Хорошее стало плохим (ЛП)

Таким образом, он говорил, что он мой в той же мере, в какой я его.
Его губы скользнули вниз к моей груди, где он целовал мой левый сосок все меньшими и меньшими кругами. Я запуталась руками в его волосах и прижала его рот к себе.
Я вскрикнула, когда он схватил меня за руку своей крепкой хваткой, в его глазах был собственнический упрек, когда он сказал. — Нет. Ты делаешь либо как я говорю, либо не делаешь никак. Руки за спину, или я свяжу их сам.
На одну короткую головокружительную секунду я подумала о том, чтобы не подчиниться ему, а затем сделала, как он сказал. Вспышка восхищения в его глазах, когда он увидел мою приподнятую грудь, мое добровольное движение, было лучше любого акта преднамеренного неповиновения.
— Я не собираюсь останавливаться. Я не собираюсь проявлять к тебе милосердие. Ты можешь умолять, но меня это не тронет. Я не буду медлить или давать тебе передохнуть, чтобы ты могла отдышаться. Как только я положу руки на твое тело, ты становишься моей игрушкой. И я предупреждаю тебе прямо сейчас, Харли-Роуз, я планирую играть с тобой весь день, пока твои струны не перетрутся и твой тон не станет чертовски резким, исходящим из этого грязного рта. Твоя хорошенькая розовая киска распухнет и закричит, когда я, наконец, вытащу пальцы и вытащу член, и даже тогда, я предупреждаю тебя, я заставлю тебя спать всю ночь с одной из моих игрушек в твоей ноющей киске, так что ты будешь чувствовать меня даже во сне.
Боже, это звучит как сон.
— Трахни меня, — умоляла я его.
Он не ответил, но в этом не было необходимости. Вместо этого он спустил свои серые штаны вниз по бедрам, обнажая свой длинный изогнутый член.
— Ты хочешь его? — насмехался он, сжимая его в кулаке.
— Да, дай мне его.
— Думаешь, ты справишься? — насмехался он, его глаза были темными, дикими.
— Испытай меня, — бросила я вызов.
Затем его член оказался внутри моей киски одним грубым, восхитительным толчком.
— Черт! — я закричала, когда он вышел, а затем врезался обратно, задав жестокий темп, от которого мои груди тряслись, а глаза закатывались на затылок. — Черт.
Одна рука обхватила мою нижнюю часть спины, чтобы приблизить меня, в то время как другая протянулась вверх по моей груди к моему горлу, где она сжалась.
— Принимай меня, — прорычал Дэннер, вбиваясь в меня, сжимая рукой мою шею в такт жестоким ударам своего члена, — И кончи для меня.
Через тридцать секунд я это сделала.
Я взорвалась, куски меня разлетелись во все стороны, взрыв исходил из моей мокрой киски и проходил через все мое тело.
— Да, — простонал Даэнер мне в шею, когда он, наконец, отпустил мое горло и поцеловал его, — А теперь прими мою сперму.
— Да, Лайн, дай ее мне, — я задыхалась, когда почувствовала первый толчок его члена и полученное в результате тепло внутри меня.
Когда мы закончили, он вздохнул, нежно прижимая меня к себе так же, как я видела, он делал это со своей гитарой, нежно, почтительно.
— Как это было, Рози? Ты была для меня такой великолепной хорошей девочкой.
Я вздрогнула от похвалы, от ощущения его члена все еще внутри себя, его твердого потного тела напротив моего.
Это было то, чего я так давно хотела, но реальность была намного прекраснее, чем фантазия. Я чувствовала его землистый запах, ощущала его соленость во рту и чувствовала его тепло между ног. Я чувствовала, насколько он мой.
— Мне понравилось, — выдохнула я тогда, потому что это было так чертовски приятно сказать, я добавила, — Люблю тебя.
Дэннер откинулся назад, чтобы улыбнуться мне в лицо, в то же время раздался громкий стук во входную дверь.
Мы замерли на один долгий миг, словно насекомые, застрявшие в янтаре.
Затем снова раздался стук, на этот раз громче, и он сопровождался голосом Гриза. — Эй, ублюдок, проснись и открой гребаную дверь, здесь жарко, как сиськи стриптизерши.
Мы одновременно вскочили. Дэннер потянулся за ножом, лежащим на прилавке, и быстро перерезал мне стяжки, прежде чем мы разбежались по сторонам, чтобы одеться.
— Шкаф для белья, — прошептал он мне, прежде чем окликнуть, — Да, да, держи себя в трусиках, я иду.
 
