Мой истинный дракон (СИ)

Я невольно сглатываю и пытаюсь приподняться на локтях, а заодно — уйти от ее прикосновений. 
— Со мной все в порядке, — что, к слову, удивительно, ведь обычно прерванное обращение весьма надолго выводит из строя организм, — Я повторю свой вопрос, почему ты… 
— Знаешь, что я сделала? — совершенно бесцеремонным образом перебивает меня Чароит, а после и вовсе делает немыслимое — залезает ко мне в постель прямо с ногами, подогнув под себя колени, из-за чего наши лица снова оказываются невыносимо близко. 
Я стараюсь даже не смотреть в ее сторону, предпочитая вместо этого осматривать свою правую руку. Странно это… Ни одной раны… 
— Ну спроси же меня, Кассар, — от нетерпения Чароит, ее живой мимики, эмоций и постоянного движения буквально вся кровать под нами трясется, — Спроси, что я сделала!.. 
— Осталась в этом доме вопреки моей воле? — слегка скептично выгибаю я бровь, наконец переводя взгляд на девушку. 
— Не зуди! Тебе понравится! Ну же, неужели тебе ни капельки не любопытно?.. 
— Ну и что же ты сделала? — невозможно не сдаться под таким напором. 
— Я тебя вылечила! Сама! — глаза Чароит горят огнем, на губах — счастливая улыбка, а я все никак не могу вникнуть в смысл ее слов, — Во мне проснулась какая-то невероятная магия, представляешь?! 
Что?.. О чем она говорит? 
— Магия? — не то чтобы я не расслышал, но мне все же требуется время, чтобы это осознать. — Это невозможно, Чароит. Магические способности просыпаются в людях с рождения. И это невероятная редкость, как ты знаешь. 
— Я тебе все сейчас покажу! 
С этими словами она хватает меня за руку, обхватывая мою ладонь своими крохотными нежными пальчиками. С каких пор Чароит решила, что имеет право вот так бесцеремонно вторгаться в мое личное пространство? И почему внутри меня каждый раз все замирает подобным образом, когда она так делает? Слишком давно ты не подпускал к себе женщин, Кассар… Расхлебывай теперь. 
Раскрыв мою ладонь, Чароит проводит по ней подушечками пальцев, и… 
То, что я испытываю в следующее мгновение, не поддается никакому описанию. Глаза видят сноп фиолетовых искорок, возникших на секунду и тут же погаснувших, а я сам резко дергаюсь вперед, садясь и выпрямляясь. 
Если бы мне понадобилось описать это чувство, я бы сказал, что Чароит словно бы дотронулась до моей души. 
Сделав судорожный вдох, я пытаюсь понять, что происходит, но не могу найти объяснений. Тем временем, воспользовавшись моим замешательством и явно забавляясь моей реакцией, Чароит проворачивает свой фокус снова, на этот раз вызывая магические всполохи несколько ярче и сильнее. 
Тяжело дыша, я перехватываю ее руку своей, вцепившись в нее пальцами. Я точно знаю, что во мне реагирует на ее магию. Драконья ипостась. И если прежде этот хищник, лютый зверь был всегда голоден — я ненавидел в себе эту сущность, сковывал и подавлял — то сейчас был готов поклясться, что впервые за всю свою жизнь я ощутил, как дракон внутри меня словно бы ласково потянулся, мурлыкнув и подставляя свое энергетическое тело под прикосновения Чароит. 
Оно жаждет ее. И теперь оно рвется наружу с новой силой, чтобы ей овладеть. 
— Чароит… — только и могу промолвить я, будучи все еще не в силах справиться с новым, откровенно пугающим чувством. 
— Что? Только не говори, что тебе не понравилось, — она еще и хихикает, — Я всю ночь потратила на твое лечение. А потом все ждала, когда ты очнешься… Кстати, я жутко хочу есть. А ты? 
Невообразимая. Юное дитя, которое совершенно ничего не боится. Ее непосредственность и наивность завораживают, хотя на самом деле должны меня раздражать. 
— Чароит, это не шутки, — со всей серьезностью, на которую я сейчас способен, пытаюсь вразумить девушку. — Тебе нельзя оставаться рядом со мной. Это очень опасно. 
— А тебе опасно оставаться одному, — в эту секунду я понимаю, что до сих пор сжимаю руку Чароит в своей, а потому — спешно ее отпускаю, отстраняясь и вжимаясь спиной в изголовье кровати. 
— Ты ведь поняла… Кто я? 
 
