"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
С такими вот думами Алтерит Шаддлер пересек последнюю дорогу перед своим домом.
Едва он сделал это, как из тьмы выступили две фигуры. Один из незнакомцев схватил его за руку, второй ткнул кулаком в лицо. В следующий момент обескураженного и ошеломленного Алтерита уже тащили в какой-то переулок. Он даже видел боковую дверь дома, но свет над ней почему-то не горел.
Учитель узнал обоих — это были рыцари Жертвы. Доспехи они за ненадобностью сняли, но зато надели черные одежды, более подходящие, мелькнуло в голове Шаддлера, для задуманного ими темного дела.
Его бросили к стене. Странно, но когда он прижался к ней, боль в спине ослабла.
Они вытащили кинжалы.
— Тебя предупреждали, — сказал первый. — Ты не внял предупреждениям. Твоя судьба была в твоих руках, и ты выбрал смерть. Сейчас ты заплатишь за все совершенное зло и за предательства.
— Как вы можете так говорить? — спросил Алтерит, дивясь тому, что его голос не дрожит. — Неужели вы всерьез полагаете, что Исток благословит убийство в подворотне? Что одобрит уничтожение невинных сапожников и учителей?
Первый из рыцарей улыбнулся:
— Демоны наградили тебя звонким голосом и ловким языком, но это не поможет. Но если ты произнесешь слова покаяния, то не сгоришь в огненных озерах ада, а попадешь в рай.
— Если в аду обитают такие, как вы, то уж лучше отправиться в ад.
Второй рыцарь сунул в ножны кинжал и вытащил из-за пояса некий странный инструмент, похожий на щипцы с острыми, изогнутыми зубьями.
— Что это? — испуганно спросил Алтерит.
— Я пообещал сиру Гайану, что принесу ему твой лживый, грязный язык. Я бы мог вырвать его у мертвого, но теперь вижу, что ты заслуживаешь наказания за свои оскорбления.
Ноги у учителя .стали подгибаться. Первый рыцарь сделал шаг вперед, схватил его за горло и приподнял.
— Ну и ну, — прозвучал неподалеку негромкий, но твердый голос. — Какая же вы неприятная парочка.
Рыцарь со щипцами резко повернулся, и Алтерит увидел темную фигуру, отчетливо вырисовывающуюся на фоне освещенной луной улицы. Незнакомец был в плаще, голову его покрывал капюшон, а вот оружием он, похоже, не располагал.
— Уходи, бродяга, — сказал рыцарь. — Тебя это не касается.
— Да, я бродяга, но славлюсь не этим, — спокойно и даже любезно отвечал незнакомец.
Рыцарь убрал за пояс жуткие клещи и снова вытащил из ножен кинжал.
— Дурень, это твой последний шанс. Уходи или праведный гнев положит конец твоей несчастной жизни.
— А это уж не учитель ли? — продолжал человек в плаще. — Никогда он мне не нравился. Только и делал, что гонял моего племянника. Надо же, как ошибочны бывают скороспелые суждения. Подумать только, защищает горскую женщину и даже кнута не боится. А теперь, мои мышата, добродушие во мне иссякает. Ночь холодна, и мне хочется есть. Так что убирайтесь отсюда, пока целы, а то можете испортить свои милые личики.
Рыцарь сделал молниеносный выпад, но правая рука незнакомца остановила кинжал, а кулак левой обрушился на физиономию обидчика. Не давая противнику опомниться, великан схватил его одной рукой за шиворот, второй за пояс и с размаху швырнул на стену. Выбитые зубы посыпались на камни мостовой.
Алтерит застыл с открытым ртом. Второй рыцарь прыгнул на незнакомца с обнаженным кинжалом, но и его постигла участь первого. Блок, ошеломляющий удар в нос, сопровождавшийся хрустом костей, и еще один, в солнечное сплетение. Бросок на стену головой вперед — и второй рыцарь растянулся на земле рядом со своим неподвижным товарищем.
Алтерит соскользнул по стене и опустился на камни. Боль в спине вспыхнула огнем, и его замутило.
Великан приблизился к учителю, снял капюшон и присел на корточки. Взглянув на улыбающееся лицо, Шаддлер узнал человека, которого видел на ферме Мэв Ринг во время своего первого визита туда.
— Какая же у вас интересная жизнь, учитель, — с усмешкой сказал Жэм Гримо.
— Я.,, э-э… благодарю вас, сир, — пробормотал Алтерит. — Эти люди собирались убить меня, как убили Гиллама
— Да, я слышал. Жаль, не успел прийти раньше. Ну, давайте войдем. Не сомневаюсь, что вы не прочь перекусить.
