"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Правильно, — согласился Бран и просветлел, — так здорово смотреть, как они растут и меняются! У вас есть дети?
— К сожалению, нет, монашество требует полного воздержания от всех мирских желаний. Я очень об этом сожалею. И наверное, оттого всегда радуюсь семейному счастью других.
Хорат поспешил отойти подальше — от велеречивости Наладемуса его просто тошнило. В комнату вошел еще кто-то, и стражники расступились. Это был высокий широкоплечий мужчина в серебристо-черных доспехах. Хорат поспешил навстречу.
— Лорд Волтан, большое спасибо, что нашли время прийти. Своим присутствием вы оказали цирку Оссиан большую честь.
— Принесите вина, — попросил высокий воин.
— Конечно, — ответил Хорат, продолжая улыбаться. Наполнив кубок, Хорат понял, что атмосфера в комнате изменилась, и взглянул на бывшего гладиатора. Стражники заметно волновались и выглядели неуверенно, а император внимательно посмотрел на Волтана и неспешно подошел к нему. На секунду Хорат подумал, что Волтан не собирается кланяться, но тут он склонил голову. Джасарей подозвал капитана охраны.
— Лорд Волтан — мой старый и верный друг, — начал Джасарей. — Судя по пыли на одежде, он очень сюда спешил, поэтому я прощаю ему то, что он предстал передо мной вооруженным. Спеша засвидетельствовать мне свое почтение, он, вероятно, позабыл про меч. Но по какой же причине вы позволили ему пройти?
— Простите, ваше величество, — пробормотал капитан, — больше это не повторится.
— Конечно, не повторится, ты уволен со службы, будь добр, доложи об этом командиру.
— Слушаюсь, ваше величество, — низко кланяясь, пробормотал капитан и попятился к выходу.
— Прежде чем ты уйдешь, — остановил его Джасарей, — будь так добр, забери оружие, о котором мы говорили.
На какую-то долю секунды Хорату показалось, что Волтан занес меч над императором, но тут же вернул его в нормальное положение и отдал разжалованному капитану, который поспешно покинул комнату. Хорат подал Волтану кубок с вином, который тот принял без слова благодарности. Наладемус представил Волтана гостям, и Хорат увидел, как взгляд рыцаря остановился на могучем Фиаллахе.
— Ах да, — проговорил Волтан, — вы сражались на Когденовом поле, я слышал о вас. Вы, случайно, не тот генерал, который отрубал пленным офицерам головы и, нанизав на колья, ставил вдоль ценийской границы?
— Он самый, — ответил Фиаллах.
— Очень мудрое решение, — похвалил Джасарей. — Страх — мощное оружие на войне. Поставив головы вдоль границы, вы ясно выразили свою позицию и в то же время испугали врага. А теперь давайте подкрепимся, пока не началась главная часть программы.
— Бэйн недовольно ворчал, пока Телорс осматривал рану. Кровь все еще сочилась из десятисантиметрового пореза на левом боку.
— Ребро сломано, — объявил Телорс, — тебе повезло, Бэйн.
— Да уж, действительно повезло, — проговорил Бэйн и поморщился, когда Телорс вытирал кровь.
— Ты был очень небрежен, — отчитывал Свирепый, — я столько времени потратил, наблюдая за Дэксом, и говорил тебе не раз, что контратакует он мгновенно! Ты хоть читал заметки, которые я тебе вчера дал?
— Читал, — соврал Бэйн, — но ведь я не проиграл, а Дэкс мертв, не так ли?
— Да, он мертв, — согласился Свирепый, — но сломать ребра и выпотрошить внутренности мог бы и соперник посильнее, например, Бракус.
Вдруг Бэйн рассмеялся:
— Ты ведь никогда не бываешь доволен, правда? После предыдущего поединка ты сказал, что если я и с Дэксом буду драться так же, он мгновенно отрежет мне голову, а еще раньше ты пугал меня Кепсусом. Однако сегодня оба мертвы.
— Нужно стремиться к совершенству, парень.
— Никто не может стать совершенным, — возразил Телорс, — и ты это знаешь, Ванни.
Свирепый вздохнул:
— Если бы можно было достичь совершенства, то не стоило бы и стараться. Нужно стремиться к самому высокому результату. — Он взглянул на Бэйна. — Большую часть поединка ты провел хорошо — прекрасная работа ног, отличная концентрация. Но с самого начала он ставил тебе ловушки и наносил ложные удары. Тебя спасла только скорость, но даже так он смог сломать тебе ребро. Будь удар чуть сильнее, и он бы проткнул тебе легкое.
