Бывшие. Ты бросил нас (СИ)

Я обошел ее отца, его охранников и направился к дому бывшей.
42 глава
Марина
Пока мы летели к дому этой сучки, у меня все трусилось внутри. Я сжимала край сиденья, чтобы Саша не видел, как дрожат мои руки.
Стоило мне услышать, что мой ребенок у какой-то сумасшедшей бабы и она хочет его убить, я вспомнила все молитвы и про себя их повторяла сотни раз.
Мне хотелось реветь навзрыд, но я сдерживала свои слезы. Лишь бы мы доехали, и я увидела своего сына живым.
  
Пусть у него будет хоть пять крыс, лишь бы он был живой. Слезы все равно застилали мне глаза, но я быстро моргала, чтобы смотреть вперед.
Я даже не знаю сколько прошло времени, но мне казалось, что это мучительно долго. Впереди я увидела полицейские машины, какой-то большой темный джип и высокого мужчину, который возле него стоял и смотрел на нашу машину. Саша быстро вышел и пошел к нему.
— Парамонов, если с моей дочерью что-то случится, то я тебя в порошок сотру, — прорычал незнакомец.
Я внутренне готова была вцепиться в горло этого мужика, расцарапать ему лицо, если он не пустит моего мужа туда, где мой сын.
Саша что-то ему ответил и обошел его. Он не стал препятствовать нам, провел рукой по волосам и пошел вслед.
Во двор были открыты ворота, видимо она собиралась выезжать и их заблокировали, я увидела большой торчащий лом у края. Вдоль входа несколько полицейских машин, которые окружили дом. Люди в форме были вооружены и стояли возле машин. Они все смотрели внутрь двора.
Я подошла ближе и увидела, как какая-то худенькая черноволосая девушка стоит на крыльце и держит моего сына. Я готова была кинуться туда, но меня схватили за руки.
— Пустите, — начала вырываться я, — Это мой сын.
— Стойте спокойно, — проговорил мне на ухо незнакомый мужчина, — у его горла нож и любое движение может привести к гибели ребенка. Мы ведем переговоры, чтобы она отпустила его.
— Нет, — прохрипела я, сжала дверку машины и слезу полились из моих глаз.
— Скорую пришлите по адресу улица Лесная, дом пять, — сказал за моей спиной Майкл, — Под мою ответственность. Да, я тут. Хорошо. Жду машину.
Я повернулась в его сторону, он кивнул и сжал мое плечо:
— Марина, все будет хорошо.
Я сжала губы, вытерла тыльной стороной ладони слезы и смотрела на то, что происходит. Саша подошел к крайнему полицейскому и о чем-то разговаривал с ним.
— Убирайтесь все, — закричала Анжелика.
Губы я уже искусала в кровь, сердце мое готово было разорваться на части оттого, что я видела. Руки мои сжимали дверку машину и мне казалось, что я ее сейчас оторву. Я хотела побежать туда, чтобы закрыть собой ребенка, чтобы схватить это лезвие руками и не дать этой суке что-либо ему сделать, но крепкая мужская рука держала меня за локоть и не отпускала ни на миг.
— Что же вы ничего ни делаете? — обратилась я к полицейскому, — Спасите моего ребенка, убейте эту тварь.
— Даже не думайте. Если вы ее тронете, то я всех уволю. Работать дворниками будете. В тюрьму у меня сядете, — прогремело у меня над ухом.
Я повернулась и посмотрела на него с ненавистью.
— Я сама ее убью, если она тронет моего ребенка, — проговорила я незнакомцу, — Мне плевать будет, что вы со мной сделаете. Но дочери вашей не жить после того, что она сделала.
Он посмотрел на меня темным взглядом, но ничего не сказал.
— Мы сзади дома, — раздалось по рации.
Я вздохнула и смотрела на то, что творился. Сердце мое билось о грудную клетку, а голова уже раскалывалась от всей этой ситуации.
Бывший муж о чем-то говорил с полицейскими, но они его не пускали.
— Анжелика, я тут! — крикнул он ей, — Отпусти Андрея, прошу тебя. Я готов остаться с тобой вместо него.
— Это хорошо, что ты приехал. Завтра мы с тобой поженимся, любимый.
Я видела, как Саша, что-то сказал парням в форме, и они его пропустили к дому. Он выставил руки вперед и медленно пошел по дорожке.
