Балтийский форпост

Крестоносцы следом за ним, на ходу один из них попытался толкнуть одетым в железо плечом воеводу, да тот своевременно в сторону убрался. Не стал обострять отношения. Всему своё время! И мести тоже. Ждать он умеет. Пусть эти сначала одно дело сделают. Для его же, воеводы, пользы! Утопят выродка, и слава богу! Ну а если выродок верх одержит, то тоже неплохо – в городе дышать легче станет! Кругом сплошная выгода и упрочнение позиций!
И, несмотря на сгустившееся в палатах напряжение, воеводе стало радостно на душе. Он даже улыбнулся вслед выходящим крестоносцам и вдобавок издевательски помахал им в спины рукой, вызвав этим жестом удивлённый взгляд посадника…
Пожал в ответ плечами: мол, всё равно не увидят…
* * *
– Всё? Повеселились? И будет. По местам! – скомандовал. Что-то расслабились мои бойцы. Да и гребцам пора бы за вёсла сесть. Баркас хоть и идёт всё это время по течению, но нам ещё Варлаамовскую башню проходить!
С неё не то что до середины реки, но и до противоположного берега запросто стрелой достать можно! Правда, убойная сила той стрелы при этом сильно упадёт, но и это утверждение тоже так себе. Тут ведь как? Даже если взять и ткнуть острым наконечником по незащищённой шкурке, то можно не только уколоться, но и запросто ту шкурку до мяса пробить. И на излёте в такой стреле кинетической энергии вполне достаточно, чтобы пробить и плотную холщовую одёжку, и то, что под одёжкой находится. Иной раз даже до смерти. И кожаную также может пробить. Правда, кожаная – она тоже разная бывает. Иную не то что стрелой – мечом не прорубить!
Разбежались по скамьям гребцы. Десяток стрелков у правого борта остался, второй и третий на прежние места ушли. Кто к левому борту, кто в центр. Расселись, но не расслабились. И арбалеты из рук никто не выпустил.
Стукнули вёсла, зачерпнули лопастями воду, выгнулись и толкнули баркас вперёд. Зашлёпала по крутым скулам бортов мелкая речная волна, отфыркнулась мутной, в мелких пузырьках пеной, откатилась назад недовольно и понеслась к берегу, отсыпаться в зелёных камышах.
Набрали ход, пошли ровнее. Присели на скамьи, укрылись за стеной из щитов. Молчим, наблюдаем за правым берегом. А там тишина, ничего и никого не видно.
Прошли! Остался за кормой город, а тревога не утихает. Ну не отпустят нас просто так! Побитые у ворот моего подворья крестоносцы тому прямое подтверждение. Поэтому и сам не расслаблялся, и дружинникам не дал. Да ещё и гребцов пришлось всё время подгонять, потому как попутного ветра пока и близко не было.
– Снятную гору минуем, повернём, за ней ветер как раз в спину начнёт поддувать. Там парус поставим и быстрее пойдём. – Моё нетерпение передалось и кормчему. Следом и команда его что-то почуяла, принялась активно шевелить вёслами.
– Надо бы подналечь, – в который уже раз оглянулся назад.
Пусто на реке. Рыбаков не считаю, от них вреда почти никакого нет. До той поры, пока они под ногами не путаются.
– Погоню ожидаешь? – не удержался кормчий, всё-таки спросил.
– Да! Не могут нас так просто отпустить, – утвердительно кивнул ему. – Не здесь, так в озере обязательно догонят!
Промолчал в ответ лодочник, к моему удивлению. Не стал ни бурчать, ни требовать добавки к оплате. А то, что вопросы задаёт, так это нормально. Ну что? Пора готовиться к сшибке?
Моим же дружинникам пояснять ничего не нужно, они и так всё отлично понимают. И к схватке давно готовы.
Подвинули в сторону кормщика, не обращая внимания на его недовольное бурчание. Ничего, места ему для управления лодкой остаётся достаточно. Потерпит!
Установили два лафета, уложили в деревянное ложе стволы. В первую очередь проверили, чтобы линия прицеливания и выстрела выше транцевого планширя проходила! Как раз нормально по высоте получилось. А то ещё разворотим всю корму лодочнику, придётся потом ему и за этот ущерб платить!
Прямо к кормовому брусу планширя привязал канатами лафеты. Они у меня хоть и без колёс пока, но всё равно при выстреле назад отпрыгнут! Поэтому однозначно привязывать! Насколько далеко могут отпрыгнуть, не знаю, но так всё надёжнее будет.