— У тебя есть шкаф для белья? — спросила я, прежде чем смогла помочь себе.
Но реально, у моего горячего копа, сексуального байкера под прикрытием, был чертов шкаф для белья? Черт, я даже не знала, что представляло собой белье.
— Просто иди черт туда, — приказал он мягко, но жестко, затем хлестнул меня по руке, когда я отодвинулась, чтобы крепко поцеловать меня в губы, — Молчи и оставайся там, пока я тебя не вытащу.
Я кивнула и бросилась к шкафу на полпути между спальней и гостиной, благодарная за то, что когда я открыла его, рядом с полками было узкое пространство, в которое я могла с относительной легкостью втиснуть свою стройную фигуру.
Через две секунды после того, как я закрыла дверь шкафа, открылась входная, и в зале раздался тяжелый топот мотоциклетных ботинок.
— Хорошо, ты проснулся, — проворчал Гриз.
— Да, брат, хоть ты и стучал, но я бы еще поспал.
— Сегодня у меня дерьмовые дела, нужны все руки на палубе, — пауза, затем недоверчивое, — Ешь детские хлопья?
— Я сладкоежка и люблю остренькое, — признался Дэннер так, что я улыбнулась даже сквозь страх.
— Ну, не возражаешь, если я угощусь, пока ты будешь одеваться? То, что ты какой-то симпатичный мальчик, не означает, что ты можешь просто ходить голым.
— Да, да, Сержант, — сказал Дэннер, — Что за концерт?
— Мы следуем за доставкой травки Падших.
Я почувствовала, как воздух сжимается в моих легких.
— Ты издеваешься надо мной? — спросил Дэннер с легким любопытством, но все же готовый на это.
С ума сойти, как хорошо он играет эту роль.
— Нет, есть сведения, что сегодня вечером несколько парней перегоняют какое-то дерьмо для крупной вечеринки, которую устраивают Красные Драконы. Мы возьмем их. Если эти азиатские ублюдки действительно приложили руку к убийству Крикета, было бы хорошо, если бы Падшие смотрели на них как на сомнительных ублюдков, чтобы отвлечь их от того факта, что мы собираемся ударить их в ближайшее время, когда представится такая возможность.
— А это просто бонус, что в процессе мы получим марихуану класса А.
— Еще бы. И ты знаешь Преза, что угодно, чтобы подколоть большого плохого Зевса Гарро, помнишь?
— Конечно. Дай мне секунду, я оденусь.
Я слышала, как Дэннер прошел мимо, когда он направился в заднюю часть спальни, а затем внимательно прислушался к звукам Гриза, шуршащего в нескольких ящиках, вынюхивающего, потому что в его характере было быть недоверчивым, и потому что он наслаждался любой возможностью найти брата, чтобы он мог отомстить.
Однажды он использовал заминированный автомобиль, чтобы убить брата, которого они подозревали в доносе, и всю его семью, включая их ребенка и собаку.
Я попыталась отрегулировать свое дыхание, когда меня охватила паника, а затем попыталась полностью перестать дышать, когда стук ботинок Гриза приблизился, и внезапно он оказался у дверей шкафа.
Я зажмурила глаза и замерла, но мое сердце бешено колотилось.
— Я готов, — крикнул Дэннер во все горло в коридоре, и ноги, затеняющие щель под дверью, отодвинулись от меня.
Я выпустила медленный, тихий выдох и почувствовала благодарность за то, что не обоссала свои трусики.
— Пошли, — сказал Дэннер, проходя мимо, и хлопнул Гриза по спине.
Я подождала минут пятнадцать после того, как они ушли, пока не выбралась из шкафа и не юркнул обратно в спальню Дэннера. На умывальнике в ванной комнате стоял одноразовый телефон, а на зеркале была написана конденсатом записка, раковина была закрыта пробкой и наполнена горячей водой.
Не говори отцу.
  
Глава 13
 
Я вырядилась в байкерском стиле: длинные волосы, черная подводка для глаз, узкие джинсы с огромными порезами, стратегически расположенные прямо там, где мои ягодицы соприкасаются с бедром, обнажая белые сетчатые колготки, которые я носила под ними, и мои обычные черные армейские ботинки, прежде чем отправиться к Берсеркерам.