Загадка обыденной жизни (СИ)

Жорн задумчиво принял листок.
— Это не дешево…
Наташа раздраженно махнула рукой.
— Не дороже денег. — Видно было, что настроение ее испортилось, и от былой расслабленности не осталось и следа. — Короче, если согласны, то пусть привозят этого Лиэна. Хотя лучше сначала с отцом его поговорить, полагаю он захочет это сделать. Дарк, пора возвращаться.
Жорн задумчиво посмотрел вслед уходящей девочке, сунул записку в карман, махнул кому-то рукой: «Присмотри мол», а сам зашагал в другую сторону.
— Серьезно? — повернулся к ней Дарк Вром, когда они покинули рынок и их встретил Дариан со своей повозкой. Похоже он ждал их тут всё время.
Наташа мрачно посмотрела на него.
— Не спрашивай… Хотя спрашивай, всё равно не поймешь. Я ведь тоже училась на художника, ты же знаешь. Но я не говорила никому… Да ты и не знаешь всего обо мне, это я Гонсу говорила. В общем, был момент, когда нам с папой реально нечего было есть… когда пришлось уехать оттуда, где я родилась. Там война началась. Какая уж тут учеба. Скорее просто отвлечься. Но естественно, не до учебы было. Папа меня в эту школу отдал скорее чтобы я дома не сидела, хоть чем-то занялась… Сам понимаешь, какое у меня настроение было… Ну и отношение к занятиям соответственное. Как-то так. А тут… Пацан талантлив, но без обучения его максимум — раскрашивать деревянные игрушки.
— Ты хочешь помочь не ему, а себе в его лице?
— Понимай как хочешь, — махнула рукой Наташа. — Только сейчас у меня реально столько уже денег разных премиальных, что иным на всю жизнь хватит. Вдруг он станет известным художником? И лет через двести все будут рассматривать его картины и говорить, что впервые его талант заметила некая Призванная, которая оплатила учебу и подарила миру великого художника…
Тут уже Дарк не выдержал и расхохотался. Дариан Лорг на козлах тоже подозрительно трясся.
— Да ну вас, — обиделась Наташа. — Я тут, можно сказать, себе имя обеспечиваю в истории, а вы смеетесь.
— Не буду больше, — махнул рукой Дарк. — В любом случае, это не самый плохой способ потратить деньги. Ты лучше скажи, что по этой встрече? Вот те разговоры про правила и общие интересы… Ты серьезно? Думаешь, они прониклись твоей идеей про «кто-то догоняет, кто-то убегает»?
Наташа махнула рукой.
— Забудь. Это всё прощупывание и обозначение позиций. Ты же не думаешь, что все там гостившие прониклись и согласились на какой-то непонятный негласный договор? Хотя именно Альтин Росс, может, и согласился бы, решай он всё в одиночку. Вполне в его духе было бы. Вот только… когда-нибудь любовь к театральности его погубит. Метко его прозвали Артистом.
— К чему ты?
— Да ко всему в целом. Идея о встрече ведь явно от Альтина исходила. Он умен, не спорю, очень умен, если сумел подняться на вершину власти в теневом мире, да еще и сумел протолкнуть и организовать такую вот встречу с остальными такими же. Но… — Наташа пощелкала пальцами, пытаясь подобрать слова.
— Но Артист?
— Как ни странно, да. Его любовь к постановкам, пустить пыль в глаза. Подбросить мне в карман записку с предложением встретиться и с гарантиями безопасности. Просьба сообщить о решении ответной запиской, которую следовало положить в шляпу нищего у подножия храма верховного бога. Потом эта встреча. Отправить нас в самый бедный район города, а потом увести оттуда в другой район побогаче. Подготовленные повозки, причем, подозреваю, там еще несколько было на случай, если со мной было бы больше людей. Сама эта встреча в трактире. Это всё представление для нас, ширма, показать, какой он умный, предусмотрительный, талантливый. Нет, может, для местных, неизбалованных разными сериалами, детективными книгами и разными репортажами из жизни, всё и выглядит оригинально, заставляя верить в могущество некоего теневого короля, все видящего, все предвидящего. Но для меня… Постановка любительского театра средней величины города.
— Даже так?
