2424 (СИ)

— Постой, как миллион? — удивился я. Мы лежали перед отбоем и трепались о всяком. — Мне только пятьсот тыщ пообещали, и то он в счёт долга ушёл!
— Ха! Наверно, потому что ты седьмого класса! Не то что мы! — внёс свои два цента Мариуш.
— Не звизди! — осадил его Поль Дюк, отучившийся в университете на юриста. — Не из-за класса, а из-за гражданства. Полмиллиона платят федералы, и то не всем, а только тем, кто поучаствует в боевых операциях флота, иначе выплаты по контракту срезают. Ещё полмиллиона добавляют муниципалитеты. На Земле опять начало расти население, вот и стимулируют на отъезд. Муниципалы дают по полмиллиона уходящим служить по контракту или колонистам.
— А смысл доплачивать контрактникам?
— Многие думают, как Стэн, — объяснил мне Поль. — По статистике только половина возвращается домой. Все хотят миры посмотреть, вот и оседают в разных местах. Или присоединяются к племени космических цыган.
— Не цыгане, а звёздные бродяги! — возмутился Эрик Свенсон. Видимо, в нём проснулась кровь предков — он грезил собственным кораблём, чтобы уйти в свободное плавание. Дальнобой, исследование космоса, поиски полезных ископаемых на астероидах, стычки с пиратами — он хотел это всё. — Вы только представьте, сколько богатств висит в пустоте и ждёт меня! Писали, одному старателю с собственным кораблём повезло найти астероид из чистой платины!
— Да-да, его потом засудили, что вёл разработку полезных ископаемых без лицензии, — поддержал разговор наш товарищ-юрист.
— Так это он сам виноват! Поль, пойдёшь ко мне в экипаж? Будешь решать эти юридические заморочки.
— Нет, — Поль уткнулся в коммуникатор, набирая кому-то сообщение. У нас было личное время, в которое разрешалось пользоваться собственными средствами связи.
— Почему??? — удивился Эрик отсутствием энтузиазма от блестящих перспектив.
— Его девушка дома ждёт, — вместо Поля ответил Эдд Пенниман, наш мистер всезнайка. Он попал во флот с призывного пункта в Сиднее, и был единственным среди нас австралийцем. Вот кому надо идти в бродяги, так это ему — точно без кредита в кармане не останется. Как ему удавалось узнавать первым новости, было решительно непонятно. И речь не о новостях из галанета, хотя, и о них тоже, а о нашей армейской жизни. — Слышали, парни? Через неделю будут увольнительные в город. Для двух самых успевающих рекрутов из каждого взвода. Кидали жребий, выбор ехать первыми пал на наше отделение.
— Здо́рово! Давно в цивилизации не был! Надо будет посмотреть в галанете, где у них там бордель, чтобы на поиски время не терять! — Мариуш воспылал энтузиазмом. Он и в мыслях не допускал, что не будет одним из тех двух счастливчиков.
— Можешь не торопиться, никуда от тебя шлюхи не убегут. Рейтинг тебя в этот раз не пустит, — усмехнулся Эдд.
— А ты, значит, знаешь, у кого какой рейтинг? — ощерился Ковальски, на что всезнайка неопределённо пожал плечами.
— Откуда?!? — заинтересовался Эрик.
— Свои источники не выдаю, — гордо ответил Эдд. — Скажу только, что больше всех вероятность пойти в увольнительную у Дэна и у Джона.
Джон Ри, которого упомянул всезнайка, был корейцем из Улан-Батора и большим молчуном. Бывало, он за день не произносил ни слова. Вот и сейчас он не участвовал в беседе, а лежал на своей кровати с книжкой в руках. Что само по себе было странно. Никто из нашего отделения не притащил с собой бумажных книг, кроме Джона.
— Ну, Дэна понятно, он лучше всех стреляет. Но Джона-то за что?!? — возмутился Эрик.
Так получилось, что моё подростковое увлечение охотой принесло свои плоды. Я, и правда, лучше всех попадал в мишени. Стоило только приспособиться к повышенной гравитации, как я стал укладывать пули в десятку. Белку в глаз я, конечно, дома не бил — баловство это, никто давно у нас из белки ничего не шьёт, но птицу добывал исправно. Вот и пригодилось. Огнестрел, он и в тайге, и на Пандоре — огнестрел.
