Пока ты видишь меня

– Хён, что ты там делаешь?
Ко мне приближался Чхоль, который, похоже, наконец закончил осматривать сувениры. Взгляд Ли Чонуна переместился, как будто он видел не только меня, но и моего друга. Я ясно представил, какой шум поднимет Чхоль, называя это помощью, если они вдруг столкнутся. Нужно скорее уйти отсюда. Я полностью проигнорировал Ли Чонуна, который внимательно наблюдал за мной, быстро подошел к Чхолю и схватил его за плечо.
– Я еще не всю работу закончил.
– Что? Только что же говорил, что всю. Ну и где твоя внимательность? Ладно, идем работать.
Чхоль щелкнул языком и как следует надвинул на глаза черные солнцезащитные очки.
– Очки от солнца ночью… – пробормотал Ли Чонун, но, к счастью, Чхоль его не услышал.
Я схватил его под руку и быстро двинулся вперед. Мне не хотелось усложнять ситуацию еще больше. Уже тогда она была непростой…
Идя по тихой улице Инсадон, я поглядел на облака, закрывающие луну, и глубоко вздохнул.
4
Тогда точно был сезон дождей. На улице лило как из ведра, и воздух был влажным до омерзения. Конечно, я, жнец, который этого не чувствовал, не мог понять дискомфорта людей. Я лишь ощущал, что они стали более нервными, чем обычно. В библиотеке, где работал кондиционер, прогоняя влажный воздух, царила весьма тихая и умиротворенная атмосфера. Там я впервые встретил пятнадцатилетнего Ли Чонуна. Несмотря на то что в это время должен был находиться в школе, этот паренек в своей потрепанной форме сидел в углу читального зала.
Он безразлично сидел там и, когда мимо него проходили люди, вздрагивал, по возможности стараясь не попадаться на глаза. Ли Чонун бродил в секции, где располагались книги о животных. Иногда он вытаскивал что-нибудь о домашних питомцах и пролистывал несколько страниц.
Его жизненный путь лишь начинался, а значит, впереди у него еще долгая жизнь. Я, не раздумывая, прошел мимо него, но он, заметив меня, отошел.
Он что, может видеть меня? На всякий случай я сделал шаг назад и поравнялся с парнем, а он, обливаясь холодным потом, снова отошел, но уже в соседнюю секцию. Похоже, видит. Но почему так боится? Может, он чувствителен к особой энергии жнецов? Изредка мне такие встречались. Существа из мира живых, способные ощущать иные сущности.
Я, посчитав, что и этот парень как раз из таких, обошел полки с книгами по гуманитарным наукам и психологии. Если какие-то среди них были посвящены депрессии или самоубийству, я вставлял туда визитную карточку консультанта по этим вопросам или проверял, остались ли те, что я вложил в прошлом. Исчезло около двух визиток, поэтому я положил оставшиеся между книжными полками и вышел из этой секции. Когда я обернулся, увидел, что парень держал в руках книгу о кошках.
Примерно через три дня я снова пришел в библиотеку, но его там не обнаружил. Еще отсутствовали все визитки, которые я вставил в книги. Кто-то решил так пошутить? Или же ему настолько тяжело жить? Поскольку жаловаться мне было некому, я тихо вложил новые визитки. Эти карточки распространялись центрами по предотвращению самоубийств, которыми заведовали люди, и имели симпатичные шрифты и дизайн. На них были перечислены признаки склонности к самоубийству, меры профилактики, а также указан телефон службы помощи.
Не знаю, насколько это поможет, но, по крайней мере, это лучше, чем если бы советы раздавал жнец, не являющийся человеком.
К счастью, когда я выходил из библиотеки, дождь уже стих. Светило яркое солнце, и в то же время накрапывал небольшой дождь – именно про такую погоду говорят, что она идеальна для женитьбы тигра.
– Ой, котик, – пробормотала идущая по улице женщина с радужным зонтиком.
На библиотечной клумбе застыл в оборонительной стойке кот. А перед ним стоял Ли Чонун в потрепанной школьной форме. В руках у мальчика был небольшой пакетик с анчоусами.
