"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Нет никаких свидетельств того, что она не влезла на дерево и не повесилась, — сказал он. — Вы согласны со мной, аптекарь?
Рамус поднял руку девушки и указал на ладонь:
— Ствол дерева покрыт лишайником и мхом. Кора, как видно, подгнила. Но у нее на ладони нет никаких следов, а если вы осмотрите ствол, то не обнаружите ни единой царапины.
Заметив, что глаза Чары Вард все еще открыты, Рамус осторожно закрыл их.
— У вас— зрение получше моего, капитан, — сказал он Мулграву. — Посмотрите на ее ногти. Что вы видите?
Мулграв взял безжизненную руку и присмотрелся:
— Похоже, это кровь.
Аптекарь перенес внимание на нижнюю часть тела и поднял тяжелую юбку.
— Эй, что это вы собираетесь делать? — спросил Галлиот. Рамус не ответил, но отвернул нижнюю рубашку Галлиот повернулся спиной к телу и приказал солдатам сделать то же самое. Не будь здесь Мулграва, он остановил бы этого аптекаря, даже если бы пришлось применить силу.
К несчастью, за безопасность отвечал именно Мулграв, а им Галлиот командовать не мог. Капитан же, похоже, не имел ничего против этого отвратительного обследования. — Можете повернуться, — сказал Рамус. — Расследование закончено. — И что же вы установили, если не секрет? — спросил Галлиот, стараясь не выдать злости. — Крови мало: вероятно, девушка была девственницей. Перед тем как убить, ее изнасиловали.
— Согласен, — сказал, поднимаясь, Мулграв. — Под деревом видны глубокие отпечатки. После изнасилования ее задушили, а потом повесили.
— Как вы пришли к такому заключению? — осведомился Галлиот. — Почему ее сначала задушили?
Мулграв отошел от тела.
— Маловероятно, что у насильников была заранее заготовлена веревка. Предполагаю, она дралась, защищая свою честь, и была убита. Убийца — или убийцы, — поняв, что они натворили, постарались скрыть следы преступления. Принесли веревку, накинули ей на шею петлю и повесили, создав видимость самоубийства.
— Вы упорно повторяете «они», капитан Мулграв.
— Девушка была высокая и не хрупкого телосложения. Одному человеку было бы затруднительно поднять тело и затем привязать веревку к суку.
— Свидетелей нет, — сказал Галлиот, — а землю вокруг тела успели затоптать. Отыскать злоумышленников будет нелегко.
— Свидетели найдутся, — уверил его Мулграв. — Кто-то же принес веревку с Пяти Полей и вошел в лес. Это не могло остаться незамеченным. Добавьте к этому кровь под ногтями четырех пальцев. По крайней мере один из преступников несет на себе ее отметину, вероятно, на лице или на шее.
Галлиот насторожился.
— Я прикажу своим людям начать расследование уже завтра, — пообещал он.
— Не завтра, а сегодня, пока толпа еще не разошлась. Нас интересуют два главных вопроса: видел ли кто-то, как Чара Бард входила в лес, и видел ли кто-то людей с веревкой.
— Как прикажете, капитан Мулграв. Спасибо за помощь, И вам тоже, аптекарь.
Галлиот отошел в сторону, лихорадочно размышляя. Мулграв прав: кто-то должен был видеть людей с веревкой. Он перевел дыхание и попытался сосредоточиться. Всего лишь час назад ему попался на глаза сержант Биндо с глубокими царапинами на щеке. Сержант Биндо объяснил, что ему якобы пришлось иметь дело с какой-то женщиной, проникшей на запретную для горцев территорию и отказавшейся покинуть ее добровольно. На причастность к смерти Чары Вард именно Биндо указывали не только царапины. Его уже дважды обвиняли в насилии по отношению к местным женщинам, и оба раза Галиоту удавалось спасать подчиненного. Не ради, конечно, его самого, а ради чести солдатского мундира.
Если окажется, что Биндо виновен в убийстве Чары Вард, что придаст силы прежним обвинениям, а тогда и сам Галлиот предстанет в весьма невыгодном свете. Дело может закончиться его отставкой. А то и кое-чем похуже.
Обо всем этом думал Галлиот, выходя из леса. Девушка мертва, это, конечно, трагедия, но ее уже не оживишь. Равным образом никому не станет легче оттого, что такого прекрасного, как он, офицера, превратят в козла-отпущения и заставят нести ответственность за кусок дерьма, коим является Биндо.