Меньше всего на свете я хотел бы задавать своей жене этот вопрос. Но раз уж я допустил такую оплошность, что потерял над собой контроль и чуть было не выпустил дракона на волю, придется разгребать последствия. 
— Сложно было не понять, — усмехается Чароит, лукаво щурясь и склоняя голову набок, —  И, раз уж мы заговорили начистоту… Ты сохранил мой платок? Зачем? 
Я не сразу понимаю, о чем она говорит. А когда понимаю… 
— Собирался вернуть при встрече, — выпаливаю первое, что приходит в голову.
  
18. Непростое решение
 
Я не сразу понимаю, о чем она говорит. А когда понимаю… 
— Собирался вернуть при встрече, — выпаливаю первое, что приходит в голову. 
— Да? А почему не оставил слугам? Зачем надо было уносить с собой? 
— Не знаю… Видимо, случайно вышло. 
— И поэтому хранил его в верхнем ящике, вместе с важными письмами и кинжалом? 
Я даже приоткрываю на мгновение рот, но не нахожу, что ответить. 
— Согласен, это было глупо, — наконец пожимаю плечами я, сдаваясь под напором девушки. — Что ты еще хочешь от меня услышать? 
Ох, не нравится мне то, как Чароит усмехается и хитро щурится все больше и больше. Еще и снова придвигается ближе. 
— А про свое бессилие зачем солгал? 
— Бессилие? — выгибаю бровь, снова не понимая, о чем она говорит. 
— Мне пришлось лечить тебя везде, Кассар. И я все видела… 
Вижу, как щеки Чароит вмиг становятся пунцовыми. Ах ты несносная, неугомонная девчонка… Я лукаво прищуриваюсь, решая, что на этот раз так просто не отступлю. 
— И что же ты видела? 
Не стоит заводить провокационных разговоров, если сама к ним не готова. А судя по реакции Чароит, ее возмущенному взгляду и смущению, которое она пытается скрыть за наигранным гневом, я точно знаю, что подобные темы для нее пока еще запретны и недопустимы. 
— Речь вообще шла не об этом! О чем ты еще мне соврал, везер Кассар хен Демир? — она даже отстраняется, садясь на постели напротив меня и скрещивая руки на груди. Глаза так и горят огнем, и я попросту не могу внутренне этому не умилиться. 
Хотя, разумеется, тема нашего разговора и впрямь очень серьезная. И лучше бы нам ее свернуть, пока не вскрылись по-настоящему неприятные подробности. 
— Ты ведь, кажется, хотела есть? 
— Не уходи от ответа!.. 
— Я прикажу Гилберту приготовить завтрак. А еще я могу устроить тебе встречу с сестрой. Хочешь? 
Мои слова попадают ровно в цель. Будучи все еще возмущенной, Чароит замирает, явно не ожидая от меня такого предложения. Да, я точно знаю, что она мечтала бы увидеть семью, особенно после того, как с ней обошелся ее отец. 
Пользуясь моментом, я подаюсь вперед, склоняясь к девушке и заглядывая ей в глаза. Удивительное дело — тело и впрямь ни капли не болит, а такого со мной никогда не случалось даже после полных обращений. Поддавшись порыву, я зачем-то поднимаю руку и легонько касаюсь пальцами выбившейся пряди волос Чароит, заправляя ее ей за ухо. 
— В традиции алой недели входит так же и посещение своего старого дома в качестве замужней женщины, подарив на счастье талисманы всем незамужним девушкам, что там еще живут, — спокойно и мягко говорю я, наблюдая за сменой эмоций на лице Чароит, — Мы отправимся туда сегодня же. Если ты этого хочешь. 
— Отец мне никогда не позволит, — слегка дрогнувшим голосом отвечает мне она. 
— Теперь я отвечаю за твою жизнь, — чуть более резко, с нажимом заявляю я. — И мне решать, что для тебя позволительно, а что нет. 
Может, мне и не стоило быть таким грубым — но я рассчитываю на то, что мой тон убедит Чароит в том, что ей и впрямь не нужно больше бояться своих родителей. Это срабатывает — весь оставшийся день мы и впрямь не вспоминаем о произошедшей вчера трагедии, не разбираемся, кто и кому в чем соврал, обходим острые углы и даже понемногу приходим в себя. Поздний завтрак постепенно перетекает в обед, а там уже и сборы в дорогу начинаются с моей подачи и указов для Гилберта, чтобы начинал запрягать лошадей в повозку. Чароит упархивает к себе собираться…