Орда (СИ)

 Глава 7 
 Событие семнадцатое 
  Гермес — в древнегреческой мифологии бог торговли и счастливого случая, хитрости и воровства 
Долго ли, коротко ли сказка сказывалась, но, когда… все закончилось, Андрей Юрьевич осознал, что все книги про попаданцев — это сказка настоящая. Вроде бы вот он целый доктор наук и почётный металлург, а получается, что ничего толком про металлургию не знает, все его знания мало что здесь могут дать.
Ядра чугунные отлили по два десятка диаметром пятнадцать сантиметров, если как у немцев считать, или сто пятьдесят миллиметров, как в СССР, с толщиной стенки тридцать миллиметров и тридцать пять. Пацаны практически весь песок кроме уж совсем въевшегося пригара выковыряли через оставленное отверстие, и вместо него засыпали в первые шесть смесь опилок с песком. Нужно же, прежде чем порох туда сыпать определиться не сломает ли то ядро давление газов при выстреле ещё в стволе.
Дошла очередь до орудий. Дошла и… И оказалось, что для начала нужно изобрести токарный станок, который колоду из морёного дуба снаружи и изнутри обработает. И тот станок, что был у Николая Андреевича Болконского — это который отец князя Андрея Болконского из романа Л. Н. Толстого «Война и мир», не пойдёт. Резец нельзя держать в руках. Ствол орудия — это не ножка к стулу. Там отклонения диаметров быть не может. Как этого добивались в Реальной истории Андрей Юрьевич не знал. Когда бывал в Ленинграде и стоял у колон Исаакиевского собора, слушая экскурсовода, что мол крепостные вручную сделали такие правильные цилиндры, то хотелось по Станиславскому возопить: «Не верю!». Это невозможно!
Теперь сам с этим столкнулся. И не пошёл на поведу у Ерохи.
— Та, што там, ерунда, сробят мастера.
— Ты просто не представляешь, Ерофей, силу взрыва. Мы пойдём другим путем.
Пришлось отливать станину чугунную. Максимально домница давала до трехсот килограмм чугуна. Сделали модель деревянную, заформовали, залили воском, полученным из торфа, и эту конструкцию, по мультику про Архимеда, сунули в специально сколоченное герметичное корыто, наполненное до краёв водой. Перелившуюся воду взвеси и на семь умножили. Получили семьсот пятьдесят кило. Пришлось разбивать на три куска модель и придумывать крепление. Ну не болты же. Остановились на клёпках. Значит, нужно делать приливы. В результате станина получилась весом в девятьсот кило. Три полных плавки ушло.
И ведь это только начало. Нужна передняя бабка и шпиндель. Зажимать не получится. С резьбами пока не очень. Таких инструментов нет и даже непонятно как подступиться к их изготовлению. Сделал на шпинделе три острия на них бревно насаживали и потом сыромятными ремнями по типу струбцины закрепляли. Привод сварганили от ворота, который две лошадки крутят. Пока сделали всю эту конструкцию деревянную и на ремнях. И времени нет делать железной, и железа жалко.
Заднюю бабку пришлось делать на деревянных салазках. С фрезеровкой пока тоже проблема. Её нет и неизвестно когда будет.
Резцы. Ну тут проще. Всё же морёный дуб, который по рекам по Указу князя народ стал вылавливать и во Владимир доставлять, это не железо, и специальных сталей для его обработки не нужно. Пока истратили несколько булатных заготовок. Резцедержатель получился неподвижным и придвигали к заготовке сам резец, закреплённый клинышками.
Это всё описывать теперь легко, а на самом деле ушло полных два месяца. То одно непонятно, как делать, то отливку частей станины запороли, опок железных нет, а деревянную весом металла разорвало, недосмотрели. Пришлось усиливать железными уголками и полосами. Одну часть станины пришлось отливать трижды. Первый раз опока не выдержала, а второй раз при соединении заклепками кузнецы переусердствовали и ухо с приливом треснуло и оторвалось.
Вот, долго ли, коротко ли, но через два месяца токарный станок соорудили, воткнули на него кусок полутораметровый морёного дуба и обработали. Снаружи, как говорят токаря, с одного прохода, а внутри более тщательно, если не сотки ловили, то миллиметры. Потом обтянули ствол по наружи толстой кожей сырой, и полосами металла укрепили.