Похоже, он любит животных. Я молча наблюдал за этой сценой, вспоминая о книгах, которые он листал. Кот не ослаблял своей оборонительной стойки, поэтому в конце концов парень оставил пакетик с анчоусами рядом и ушел. Когда человек исчез, кот постепенно расслабился и постучал по пакетику лапкой, а затем начал жевать кусочек за кусочком. Значит, коты едят анчоусы. Я никогда особо не интересовался животными, поэтому было удивительно смотреть, как он ест сырые анчоусы. Через несколько минут я понял, что наблюдаю не один.
  
Мальчик не ушел далеко. Он спрятался за угол здания, продолжая глядеть на кота. А еще пристально смотрел полными любопытства глазами на меня, наблюдавшего за котом. Вот же неприятность. Делая вид, что не замечаю взгляда ребенка, я совершенно естественно скрылся в толпе.
В библиотеке мы встретились еще несколько раз. Визитки всегда исчезали, а парень вместо того, чтобы ходить в школу, бродил между полками. Прошло меньше месяца. Для меня это всего лишь миг, но даже его хватило, чтобы забыть об этом ребенке среди бесчисленного множества других людей.
В том году сезон дождей продолжался необычайно долго. Даже в новостях передавали репортажи о наводнениях, пострадавших от них в каждом регионе и о мероприятиях по сбору средств для помощи.
Кто вы такой?
Когда я, как обычно, открыл книгу о самоубийствах, то увидел там записку с этим вопросом. Кто вообще выбрасывает мусор в книгу? Я скомкал записку, сунул ее в карман и положил на ее место визитку. Но стоило мне открыть книгу о депрессии, как я понял, что у записки есть получатель.
Вы точно человек?
Вопрос был адресован мне. Эту записку я тоже вынул, но сминать не стал. Вложив на ее место визитку, я медленно оглядел библиотеку. Он обратился ко мне на «вы». Для большинства людей я выгляжу не старше чем на двадцать с хвостиком. Если не приглядываться, вообще трудно угадать возраст, поскольку моя внешность не видна четко. В таком случае высока вероятность, что это написал подросток. А он здесь один.
Почему-то сегодня я не видел Ли Чонуна, мальчика в школьной форме, бродящего в одиночестве по библиотеке. Может, завтра придет? Мне пришлось уйти из библиотеки выполнять свои обязанности, и все же я заглядывал туда снова, несмотря на занятость. И на следующий день, и потом… Но мальчик не появлялся, а визитки не исчезали.
Раньше он приходил в библиотеку каждый день, а теперь не появлялся аж целую неделю. Лишь когда сезон дождей подходил к концу и на улице еще моросил летний дождик, я снова смог украдкой его увидеть. Почему-то он казался несколько мрачным, подобно жаркому зною, поднимающемуся от асфальта, подобно колышущейся на улице влаге. Он больше не был одет в школьную форму. На нем была белая футболка, синие джинсы и белая повязка на запястье. Только тогда я понял, что он не был излишне чувствительным человеком, а просто решил покончить жизнь самоубийством.
Нужно ему помешать. Я просто подошел к пареньку так, словно выполнял какую-то незначительную работу. Тогда я еще не знал, что мой выбор приведет меня к трудностям, с которыми я, будучи жнецом, не должен был столкнуться.
* * *
– Как же громко кричит ворон, ну правда же.
Долгий крик ворона на рассвете, когда солнце еще только всходило, заставил Чхоля поморщиться.
– Похоже, и сегодня кто-то умирает. – Несмотря на холодный тон, в его словах слышалась искренность.
– Так они же каждый день умирают, – сказал я, подражая его тону.
Мы шли по Чонно, району, за который я отвечал, словно совершая утреннюю прогулку. Возможно, из-за того, что поблизости было много баров, время от времени на углах домов можно было увидеть человеческую рвоту. Повсюду валялись бутылки от соджу и мусор, но самих людей почти не было. Никого, кроме бездомного, который медленно брел по улице в это утро выходного дня.
– Кстати, давненько я не бывал в Чонмё. Раз уж мы туда идем, может, зайдем и во дворец Чхандоккун?
– С него и начнем. Он еще не открыт, так что войдем с помощью силы жнецов.
– Что? Надо пользоваться своей силой прямо с утречка?