Драго. Том 2 (СИ)

Легким жестом итальянец заставил вспыхнуть отсветом территории Европейского Союза, привлекая к ним внимание.
– Вы спрашивали, кто такие мы. «Мы» – это Старая Европа, которая со времен Древнего Рима является центром цивилизации. Мы – это Европейский союз, который уже давно готов согласиться на нероманский – русский или английский язык, в качестве языка официальных документов. Конечно, на мой вкус французский для этого подходит гораздо больше. Тем более что во времена оные и русская, и английская знать гораздо лучше разговаривала на французском, чем на русском и на английском, – вдруг улыбнулся герцог. – Но Трансатлантическое содружество обречено на поражение. Даже без Салемской трагедии французы и испанцы не имели шансов на успех, их стратегия предполагала игру вдолгую – на что у них сейчас просто нет времени. Война уже на пороге. Но мы, жители старого мира, не желаем участвовать в большой войне. Мы уже давно отошли в сторону, ожидая торжественного объявления победителя. Мы находились в готовности аплодировать и кидать шапки вверх на параде – вне зависимости от того, русская или британская гвардия будет снова входить в Париж. В случае прямого конфликта Британии и России у нас сохранялась бы эта возможность, с возвышением же Трансатлантического содружества Европа вновь станет полем битвы, а это неприемлемый для нас вариант.
При этом лидеры атлантов прекрасно понимают и то, что по количеству одаренных в грядущем и неминуемом конфликте преимущество будет не на их стороне. Дети же законодательно разрешенной ими полигамии просто не успеют вырасти. Вот только это понимание их не остановит – у Антанты во время Великой войны одаренных не было вовсе. И сейчас атланты всерьез готовятся к грядущей войне, делая ставку отнюдь не на владеющих стихийной силой. Тем более что одаренных не тау уж и много – Стихийный пакт ограничил численность владеющих даром, но ни одна из стран пока даже близко не подошли к границе.
– Да, одаренных почти три миллиона, но сколько готовы выйти на поля сражений? При этом среди готовых к бою в большинстве сейчас именно клановая аристократия, которая личные интересы ставит выше государственных. И если атланты предложат клановой знати послабления и большие свободы, кто знает, к чему это приведет?
– Кроме этого, у атлантов есть один вариант попробовать как минимум уравнять шансы. Что будет, если большая часть корпораций получит предложение стать равноправными субъектами Трансатлантического содружества? Ведь видя подготовку атлантов к грядущей войне, для нас не менее очевидно, что их кажущиеся свободы, с введением той же полигамии, которая сейчас у всех на устах, скоро сменятся стерильным фашизмом – абсолютно всему нашему миру грозит стать территорией, находящейся вне юрисдикции Организации Объединенных Наций. Трансатлантическое содружество – слишком разнородное образование. И в случае победы во Второй мировой войне в содружестве есть только один претендент, на то, чтобы его возглавить – потери остальных членов будут слишком сильны. Да-да, речь именно о корпоративной Гидре. Мы по итогу выигранной атлантами войны можем получить весь мир – как один большой протекторат. Киберфеодализм под красивой вывеской торжества свобод. Liberté, Égalité, Fraternité – однажды это все уже было, когда Францию заполонили и едва не ввергли в пучину катастрофы свои же собственные внутренние варвары.
– Киберфеодализм, значит? – переспросил я.
– Киберфеодализм, – подтвердил герцог.
– У вас есть чувство слова, – не смог удержаться я.
– Прямо сейчас нам грозит Вторая мировая война, – не обратил на мой комплимент внимания Медичи. – Война в самом сердце Европы, и скорее всего это будет война на уничтожение. И кто бы не победил в грядущей сватке, это будет Пиррова победа. Тем более что развитие техники, генетики и биоинженерии уже привело к тому, что простые, рядовые солдаты корпоративных армий уже по силе сравнимы с одаренными третьего золотого ранга. А необычные, нерядовые солдаты имеют потенциал много выше. Вам ли после установки тринадцатого протокола этого не знать…
 
