к нему. Вместо этого его взгляд останавливается на мне. — Ты проделываешь большую работу, — говорит он ровным, почти слишком ровным тоном. — Нам очень повезло, что ты в команде.
— Спасибо, — отвечаю я, сохраняя нейтральный тон. — Я просто пытаюсь убедиться, что мы достигнем своих целей.
Он наклоняется вперед, слишком близко для комфорта. — Ты очень целеустремленная, не так ли? Мне это нравится.
Я выдавливаю улыбку, слегка двигаясь на сиденье, чтобы увеличить расстояние между нами. — Просто пытаюсь делать свою работу.
Он усмехается, но это не касается его глаз. — Ну, ты делаешь больше, чем просто свою работу, Дженнифер. Ты выделяешься.
Мне не нравится, как он это говорит, как его взгляд скользит по мне, словно я что-то, что нужно оценить. У меня мурашки по коже. Я прочищаю горло, пытаясь перенаправить разговор. — Итак, о кампании…
Прежде чем я успеваю закончить, он меня обрывает. — Почему бы нам не сделать перерыв в предвыборной речи на минутку? Ты много работала. Может, как-нибудь выпьем по бокалу, немного развеемся.
Мое сердце замирает. Это именно то, о чем я беспокоилась. — Я ценю ваше предложение, мистер Рассел, но сейчас я сосредоточена только на своей работе.
Он откидывается на спинку стула, его улыбка не дрогнула. — Конечно, конечно. Просто подумал, что предложу.
Наступает неловкая тишина, и я чувствую, как мои пальцы сжимают край стола. Комната кажется меньше, воздух гуще. Мой разум лихорадочно работает, пытаясь найти способ вернуть разговор к работе, но все, о чем я могу думать, это как сильно я хочу выбраться отсюда.
Воздух в комнате кажется удушающим, густым от напряжения, пока мистер Рассел продолжает смотреть на меня, тонкие намеки в его взгляде заставляют мою кожу покрыться мурашками. Я заставляю себя улыбнуться, решив сохранить профессионализм. Мой разум пытается сосредоточиться на работе, но каждое слово, выходящее из его уст, усложняет задачу.
  
— Я должен сказать, — начинает он, откидываясь на спинку стула с небрежностью, которая кажется слишком знакомой, — ты производишь большое впечатление, Дженнифер. Не каждый добивается таких результатов за столь короткое время.
— Спасибо, — отвечаю я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. Я сажусь прямее, надеясь произвести впечатление уверенности. — Я просто сосредоточена на том, чтобы мы достигли своих целей и продолжали расширять свое присутствие.
Улыбка мистера Рассела становится напряженной, его взгляд задерживается на мне на мгновение дольше, чем нужно. — Ты очень предана. Это… освежает.
Комплимент кажется пронизанным чем-то невысказанным, и я сопротивляюсь желанию неловко поерзать на сиденье. — Я ценю это, — говорю я, возвращая разговор к кампании. — Я анализировала данные из наших последних постов, и я думаю, что мы можем продвинуться еще дальше, внеся несколько корректировок в нашу стратегию таргетинга.
Он машет рукой, отмахиваясь от моего комментария, как будто работа, которую мы обсуждаем, второстепенна. — Конечно, конечно. Знаешь, Дженнифер, в этом бизнесе успех — это нечто большее, чем просто подсчеты цифр. Речь идет о связях. Отношениях.
Я киваю, заставляя свое выражение лица оставаться нейтральным. — Я согласна, но я считаю, что результаты говорят сами за себя. Данные показывают, что мы на правильном пути.
Его улыбка становится шире, хотя она не достигает его глаз. — О, конечно. Ты, безусловно, доказала, что ты… способна. Я уверен, ты только начинаешь.
В том, как он это говорит, есть что-то, что заставляет меня нервничать, но я не показываю этого. Я отказываюсь доставлять ему удовольствие. — Я всегда стремлюсь к лучшему.
Он наклоняется вперед, кладет локти на стол, его взгляд прикован к моему. — Знаешь, Дженнифер, такие люди, как ты… ты можешь пойти далеко. С правильной… поддержкой, кто знает, где ты можешь оказаться?
Мой пульс учащается, но не в хорошем смысле. Его смысл ясен, и я чувствую, как дискомфорт ползет по моему позвоночнику. Этот разговор изменился, и мне нужно уйти отсюда. Сейчас же.
— Я ценю вашу поддержку, мистер Рассел, — говорю я отрывистым, но вежливым тоном, — но я верю, что моя работа скажет сама за себя. Если больше ничего не нужно, я хотела бы вернуться к ней.
На мгновение его улыбка гаснет, и я понимаю, что он не привык, чтобы его отвергали. Затем он так же быстро восстанавливает самообладание. — Конечно, — говорит он, откидываясь на спинку стула. — Я бы не хотел отрывать тебя от работы. Ты свободна.
Слова обрушились на меня, как холодная волна облегчения, и я быстро собрала свой блокнот, стараясь не выглядеть так, будто я убегаю. — Спасибо, — бормочу я, вставая и направляясь к двери так быстро, как только могу, но не срываясь на бег.
Как только я выхожу из комнаты, я судорожно вздыхаю. Напряжение в груди начинает ослабевать, но беспокойство все еще цепляется. Мои пальцы сжимают блокнот, когда я возвращаюсь к своему столу, прокручивая в голове разговор. Почему такие люди, как Рассел, думают, что им сойдет это с рук? Почему всегда кажется, что нам приходится ходить по этим минным полям, просто чтобы выполнять свою работу?
Я падаю в кресло, потираю виски, пытаясь стряхнуть затянувшийся дискомфорт. Мне нужно сосредоточиться, нужно вернуться к работе и перестать позволять этому беспокоить меня. Как бы я ни старалась, это не мистер Рассел продолжает вторгаться в мои мысли, а Тимур.
Как бы я ни старалась, я не могу перестать думать о нем. Как ощущалась его рука, когда он коснулся меня, как его губы коснулись моих той ночью. Это бесит. Я не должна думать о нем. Я не должна хотеть ничего из этого вспоминать. Мое тело предает меня, посылая дрожь по мне каждый раз, когда я вспоминаю, как грубо он держал меня, жар в его глазах.