— Александр, зачем ты приехал, ведь я ждала тебя завтра. Я не успела нарядиться, накраситься. А я хочу, чтобы ты видел меня только красивой.
— Ты и так прекрасна!
Она засмеялась:
— Ты мне льстишь! Скажи, что любишь меня!
Саша молчал, я видела, как он остановился, вздохнул и поднял голову:
— Я люблю тебя!
— Это неправда! Я не верю тебе! Ты приехал, чтобы спасти мальчишку!
Она сжала воротник Андрея, и он пошатнулся. Мое сердце пропустило удар, и я рванула туда, но мужская рука сжала меня сильнее, и я упала грудью на капот машины.
— Отпустите меня, там мой сын, — закричала я.
— Ты привез эту сучку с собой!
— Мама! — закричал Андрей и дернулся ко мне.
В следующую секунду крысеныш выскочил из-за пазухи и впился зубами в руку Анжелики, она завизжала и начала трясти рукой.
Сын схватил Мухомора и кинулся к Александру, тот сжал его в объятьях. В этот момент эта сумасшедшая кинулась с ножом к ним и замахнулась. Это было, как в замедленной съемке.
Я рванула вперед и меня выпустили из рук. Обежала машину и увидела, как Александр, толкает сына в сторону и делает шаг ей навстречу, закрывая собой ребенка. Она втыкает нож в него. Я увидела ее глаза, полные ужаса. Она стояла очень близко к нему и смотрела на него.
Мне казалось, что я оглохла. Я кричала, а голоса своего не слышала. Я подлетела к Андрею, который упал на газон, упала на колени и сжала его в объятьях.
От дома к нам бежали мужчины в форме, а Саша падал на спину.
Анжелика осталась стоять с ножом в руках, с которого стекала кровь. Она смотрела на моего мужа с широко открытыми глазами что-то кричала, но я этого не слышала.
43 глава
Полицейский толкнул меня в спину, мы упали с ребенком на землю. Он закрыл нас собой. Майкл упал на колени рядом с моим бывшим мужем. Я видела, что глаза у него закрыты, а из груди течет кровь.
Мне казалось, что происходит какое-то кино и все это сон. У девушки выбили нож, повалили ее на землю. А возле мужа появились врачи в халате. Я сжимала своего ребенка и боялась его выпустить из рук. Постоянно целовала макушку и смотрела на Сашу.
Майкл зажал рану на груди и командовал, чтобы принесли носилки. Он приподнял ему веки и посмотрел в глаза.
— Едем быстро.
— Мам, поехали с папой.
Я оторвала ребенка от груди и посмотрела ему в глаза. Слезы лились по щекам. Я кивнула, и только потом до меня дошло сознание, что он знает: кто его отец.
— Откуда ты знаешь?
Он улыбнулся мне:
— Я давно знаю, просто тебе не говорил. Хотел, чтобы вы были вместе.
Я сжала ребенка в объятьях и расплакалась. К нам подошел врач:
— С вами все в порядке?
Я отпустила сына и принялась его осматривать. Руки, лицо — все было цело. На шее была небольшая царапина.
— Сынок, что у тебя болит?
— Мам, у меня ничего не болит. Поехали за папой, пожалуйста.
Сашу как раз положили на носилки и быстро повезли со двора. Я смотрела на все это, как на страшный сон. Девушку заковали в наручники, подняли с земли. Она начала верещать, что она любит его и не хотела убивать. Высокий мужчина пытался ее успокоить и шел рядом с ней.
Полицейские повели ее к своей машине. Двор наполнился мужчинами в форме, они что-то писали, осматривали. Кто-то пошел в дом, кто-то фотографировал следы крови на плитке. Мы продолжали сидеть на земле в каком-то оцепенении.
Доктор наклонился ко мне и провел вонючей ваткой у носа. Я зажмурилась и отвернулась.
— Марина Владимировна, нам нужно записать ваши показания, — обратился ко мне мужчина в форме.
Я кивнула, он подал мне руку и повел нас к машине.
Вокруг столпилась куча людей. Я не понимала, откуда они взялись. Какие-то люди нас сфотографировали, как раз перед тем, как мы сели в машину. Скорее всего, это были журналисты. Одна скорая уже уехали, и здесь стояла вторая машина.
— Мама, поехали к папе, — повторил Андрей.
— Вы нас можете отвезти в больницу, куда отвезли Сашу? — спросила я полицейского.