Игра в бессмертие (СИ)

Но Кэсс мой тон не поддержала:
— Они хотя бы не рефлексируют…
— Конечно — они же энписи. Самоанализ — прерогатива людей.
— И не меняют свою внешность с интервалом в секунду.
— Вы про свои превращения? — смекнул я. — Про приступы?
Кэсс не ответила, но и так было ясно, что она имела в виду.
А ещё я вдруг понял, что она боится… вероятно, того, что однажды превращения не остановятся. Что её ждёт бесконечность трансформаций, которые хуже смерти. Или что она и впрямь станет неписью… Одной из марионеток, стоящих в Убежище на подставках.
— Но ведь это прекратится, когда мы доберёмся до куклы, — проронил я. — Вы же сами говорили…
— А если мы до неё не доберёмся? — перебила меня Кэсс. — В «Адреуме» мы справились только чудом, разве нет?
Мысленно я признал её правоту, но вслух как можно твёрже сказал:
— Доберёмся, Кэсс… В ВИРТУСе не бывает безвыходных ситуаций. Этим он от реала и отличается.
Она отвернулась, но спорить не стала — хотя вроде хотела. Да я и сам не удержался от каверзной мысли: безвыходные ситуации бывают везде.
Через минуту вернулась Ольга:
— Две новости — и обе плохие.
Сдвинув стул, она села, и я сразу уловил произошедшую с ней перемену: вместо обычной для Ольги стервозности в ней угадывался страх.
— ИНП — фальшивка? — предположил я.
— Не фальшивка, настоящий… — отмахнулась Ольга. — Но информации о владельце в СБВ нет.
— То есть как?..
— Молча. Нет. Совсем.
— И что это значит? — мрачно спросила Кэсс.
— Что он охрененно большая шишка… но вы же это и так знали, да? — Ольга с укором на нас глянула — сначала на Кэсс, потом на меня. — И всё равно притащились ко мне с его авой… Кого прикажете теперь ждать — ФСБ? ФСО? Или киллера, который меня грохнет?
— Ольга, не приукрашивай, — попросил я. — Никаких киллеров к тебе не пришлют.
— Да? Ты так в этом уверен?
— Ну я‑то до сих пор жив… — о случае с дроном я предпочёл умолчать. — А вторая–то новость какая? Ты сказала, их две.
Ольга мрачно усмехнулась:
— Вы его скрытые статы видели? — естественно, имелся в виду Бедуин.
— Скрытые статы?.. — повторила Кэсс.
— Характеристики, недоступные рядовым геймерам, — пояснил я. — Ольга, как бы мы могли их видеть? Они потому и скрытые, что созданы под конкретного игрока. Без его биочипа они не отобразятся, не говоря уж об активации… Мы даже не знали, что они есть.
— О, они есть! — хмыкнула Ольга. — Открылись в дополнительном чарлисте, когда я пробила аватара по базам.
— И?..
Ольга стала загибать пальцы:
— Умение свободно дышать под водой. Термостойкость как у Супермена. Способность остаться невредимым при падении с сотни метров… Короче, полная неуязвимость. Но её может использовать только тот, для кого всё это предназначалось: как ты и сказал, нужен его чип.
Замолчав, Ольга вновь выразительно на нас глянула.
— Но зачем это всё? — тихо проронила Кэсс.
— Кажется, у меня есть версия, — мне кое–что вспомнилось. — Несколько лет назад «ВИРТУС Корпорэйшн» предложила услугу для вип–клиентов: что–то вроде экстремального туризма, но не в реале, а в ВИРТУСе. Катание на акулах, спуск в жерло вулкана, прыжки с вертолёта без парашюта… — уловив удивлённый взгляд Кэсс, я пояснил: — Это предлагалось миллиардерам, которым уже всё приелось… Тем, кто бесится с жиру.
— И специально для них создали вип–аватаров, — дополнила Ольга. — Ограниченный набор спешл–аккаунтов… по слухам, около тысячи. Ваш Бедуин — из их числа, — она встала, будто спеша от нас уйти (и за это её вряд ли можно было винить) — но перед тем, как удалиться, заключила с сарказмом: — Так что вы с ним поосторожней — ведь он мог принадлежать королю Саудовской Аравии.
  
Глава 15
 
После визита к Ольге я вышел в реал, а Кэсс вернулась в Убежище. О том, чтобы сразу отправляться за куклой, нечего было и думать: во–первых, в «Дворге» сейчас ночь, а там в это время творится жесть, во–вторых, следовало выспаться — а иначе от нас толку не будет… Даже геймерам и менторам иногда надо спать.
 