 
Телорс достал небольшой кожаный мешочек с лекарствами, вынул серповидную иглу и темную нить. Ему никак не удавалось вдеть нитку в иголку, и Бэйну пришлось ему помочь.
— Глаза начинают меня подводить, — проворчал Телорс.
— Стареешь, — сказал Свирепый.
— Я на десять лет моложе тебя! — возмутился Телорс.
— Правда, — улыбнулся Свирепый и сел рядом с Бэйном, — не обращай на меня внимания, парень. Ты сильно меня напугал, на секунду я даже подумал, что тебе конец.
— Я тоже так подумал, — признался Бэйн, — ты прав, я был недостаточно аккуратен. Но, понимаешь, когда я увидел Бендегита Брана и Фиаллаха рядом с императором. — Бэйн выругался, когда Теллорс затянул первый стежок.
— Не бойся, маленький воин, — с улыбкой сказал Телорс. Свирепый похлопал Бэйна по плечу:
— Ну, теперь ты гладиатор номер четыре и почти в пике формы. Молодец, Бэйн.
— Я уже готов?
— Сразиться с Волтаном? Думаю, еще нет. Спроси меня через три месяца. Если победишь Бракуса, мы вернемся к этому разговору.
— Я обещал подождать два года и сдержал слово.
— Еще три месяца, — попросил Свирепый, — дай мне три месяца, и я приму решение.
Телорс закончил зашивать рану и обрезал нитку. Бэйн опустил руку.
— Что тебя тревожит, Свирепый? Скажи мне правду.
— Для откровений нужен подходящий момент, а он еще не наступил. А теперь тебе стоит смыть с себя пот и кровь — ты приглашен на встречу с императором и его гостями.
— Не уверен, что хочу пойти, — заявил Бэйн.
— У тебя нет выбора, парень.
Бэйн поднялся и, миновав оружейную, прошел в купальню. Телорс тут же отложил иголку.
— В чем дело, Ванни?
— Парень хорош, очень хорош. Он смелый, быстрый, отважный, но к встрече с Волтаном не готов.
— Почему ты ему так и не скажешь?
— Бессмысленно, друг. Рано или поздно он все равно сразится с ним. Не хочу вселять в него неуверенность.
— Возможно, ты не прав, Ванни.
— Будем надеяться.
— А меня пригласили на встречу с императором?
— Кому нужна такая старая развалина? — засмеялся Свирепый.
Телорс захихикал и стал чистить шлем и меч Бэйна, чтобы потом убрать вместе с остальной амуницией. Через минуту вернулся Бэйн. Его светлые волосы были зачесаны назад и убраны в хвост. Он надел голубую тунику, серые лосины и краги мягчайшей кожи. На поясе с серебряной каймой висел нож с рукояткой из рога.
— Нож придется оставить, — сказал Свирепый, — тебя не пропустят к императору с оружием,
Бэйн отстегнул нож и отдал Телорсу, затем они со Свирепым вышли из оружейной, поднялись на второй этаж и вышли на трибуны. Расходились последние зрители, и Бэйн со Свирепым стали подниматься к королевской ложе. Несколько зрителей узнали Бэйна и приветствовали его, он улыбался и махал в ответ.
У входа в ложу их ждал стражник в серебряных доспехах, который обыскал их и провел внутрь. Второй стражник провел по коридору через обеденный зал в большую комнату. Выложенный мозаикой пол украшали дорогие ковры, а вдоль стен стояли двенадцать красивых диванов. Император полулежал на диване у высокого окна в виде арки из цветного стекла. По разные стороны от него сидели Бендегит Бран и Фиаллах. На диване напротив расположился крупный мужчина в малиновой мантии, большую голову окружала грива белых волос, а позади стоял Волтан.
Сердце Бэйна бешено забилось, а рука инстинктивно потянулась к пустым ножнам. Свирепый схватил его за руку.
— Поклонись императору! — прошептал он.
У Бэйна дрожали руки, но огромным усилием воли он заставил себя сделать шаг вперед и низко поклониться императору.
— Мне казалось, тебе будет приятно встретиться с земляками во время их визита в Город, — проговорил Джасарей.