Давно следовало от него избавиться, подумал Галлиот. Наверное, он так бы и сделал, если бы Биндо не был великолепным следопытом и смелым солдатом. Да и приказы начальства сержант исполнял без колебаний.
Спускаясь по склону холма, Галлиот заметил сержанта Паккарда, ветерана, имевшего за спиной восемь лет службы, и друга Биндо, и подозвал его к себе.
Собравшимся солдатам были переданы указания Мулграва. — Нам понадобятся все, кто не занят сейчас на дежурстве, — сказал Галлиот. — Нужно опросить зрителей. Будьте внимательны, потому что после случившегося на турнире не Исключены беспорядки.
(Паккард понимающе кивнул: Галлиот помолчал, тщательно подбирая слова.
— Сержант Биндо обратился ко мне с просьбой предоставить ему отпуск. У него заболел кто-то из родственников в Скардайке. Найдите его и скажите, что он может отправляться прямо сейчас.
— Полагаю, сир, он уже вернулся в казарму, — сказал Паккард. — Его поцарапала какая-то женщина.
— Понятно, что ж, сначала выполните мои инструкции, а уж потом найдите Биндо.
— Да, сир. А что произошло здесь?
— Пока известно мало. Думаю, к утру мы будем знать больше.
Убедившись, что он сделал все возможное для восстановления контроля над ситуацией, Галлиот отправился туда, откуда доносился запах жареного мяса, где хозяйничала его жена, Морин, считавшаяся одной из лучших кухарок в Эльдакре.
Пробиваясь через толпу, ему приходилось то и дело останавливаться и отвечать на расспросы обеспокоенных горожан, богатых торговцев, чиновников и даже священников. Всем хотелось знать обстоятельства смерти девушки. Придав лицу выражение озабоченности, Галлиот отделывался общими фразами: ситуация под контролем, расследование идет полным ходом, его люди допрашивают возможных свидетелей.
— А не замешан ли здесь кто-то из горцев? — спросил епископ.
Было бы весьма удобно, подумал Галлиот. К сожалению, район, прилегающий к лесу, находился полностью на варлийской территории. Конечно, кто-то из горцев мог перебраться через ограждение у дальнего края Пяти Полей и незаметно пробраться к лесу. В иных обстоятельствах он, возможно, запустил бы эту теорию, но сейчас делать это было опасно. После поединка Гримо и Горайна страсти накалились, и любая мелочь могла обернуться крупными беспорядками, что ослабило бы возможность контролировать поведение толпы.
Заметив, что ответа ждет не только епископ, Галлиот откашлялся и повысил голос.
— Нет, горцы здесь ни при чем. Возможно, молодая женщина сама покончила с жизнью. Если нет, то преступников следует искать среди варлийцев.
— Невероятно, — пробормотал епископ.
— Да, господин. Я и сам не могу в это поверить. Но не сомневайтесь, я не успокоюсь до тех пор, пока загадка не будет разрешена. Если девушку действительно убили, мы найдем виновных, и они заплатят за преступление.
Он поклонился и зашагал дальше.
Будучи зверем, Биндо не был дураком. И конечно, смысл послания будет понят им, как надо. Сержант поспешит убраться куда подальше. А потом шум постепенно уляжется, и со временем печальное происшествие забудется.
Пахнуло запахом жареной говядины.
Морин уже спешила навстречу мужу с большим блюдом, на котором лежали куски мяса, залитые ароматным соусом, и свежеиспеченный хлеб.
Галлиот улыбнулся:
— Ну, что? Это и впрямь та бесстыдная шлюха Чара Вард, как говорят люди? — Лицо Морин выразило крайнюю степень неодобрения.
Галлиот погладил жену по голове. В ее темных, густых волосах уже мелькала седина.
— Да, это она.
— Так ей и надо. Не будет крутить с горской шпаной. Женщины легкого поведения всегда плохо кончают.
— Ты, как всегда, права. — Он поцеловал ее в щеку. «Хорошая у меня жена, — подумал Галлиот. — Лучшая».
Боль потери и негодование вытеснили все прочие чувства. Едва Чайн Шада упомянул об убитой девушке, как Кэлин понял — это Чара Вард. И все же, несмотря на эту внутреннюю уверенность, надежда еще жила. Но жила совсем недолго.