В ответ на внимательный вопросительный взгляд герцога я только кивнул.
– Забрав себе силу и власть над миром, одаренные почему-то решили, что кроме горстки одержимых у них не будет достойных противников в ближайшем будущем. Владеющие даром были усыплены осознанием своей силы, и не заметили противника, которого сами же и вырастили – Гидру корпораций. И борьба с этим противником – это уже вопрос жизни и смерти нашего мира, а также привычного нам порядка. При этом тем, кто понимает грозящую опасность, пока даже не по кому бить. Гидра уже выпущена, но у нее много голов. Кроме того, пока она управляется именно одаренными, и действует, в большинстве, в интересах одаренных.
Грядущая война, после состоявшегося прорыва демонов, это вопрос уже не послезавтрашнего, а завтрашнего дня. И этот вопрос – вопрос жизни и смерти нашего мира и старого порядка. Именно поэтому полгода назад я разговаривал с наследниками двух империй, как с будущими правителями этого мира. Тогда мы с ними обсудили и подписали трехстороннее соглашение о сотрудничестве.
Герцог даже дыхание перевел.
– С наследниками двух могущественных империй, стоящих за сохранение старого порядка, мы, старая европейская аристократия, подписали Темный пакт. А в это же самое время, когда с наследниками русской и британской империй я обсуждал положения Темного Пакта, в окрестностях Замковой горы Себеж, во Псковской губернии, свои подписи под Восточным пактом поставили князь Юсупов, князь Разумовский и миланский герцог Франческо Бальтазар Сфорца.
Произнесенное имя заставило меня вздрогнуть. Вот и привет от Баала.
– Герцог Сфорца, первый одаренный кондотьер, известный под позывным «Баал», он же глава Лиги Севера, – пояснил Медичи, заметивший, но неправильно истолковавший мое волнение. Приняв его, видимо, за непонимание.
– Это были последние подписи под Восточным пактом, который на тот момент уже ратифицировали Французская Республика, Моравия, Силезия, Гасконь, Лига Севера, Речь Посполитая, а также главы восьми из десяти влиятельнейших корпораций Европы. За исключением…
– За исключением?
– За исключением двух – корпораций СМТ и Nkr.com.
– Эти две корпорации, которые контролирует старая французская аристократия той самой Старой Европы?
– Именно так. План, который предполагался герцогом Сфорца по Восточному пакту, к счастью, не сработал. И прорыв демонов, который должен был послужить катализатором к началу Второй мировой войны, не состоялся. Но… ничего еще не закончилось, все только начинается.
– Начинается что? – спросил я, воспользовавшись небольшой паузой.
Сразу после этого вопроса меня вновь потянуло во временной водоворот, швырнув назад на несколько секунд.
– …и прорыв демонов, который должен был послужить катализатором к началу Второй мировой войны, не состоялся. Но… ничего еще не закончилось, все только начинается.
Короткая пауза, в которую свой вопрос в этот раз я не задал.
– Нам, Старой Европе, безразлично на каком языке будут печатать официальные документы – на русском или английском. Но, прежде чем русские и британцы станут решать, кто именно будет править этим миром, для начала нужно попробовать наш мир сохранить. Я прибыл сюда для того, чтобы обсудить это с вами, и предложить подписать трехстороннее соглашение о сотрудничестве вместо цесаревича Алексея. Вы, молодой человек, согласны выслушать и обсудить условия, которые мы – Старая Европа, предлагаем вам – как одному из будущих глав титанов, для совместной борьбы против атлантов? Согласны ли вы обсудить путь сохранения нашего мира, обсудить… условия Темного пакта?
 
– Согласен, – кивнул я.
И сразу после этих моих слов меня вновь затянуло во временном водовороте, возвращая на недавно пройденный виток спирали.
– Но… ничего еще не закончилось, все только начинается, – услышал я слова Медичи, вновь вернувшись в собственное тело в роли статиста.