С ядрами, или точнее с гранатами, всё это время тоже Андрей Юрьевич занимался. Отливки есть, почему не поэкспериментировать. Всё одно нужно придумывать, как воспламенить порох внутри. Как выглядел и из чего делался запал у таких гранат в Реальной истории Андрей Юрьевич на знал. Где-то читал, что сначала зажигали его, а потом ядро в ствол вкатывали, а позднее придумали такой, который загорался сам от пороховых газов, вылетающий из ствола вместе с ядром.
Второй пока непонятно, как делать. Так что профессор решил опять прогресс толкнуть и изобрести бикфордов шнур. Порох у него есть, льняной нитки сколько угодно и самое главное — битум тоже есть и в огромных количествах. Нефть продолжают возить, бензин с керосином для зажигательных снарядов и обработки торфа, чтобы парафины извлекать, перегоняют, а получившийся битум пока сливают в ямы, досками оббитые, на будущее. Начнётся весна и начнут дороги асфальтировать. Пока за лето заасфальтировали двор внутри замка. Чистота. Красота. Даже король польский и Великий герцог литовский на коленях ползали, пытаясь понять, как и из чего это сделано. Попросили себе такие же сделать в замках.
— Да пожалуйста дорогие родичи. Изготовим. Золотой за квадратный метр…
— Квадратный чего?
— М… два локтя на два локтя. Примерно.
— Мне первому!
— Нет мне!
— А нам, — пискнул князь мазовецкий.
— Всем сделаем, готовьте золото.
Получилась ситуация почти как в Реальной истории. Там бензин и солярку сливали в землю, нужен был только керосин. А сейчас самым востребованным неожиданно оказался битум для производства асфальта. Бензин и солярка идут на выработку воско-парафина из торфа, а вот керосин почти не нужен. Немного расходуют на зажигательные снаряды, но это ведь литр всего, да ещё мылом загустить надо и серы добавить для аромата. Крохи. Куда девать. Пока ведь точно не до керосинок. До стекла неизвестно когда руки дойдут.
 Событие восемнадцатое 
  Гефест — в греческой мифологии бог огня, самый искусный кузнец, покровитель кузнечного ремесла, изобретений, строитель всех зданий на Олимпе, изготовитель молний Зевса. Его атрибуты — это кузнечный прибор (клещи и молот), рабочая шапка и короткое верхнее платье ремесленников (эксомида). 
 Забил заряд я в пушку туго
 И думал: угощу я друга!
 Постой-ка, брат мусью!
Забили картуз пороха в деревянную пушку, прокололи через запальное отверстие мешочек, сыпанули туда мелкого пороха, затолкали конец бикфордова шнура, закатили в ствол гранату, заполненную песком и опилками, отошли все на приличное расстояние, залезли в окоп с бруствером и фейерверкер Апанас, специально обученный, запалил шнур и рванул к окопу. Апанаса и выбрали фейерверкером пока за стартовую скорость. Искали среди будущих артиллеристов самого быстрого.
Бабах. Все закрыли головы руками, ожидая, что пушку разорвёт, и куски, долетев до окопа, посыпятся сверху.
И ничего такого не произошло. Ствол с лафета сорвало, лафет перевернуло, но когда осмотрели ствол, то оказалось, что он вполне себе нормально сохранился. Ещё один раз точно можно выстрелить.
Ну и стали смотреть куда ядро улетело.
Понятно, что это не единорог графа Шувалова и на четыре километра ядро не усвистало. Тем более, что и пороха положили не сильно много. Пока расстояние в километр и то запредельное. Просто не существует таких армий, чтобы они по фронту на четыре километра вглубь строились. Крепостей тоже брать не надо. А если и придётся осаждать Житомир, то и в этом случае километра за глаза. Никто противобатарейной стрельбы с крепостных стен не начнёт. Не так, начнут обязательно. Популяют из луков. Ну, двести метров. Поставь орудия за полкилометра и ни одна стрела не долетит. Даже за триста метров можно. Всё одно не долетит.