Стреляли мы пока из штурмовых автоматических винтовок, чуть позже нас обещали познакомить с экзотикой — плазмой и рельсотроном. Вообще, когда нам рассказывали на лекции о видах оружия и об основном вооружении штурмовых подразделений, я спросил: «Почему все не перешли на плазму, если она более эффективная?» И получил развёрнутый ответ на пятнадцать минут с формулами от какого-то Дебая-Хюккеля, что плазма из ручного оружия затухает в вакууме уже через десять метров. Я же не собираюсь в космическом пространстве добираться до корабля противника на дистанцию поражения, пока в меня палят из всех стволов? Самоубиться можно и менее затратным способом. А что касается рельсотрона, то это такая электромагнитная дура, с которой не побегаешь. Используется в качестве противоснайперской и по среднебронированным целям. С предельных дистанций. Так что, если кому и доверят такое чудо, то самому-самому во всём взводе.
  
— За что Джона? В душе не имею. Да и какая разница? В следующий раз они уже не пойдут, будут шансы у остальных, — зевнул Эдд, устраиваясь на койке поудобнее.
— А я против, чтобы впереди меня какой-то неполноценный гражданин с более низким классом пошёл, — подскочил от возмущения Мариуш, глядя на меня.
— Слышь, а за неполноценного и ответить можно, — я тоже встал с койки, поскольку достал. — Вижу, зубы у тебя лишние. Подходи, подправлю чутка, чтобы думал, на кого пасть открывать! — ну, не получается у меня нормально социализироваться, когда на меня всякие польские петухи напрыгивают. Характер не тот. Золотой у меня характер, в смысле, тяжёлый.
— А не боишься? — прищурился Мариуш. — Нападение на гражданина с более высоким классом…
— Будет караться гауптвахтой обоим. Остыньте парни, — приподнялся на локте Эрик. — Дэн, ты же не хочешь из-за одного особо одарённого лишиться увольнительной? А ты, Ковальский, следи за помелом и учи Устав. А то, и правда, выхватишь — Дэн парень резкий, он может.
— А что Устав? — Мариуш сел обратно на кровать.
— По Уставу на первом месте звания, классы — это на гражданке. Так что пока на вас форма и вы в расположении части, важны только погоны. А неуставные отношения запрещены. Ибо… — Поль тоже зевнул. — Короче, чревато. Пацаны, давайте спать.
* * *
Мы с Джоном в компании ещё двадцати парней и девчонок едем на автобусе сквозь джунгли в город. За неделю ничего экстраординарного не произошло, и нам достались увольнительные на двое суток. Еду я с предвкушением. Сколько живу в будущем, а ещё ни одного инопланетного города не видел. Правда, меня смущает финансовая дыра в кармане — денежное довольствие на два дня мне никто не выдал. Как мне объяснили в финчасти, федеральные деньги за меня ушли в один из муниципалитетов Земли, все вопросы к ним. Собственно, я из-за денег и поехал — на Пандоре, в единственном городе на всю планету, есть один из филиалов «Популяра». Хочу узнать, что с моим счётом, и могу ли я с него что-то получить.
— Нам туда, — Джон задал направление, когда нашу толпу высадили на автостанции. Так все и пошли парочками и группками, кто с кем успел познакомиться. Монгольско-корейский товарищ по оружию захотел составить мне компанию: «Дэн, какая разница, где гулять? Городок небольшой, всего сто тысяч постоянного населения, прошвырнусь с тобой».
— Слушай, а как ты ориентируешься? — я ни разу не видел в его руках коммуникатор — всё с книжкой и книжкой.
— Так нейросеть же. Через неё и ориентируюсь. Я и на базе постоянно через неё с родственниками переписываюсь.
— Не понял. А как… — я аж остановился от такой новости. Дело в том, что у всех на базе нейросети глушились, чтобы рекруты не отвлекались на чаты, новости и прочие развлечения. Сам можешь с помощью неё развиваться, ТТХ оружия там учить или интерлингву, а получить информацию извне или самому отправить — фигушки. «Вам надо обходиться своими силами без протезов для ума», — в этот раз нормально без мата объяснил наш капрал. «Представьте, вы на вражеской планете, эфир глушится, а вы привыкли воевать по онлайн карте с орбиты. Или кругом пустыня, вообще никого, и вдруг из-за угла танк! Вы должны знать, как его поразить, а не судорожно искать информацию в галанете!» Вот и пользуются все коммуникаторами за час до отбоя. А что можно успеть за час? Короче, у всех была ломка, кроме меня и, как оказалось, Джона.