"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Эта кошка не шла у Арана из головы, когда рядом был Мойдарт. Большую часть дня лорд провел в обществе несчастного Марла Коупера, крики которого разносились по всему замку. Кровь стыла в жилах. В конце концов Мойдарт поднялся к себе, умылся и переоделся. Теперь на нем был шитый серебром серый камзол поверх кружевной рубашки, черные бриджи и высокие ботинки. Его волосы были аккуратно собраны. Аран старался не смотреть на пятнышко крови на правом виске.
— Что вам известно о державе Краноса?
— Можно мне сесть, милорд? У меня постоянно болит правая нога. Из-за этого трудно сосредоточиться.
Мойдарт указал на стул. Аран сел и начал растирать колено. В последнее время боли становились все сильнее, особенно если приходилось куда-то идти или стоять дольше пяти минут.
— Считается, что держава Краноса — это какой-то сосуд, возможно…
— Это череп, — перебил Мойдарт. — Что он делает?
— Череп! Да, именно так ее описывал Прассимус в одном из древнейших свитков. Тогда это череп какого-то древнего короля, который считался бессмертным вампиром необыкновенной силы, уничтоженным в войне за тысячи лет до начала нашей истории.
— Откуда он?
— Кто, Прассимус?
— Кранос.
— Этого никто не знает, милорд. У берега моря иногда находят удивительные предметы. Сто лет назад в кургане недалеко от Гориазы нашли три золотые пластины с текстом, который так и не сумели расшифровать. Там же были вещи, созданные до начала нашей цивилизации. Помню вазу из вулканического камня — никто до сих пор не знает, как ее сделали.
— Меня не интересуют вазы. Кранос мог быть родом из моих земель?
— Что заставляет вас так думать?
— Коупер сказал, что Ледяной Кай не первый год собирает карты гор к северу от Эльдакра, изучает историю и мифы ригантов.
— Я думаю, что Кранос мог бы быть родом с севера, — осторожно согласился Аран. — Здесь тоже повсюду древние руины.
— Вернемся к этому позже, — решил Мойдарт. — Какой силой обладает держава согласно вашим свиткам?
— Чаще всего упоминают обновление и исцеление. Избавление от ран, увеличение силы, замедление старения. Считается, что все эти блага получают Дежем-Бек, слуги державы.
— Ненасытные вороны, — кивнул Мойдарт.
— Вы очень начитаны, милорд.
— Вовсе нет. Мне о них рассказал господин Коупер.
— Да, конечно.
— Почему они ненасытные?
— Я всегда считал это просто метафорой, сир. Поэзией.
— Я и сам знаю, что такое метафора. Но «ненасытные» — это интересно. Вечно жаждущие, но чего? Власти? Крови? Искупители прославились страстью к излишествам. Почему? Потому что так вышло или потому, что они не могут иначе? Коупер сказал, что прикосновение к черепу приносит невероятное чувство власти, несказанное блаженство, которое становится утонченнее после бурной деятельности. Надо понимать, после пыток и убийств. Боюсь, свой сегодняшний опыт он нашел не столь утонченным.
«В отличие от вас», — печально подумал Подермил.
— Поразмыслите как следует, господин Подермил. Мне необходимо знать пределы их способностей, слабые места. Вам знакома Ведунья из леса Древа Желания?
Аран вздрогнул от столь резкой перемены темы, но постарался собраться с мыслями.
— Да, я видел ее однажды. Она хранит верность традициям. Сейчас таких почти не осталось.
— Потому что Ледяной Кай ищет и убивает их. Она одна из последних. Зачем может понадобиться ее смерть?
— Я не знаю, милорд.
— Тогда думайте, — огрызнулся Мойдарт. — Я не жду немедленных ответов на все вопросы, но вы должны сопоставить то, что знаете. У Дежем-Бек должна быть какая-то цель, и для этого нужно убить ту лесную дурочку. Возможно, они ее боятся. В настоящий момент нам нечего противопоставить Искупителям, им подчиняется не только сила державы, но и вся королевская армия. Поэтому нам надо узнать то, что известно этой женщине. Верно?
— Я вижу, к чему вы клоните, милорд, — ответил Аран. — Согласно легендам, Краноса победил великий герой, возможно, даже его собственный сын. Теперь Кранос не может вернуться в мир плоти и крови. Однако его тело обладало невероятной магической силой, поэтому мне представляется сомнительным, что его державе — его черепу — может угрожать какая-то ведьма.