Однако выспаться мне не дали: в полседьмого утра зазвонил смартфон.
Светясь на прикроватной тумбе, он надрывно гудел, пока я выбирался из сна. Оставив попытки его нашарить (моя рука ткнулась в стакан, в бутылку с минералкой, в пустую банку из–под пива и в упаковку со снотворным, но так и не добралась до гаджета), я простонал:
— Кто?..
Встроенный в смартфон искин мой вопрос понял:
— Видеозвонок от абонента «Лоцкий», — любезно ответили женским голосом. — Включить видеосвязь?
Я поморгал, протёр глаза. Развернулся, неуклюже привалившись к подушке. Сонно посмотрел на тумбу.
За каким чёртом Лоцкий звонит мне по видеосвязи, да ещё и в такую рань?..
— Да… — нехотя буркнул я. Затем подумал и добавил: — Выведи его на телик…
— Принято.
Бардак моей спальни озарился экраном. Я мельком подумал, что неплохо бы встать и хотя бы причесаться, но потом плюнул: в конце концов Лоцкий — не нежная барышня… Переживёт.
— Извини, что разбудил, — сказал он прежде, чем я успел возмутиться. — Но кое–что произошло, и я должен был позвонить. Шеф настоял.
Стойко подавив зевок (челюсти так и силились разомкнуться), я заметил позади Лоцкого знакомые окна: ёжась, он стоял на улице, напротив ОМВД по печально известному району Гольяново. В бытность наркополицейским я там бывал.
С меня в один миг слетела сонливость: надо думать, Лоцкий там неспроста.
— В чём дело? — спросил я.
— Нашли машину, на которой сбили Кэсс, — Лоцкий обернулся к зданию, где трудились стражи порядка. — Здесь, в Гольяново, несколько часов назад. «Форд Фиеста» сорок шестого года выпуска.
Это было так неожиданно, что я несколько мгновений не мог взять его слова в толк.
— Как нашли?.. Где?.. В смысле, кто хозяин?
— Какой–то наркоман, — судя по тону, Лоцкий и сам был растерян. — Зашёл на днях в магазин и обчистил кассу. Его взяли… Говорят, личность в округе известная, у них с братом уже пять судимостей на двоих. Проверили их на причастность к ещё нескольким делам, вскрыли гараж, а там — «Фиеста»… Капот смят, ветровое стекло в трещинах. Эксперты сейчас с ней работают.
— Стоп, погоди… — мне вновь пришлось переваривать информацию. — А с чего ты взял, что это тот самый «Форд»? Может, он в дерево врезался?
— В борткомпьютере осталась история маршрутов, — пояснил Лоцкий. — В это трудно поверить, но её не стёрли. И судя по ней, в день гибели Кэсс машина проезжала у её дома, — Лоцкий сделал паузу, а когда убедился, что я его понял (видно, мой помятый вид вызвал сомнения на сей счёт), вконец меня ошеломил: — И ещё нашли тех, кто отключил камеры.
От этой новости я совсем было растерялся, но после недолгих раздумий смекнул:
— Дай угадаю: в тот же день, когда арестовали торчка?
— Почти в тот же, — признал Лоцкий. — С разницей в шесть часов.
Я с мрачной усмешкой покачал головой. Взяв с тумбы стакан, хотел сделать глоток, но воды в нём не осталось. А потянувшись к бутылке, уронил банку из–под пива.
Лоцкий сочувственно взирал на мои героические усилия.
— Тебе самому это странным не показалось? — добравшись–таки до бутылки, я скрутил крышку и смочил горло. — Нарик грабит магазин, его арестовывают, находят машину — и тут же объявляются взломщики камер… кстати, кто они?
— Какая–то группировка… — Лоцкий устало пожал плечами. — Ни то анархисты, ни то антиглобалисты — их сейчас столько развелось…
— И все развлекаются взломом уличных камер, — ехидно вставил я.
— Эти — развлекаются, — подтвердил Лоцкий. — Сопляки с большим талантом, но без мозгов. Таких много…
 
«Да уж, полным–полно, — подумалось мне. — С лихвой хватит для выбора козла отпущения».
— Значит, — догадался я, — Рябову мои услуги больше не нужны?
— Ну ты же и сам всё понимаешь, — продолжая говорить, Лоцкий куда–то зашагал — видимо, к автостоянке, где оставил «Ягуар». — Он хотел знать, кто виноват в смерти Кэсс, а теперь виновник найден. Конечно, надо дождаться итогов экспертизы, но выглядит всё предельно ясно. В знак признательности шеф переведёт тебе половину той суммы, которую ты уже получил. Ещё он просил поблагодарить тебя за работу. Не знаю, успел ли ты к ней приступить, но — спасибо.