  
Нужно было видеть глаза кормчего, когда я принялся заряжать пушки! Да и бойцы мои, хоть и успели за прошедшее время ко всяким подобным чудесам привыкнуть, а тоже ближе придвинулись. Постарались ни одного моего движения не пропустить. Вот только недолго они любопытничали! Кормчий спохватился и грозным рыком заставил всех любопытных на свои места вернуться! Отыгрался за всё былое.
– Ишь, сгрудились тут! А то, что корма почти под воду ушла, так до того и дела никому нет! Потопнем, что делать будете?
И уже мне:
– Ты, боярин, за дружиной-то своей присматривай, не давай им по баркасу колобродить. А то быстро пойдём на дно речное все разом, на встречу к царю водяному!
Замолчал, ответа от меня не дождался. Покосился на пушки и уважительно проговорил:
– Тяжёлые у тебя штуки…
Коротко исподлобья глянул на лодочника – ну не до тебя мне сейчас! Тот что-то понял, потому что тут же стушевался и отстал, отступил к правилу.
Я подозвал Тора, показал ему, как нужно в пальник фитиль вставлять, с какого конца зажигать. Кому ещё это дело доверить, если не самому толковому? Приказал походную жаровню наготове держать, но пока огонь не разжигать…
И продолжил заряжать пушечки. Порох в мешочке придавил моим импровизированным банником-прибойником, из толстого войлока пыж следом забил и уже на него сборную железную солянку загнал. И тоже запыжевал. Но без фанатизма! Мне нужно, чтобы дробь разлететься успела после выстрела. В запальное отверстие порох засыпал осторожно. Намокнет? Вряд ли. Брызги до кормы не долетают, погода хорошая.
Догнали нас перед входом в устье! Мы как раз к дельте подходили, а тут лодки за спиной из-за поворота вынеслись! Жаль, ещё бы немного, и ловили бы нас в протоках до посинения! Две лодки нагоняют, и каждая размерами ничуть не уступает нашей.
И ведь до чего ходко идут! Пригляделся… Мало того что тоже под парусами, так ещё и вёсел на каждой лодке на одну пару больше. И грести они, в отличие от нас, не прекращали! Потому и догнали…
– Взялись! – гаркнул на гребцов кормчий. Спохватился! Наконец-то перестал скалиться, по-настоящему почуял опасность. – Навалились живо! –  Плоскодонки! – повернулся ко мне. – Потому и идут так ходко! Ничего, скоро в озеро выйдем, а там волна, они ход сразу и потеряют! Уйдём!
– Щиты с борта снимите и наготове держите, – наклонился к десятникам. Не верю я, что удастся без боя уйти. Очень уж быстро они нас нагоняют. – И на корму по паре бойцов направьте. Чтобы от стрел нас прикрывали!
– Сделаем, – оба кивнули головами и тут же переместились каждый к своим людям.
На преследующих нас лодках что-то явно обидное кричат. Слов не разобрать, но по тону понятно, что не любезности отпускают. Когда немного приблизились, то стало понятно, о чём кричат. Наивные, призывают нас остановиться и сдаться на милость победителей! А мы молчим. Да и с кем там говорить? С крестоносцами? С ними на языке железа разговаривать нужно. Они по-другому не понимают.
Свернули в правую протоку, ход сразу упал. Ветра здесь почти нет, пришлось лишь на вёсла рассчитывать. По обеим сторонам протоки здоровенные ивы растут, вот они весь ветер на себя и принимают. Пришедшую в голову мысль высадиться на ближайший островок и на нём держать оборону сразу же отбросил в сторону! Казалось бы, за этими самыми ивами можно укрыться и всю протоку держать под обстрелом! Отличная же мысль! Вот только уверен, что в этом случае никто и не станет нас штурмовать! Запрут нас, дождутся подкрепления и возьмут тёпленькими. Надо уходить!
А плоскодонки всё ближе! Уже отчётливо можно разглядеть, что у них на борту происходит. Вот арбалеты вскинули, выстрелили! Мои дружинники на корме щиты вскинули, прикрыли кормчего и нас от обстрела. Несколько раз громко тукнуло – как раз по щитам и прилетело!
Далеко ещё, щиты даже не пробило. И мои стрелки это прекрасно понимают, покосились на меня, но ни одного вопроса не прозвучало с предложением выстрелить в ответ. Подождём, нечего болты просто так переводить…