 
— Она не обязательно должна угрожать самой магии, — возразил Мойдарт. — Магия — всего лишь инструмент, дарующий Искупителям то, что они желают. Ведунья угрожает их цели. Если кто-то подрезает сухожилия скаковой лошади, он не испытывает неприязни к самому животному, а поступает так, чтобы она не выиграла скачки. Нам надо понять природу этих скачек. Чего хотят Дежем-Бек в легендах?
Аран, не обращавшийся к древним текстам уже много лет, задумался.
— Боюсь, на этот вопрос я не смогу ответить, милорд, — наконец произнес он. — Вам нужен человек, знающий больше, чем я. — Потом он сделал глубокий вдох и сказал:
— Я надеялся, что, выполнив обещанное, смогу вернуться домой.
— Ваши надежды меня не волнуют. К тому же вы делаете дурной выбор. Неужели вы думали, что сможете прийти сюда, организовать гибель трех Искупителей, покрасоваться перед глазами самого Винтерборна и безнаказанно вернуться домой? Теперь они не успокоятся, пока не убьют вас. Поверьте, у меня на службе вам будет безопаснее.
— Как пожелаете, милорд, — согласился Аран, решив бежать из Эльдакра, как только все уснут.
— За каждый месяц, который вы проведете у меня в услужении, я буду платить вам по десять фунтов. Если через год мы оба останемся живы, я удвою всю сумму, а также пожалую вам землю и дом. Вам решать, господин Подермил. Либо оставайтесь со мной, либо бегите этой же ночью, чтобы окончить жизнь, встретившись с Искупителями или Жнецом — кто первый вас найдет.
— Сложный выбор. Мне надо подумать.
Аран посмотрел Мойдарту в глаза, ощутил пробежавшую по спине волну мурашек и торопливо ответил:
— Я все обдумал и принимаю ваше щедрое предложение.
— Мудро, — похвалил Мойдарт. — А теперь насчет ваших охранных заклинаний. Насколько они надежны?
— Их надо обновлять ежедневно. Я не могу быть уверен, что они удержат всех. Поэтому лучше не обсуждать планы, если я не подтвердил, что Искупители не прорвались сквозь мою защиту. Нам могут помочь священные реликвии, только настоящие, а не тот хлам, который хранится в соборе. Лучше всего подошли бы амулеты, благословленные Госпожой-в-Маске или Персисом Альбитаном. На севере их немного.
— Вы сможете их найти?
— Со временем смог бы, сир. Но, боюсь, что времени у нас нет.
— Верно. На днях будет второе покушение. Искупители умеют общаться на расстоянии, и у них есть свои люди на севере, которых можно настроить против меня. Пинанс тоже союзник Винтерборна. Думаю, он уже собирает войска.
— Вы принимаете это на удивление спокойно, милорд, — ответил Аран.
— Вам надо отдохнуть, господин Подермил. А потом начните думать, что может хотеть Винтерборн и почему он боится Ведунью — думаю, в этом ключ ко всему.
— Хорошо, милорд, — сказал Аран, поднимаясь. — Вы хотите, чтобы я узнал, что происходит с вашим сыном?
— Вы можете передать ему сообщение?
— Нет.
— Тогда не стоит. Обратите ваше внимание к тому, что поможет нам.
Поднявшись в свою комнату, Аран задумался о вопросах Мойдарта. Неужели Ведунья сильна настолько, что может помешать Искупителям в достижении их цели? Вряд ли. Тогда отчего же на нее охотятся? «Оттого же, — подумал он, — отчего таких, как мы, травили с начала времен. Страх. У нас есть сила, которой они не обладают и которую не могут понять».
Ведунья без сомнения владеет древней магией, способной как лечить, так и убивать. То, что она не использует ее во зло, не остановит Искупителей. Одного знания того, что она владеет силой, превосходящей их собственную, достаточно, чтобы желать ее смерти.
«И моей тоже», — грустно подумал Подермил.
Кэлин Ринг прежде не был в зимней резиденции Мойдарта. Этим мог похвастаться редкий кельтон, если не считать тех, что попадали в подземелья. Само здание, выстроенное в три этажа, напоминало южную сельскую усадьбу, поражало простотой и величием. Огромное поместье окружала высокая стена. Вход представлял собой литые ворота, охранявшиеся четырьмя часовыми в ярких желтых мундирах.