— Ну, может, это просто я такой вот циник, который самым сложным явлениям предпочитает давать простые объяснения. Бритвы Оккамы там всякие. Разговоры с отцом очень помогли взглянуть на всё это со стороны. Записка в кармане? Серьезно? А не проще ли подойти на улице и поговорить? Что, подходящей одежды у них не нашлось? Или человека, способного нормально вести себя в центральных районах города? Было бы убедительней.
 
— Но ты же поверила.
— Не сразу. Сначала выяснила у стражи, кто такой этот Артист… вот серьезно, подписать записку не именем, которое он не скрывал, а кличкой… Артист, блин. Потом уже целенаправленно расспрашивала всех стражников, особенно тех, кто служит в тех районах. Потом несколько дней потратила, изучая архивы стражи и тюремные.
— Это когда ты узнала некоторых в таверне?
— Ну да. Фотографий у вас нет, преступников стараются описать. Так подробно, как могут. Большинство из тех, кого я узнала, имеют какую-нибудь характерную деталь, которую писцы у стражей добросовестно описали. Несложно. Так что в представления и я умею.
— Тогда чего они хотели, если, как ты говоришь, не заключить негласный договор?
— Ну Артист, может, и был бы не против, для него это стало бы новым представлением. В театре ведь все следуют своим ролям, что я и предложила. Ему понравилось, я видела. Только вот остальные там люди попроще и поконкретнее. И таких большинство. И согласились они на эту встречу исключительно из-за того, чтобы понять, чего от меня ждать. Все-таки я стою у истоков новой службы, которая будет противостоять им.
— А ты не боялась, что они… это…
— Убьют меня? Опасалась, я же не идиотка, всё-таки, но слегка. Моя смерть не остановит появление службы, ускорит, скорее. Зато, как я и говорила, стража перевернет там все вверх дном и не успокоится до тех пор, пока не уничтожат всех, даже косвенно виновных в моей смерти. И они прекрасно это понимали.
— Если, как ты говоришь, эта встреча ни на что не повлияет, зачем тогда вообще согласилась?
— Интересно стало. Полагаю, рано или поздно все равно пришлось бы встретиться. Ну и заодно донесла свою позицию. Какой там они вывод из всего этого сделают — неважно, но какой-то сделают. Будем смотреть.
Гонс Арет не ругался, только смотрел так, что было ясно без слов. Наташа с видом провинившейся школьницы застыла перед ним чуть ли не по стойке смирно, глядя в пол. Оставалось только ручки перед собой сложить в молитвенном жесте, но до такого девочка опускаться не стала.
— Всё? — очень уж спокойно сказал Гонс.
— Да.
— Выпороть бы тебя… — мечтательно протянул бывший член совета магов. Наташа опасливо покосилась на него, но тут же снова поспешно уставилась в пол. — Не-е-ет, — вдруг протянул он. — Это было бы слишком милосердно. Я знаю, что я сделаю. Я всё расскажу тетушке.
— Что⁈ — смиренный вид мигом слетел с Наташи и она возмущенно уставилась на Гонса Арета. — Это нечестно! И вообще… Это будет смешение личной жизни и работы, а это непрофессионально, вот!
— Твой папа так говорит? — с интересом спросил Гонс.
— Да!
— А что бы твой папа сказал по твоим сегодняшним действиям?
Наташа засопела и отвернулась, но честно призналась:
— Наверное, впервые в жизни выпорол бы.
— Я с этого и предложил начать, — кивнул Гонс Арет. — Вот скажи мне, ради всех богов, зачем ты вообще поперлась туда? На кой тебе была нужна эта встреча?
— Познакомиться, — пожала плечами девочка. — Полагаю, пригодится.
— Ты вообще нормальная? — с каким-то нездоровым интересом спросил Гонс Арет. — Может, мне попросить врачей тебя обследовать?
— Ваши врачи не помогут, — хмыкнула Наташа. — Тут, если кого и привлекать, то психологов, а у вас таких нет, я смотрела.
— То есть с тем, что ты ненормальная, ты согласна?
Наташа пожала плечами и отвернулась.
— Молчишь? Ладно, допустим… Только допустим, какую-то пользу ты из этой встречи извлекла, но неужели так трудно было поставить меня в известность?