— Не могу и смотреть на еду.
— А я могу. Провел в пути пятнадцать часов и слаб, как новорожденный. — Он помог Алтериту подняться. — Ну же, пригласите меня пообедать, потому что карманы мои пусты.
— Рад буду принять вас, сир. Я в долгу перед вами.
— Не может быть в долгу человек, рисковавший жизнью, чтобы спасти мою Мэв.
— Она говорила о вас, мастер Гримо.
— Вряд ли вы услышали что-то хорошее. Суровая женщина Мэв.
— О, сир, она говорила о вас хорошо. Но ее беспокоило, что вы… как бы это сказать…
— Сделаю какую-нибудь глупость? — подсказал Жэм.
— Вот именно.
— Ладно, давайте поболтаем за обедом.
Кэлин Ринг сидел на берегу черной реки. Небо было хмурое, и хотя света хватало, чтобы рассмотреть окружающий унылый пейзаж, ни луны, ни звезд он не видел. Даже на деревьях не было ни листочка.
Высокий перевозчик в длинном плаще с надвинутым на лицо капюшоном стащил на воду легкую лодку и встал на корме с длинным шестом в руках.
Усталость придавливала Кэлина к земле. Прислонившись к холодному серому камню, он молча наблюдал за тем, как суденышко скользит по застывшей водной глади, приближаясь к его берегу. Почувствовав тяжесть в руке, юноша разжал пальцы и увидел на ладони большую круглую черную монету. Она исчезла, потом появилась снова. Кэлин сжал пальцы, но они поймали лишь пустоту.
Лодка пересекла реку и уткнулась в берег. Перевозчик терпеливо ждал. Кэлин поднялся и подошел к нему. Человек в плаще протянул руку.
— Не давай ему монету, — сказала Ведунья.
Кэлин медленно повернулся:
— Почему вы здесь?
— Я пришла, чтобы вернуть тебя домой, Сердце Ворона. Твое время еще не пришло. И место это не твое.
— Я устал. Очень устал.
— Знаю. Пойдем поговорим.
Он бросил взгляд на перевозчика.
— Подождет, — быстро сказала Ведунья.
Она прошла к склону холма, села и стала ждать. Кэлину едва хватило сил, чтобы проследовать за ней, но он все же доплелся и тяжело опустился рядом.
— Тебя ждет Чара. Юноша покачал головой:
— Нет, Ведунья. Я потерял ее. Думал, что спас, но опоздал. Они сломили ее дух.
— Не сломили. Чара Джас принадлежит племени ригантов. Пусть она и молода, но душа у нее старая. Чара сильна. Она поправится. Сейчас дочь Колла Джаса сидит у постели того, кого любит, ухаживает за ним, молится, чтобы болезнь ушла.
— О ком вы говорите?
— О тебе, Кэлин. Ты не знаешь этот мир. Твое тело находится в доме Джаса. Оно больно.
— А это что за место?
— Черная Река. Место потерянных душ. Сюда приходят отчаявшиеся, заблудившиеся, те, у кого разбито сердце, те, кто испытал поражение. Это место не для тебя. Нам нужно вернуться в мир живых людей.
— У меня нет сил.
— Ты сам не знаешь свою силу. В тебе течет кровь Коннавара. Ты ригант, Сердце Ворона.
— Оставьте меня, Ведунья. Я устал, и перевозчик ждет.
— Мэв Ринг в тюрьме. Ее арестовали и собираются сжечь на костре как ведьму.
— Тетя Мэв? Ведьма? Это же чепуха.
— Однако все именно так. Жэм уже там. Вскоре ее поведут на костер, и пятьдесят стражей будут охранять место казни.
— Жэм не станет стоять в стороне.
— Нет, не станет. У него большое сердце, такое же большое, как Кэр-Друах, и оно наполнено магией земли. Жэм Гримо настоящий ригант, во всех смыслах: большой, шумный и величественный. Ты ведь любишь его, не так ли?
— Конечно. Он так много для меня значит.
— И для меня тоже, Сердце Ворона, потому что в Жэме мы видим чудо духа ригантов.
— Мне надо быть с ним. Я должен помочь.
— Не можешь. Твое тело ослабело.
— Но я должен что-то сделать, Ведунья! Скажите мне что. Я на все готов!
— Распахни сердце, Кэлин, и сохрани в нем Жэма. Ты проживешь жизнь так, как он хотел: без ненависти, с любовью. Это нелегко.