"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Принц вспыхнул. Впился взглядом. Губы сжались в тонкую линию.
— Ах вот как, — процедил Эрик. — Ладно. Хорошо. Поцелуй, так поцелуй.
Не успела опомниться, как огненный монстр оказался рядом. Навис, прожигая взглядом… А потом, так же неожиданно клюнул в губы и отступил.
Чёрт.
— Эрик, это не поцелуй. Это издевательство, — тихо сказала я.
Снова бровь заломил. Стоит весь такой холодный, чужой… Прям так и хочется развернуться и уйти. Но я же… я же решила сражаться до конца.
— Эрик, я хочу настоящий поцелуй.
— Что значит «настоящий»?
— То и значит.
Продолжать препирательства Эрик не стал. Подошел, жестко притянул к себе и впился в губы. Я честно попыталась расслабиться и получить удовольствие, но красноволосый совсем с катушек слетел. Он не целовал, а засасывал, как промышленный насос и его язык… Фу! Просто фу! Едва ли не до пищевода дополз!
Я упиралась в мускулистую грудь ладошками, пыталась вырваться, но Эрик отпустил лишь после того, как ногой по колену заехала.
— Псих! — выпалила я. Не скрываясь, вытерла рот ладонью.
Эрик с той же брезгливостью повторил мой жест и сложил руки на груди.
— Ну что, довольна? — в его голосе звучала даже не неприязнь, а самая настоящая ненависть.
Я не выдержала.
— Да пошел ты знаешь куда?
— Куда?
Я не ответила. Рыкнула, круто развернулась и направилась к выходу.
Боже, ну почему я такая дура? Ведь с самого начала было ясно, что я ему не нужна! Зачем я лелеяла в глубине души надежду, что этот упрямый огненный монстр снизойдёт до настоящего поцелуя? Зачем надеялась, что после этого поцелуя буду вспоминать Фаргос с нежностью и смогу просто жить дальше?
И так больно стало, и так грустно, что просто не смогла смолчать. Остановилась на пороге спальни, повернулась и сказала:
— Знаешь, а вот теперь я даже рада, что не помню ту ночь. Если ты вот так целуешься, то всё остальное даже вообразить страшно.
Скрежет зубов слышала отчётливо, но меня ненависть огненного наследника уже не волновала. Уверенная, сильная и… безумно несчастная, я помчалась прочь.
Я вцепилась в ручку двери, как клещ в собачий хвост. Дёрнула. Потом дёрнула сильней, потому что дверь открыться не пожелала. Тут до меня дошло — замок-то магический, лишенцам не поддаётся.
«Верез! — мысленно крикнула я. — Верез, пожалуйста, открой этот проклятый замок!»
«Не могу,» — отозвался тот, кто сроднился с моей личностью.
«Почему?!»
«Потому что Эрик его заблокировал.»
«Как заблокировал?!» — беззвучно выпалила я, но ответа дожидаться не стала.
Развернулась, готовая пойти и выбить из огненного гада право выйти на свободу. Вот только мчаться в спальню не пришлось. Эрик стоял в двух шагах. Спокойный-спокойный… только ноздри раздуваются и желваки по щекам ездят.
Я инстинктивно попятилась, вжалась спиной в деревянную створку.
— Выпусти меня немедленно, — хотела казаться смелой, но голос-предатель дрогнул.
Эрик не ответил. Сделал ещё один шаг навстречу.
— Выпусти меня, — повторила уже уверенней, хотя уверенности как раз не осталось.
Ещё шаг. Ладони разъярённого наследника упёрлись в дверь, а его глаза оказались так близко, что я не выдержала и зажмурилась. А ещё от него исходило тепло и я, вопреки логике, ощутила невероятное влечение. Безумно хотелось обвить его шею руками, прижаться, почувствовать этот жар, ощутить на губах настоящий, а не издевательский поцелуй. Я ведь знаю, я уверена, что он… он не такой жестокий.
— Посмотри на меня, — хрипло прошептал красноволосый.
Я повиновалась. Глаза Эрика по-прежнему горели углями, а в лице было нечто странное. Как будто жажда, причём непреодолимая.
— А теперь, — прошептало высочество, наклоняясь к губам, — замри.
И я замерла. Я не могла ослушаться этого приказа, потому что в нём была магия. Не та, которую поминают в любовной лирике, а самая обычная, парализующая…
Губы огненного монстра коснулись моих. Мягко, осторожно. Словно, несмотря на применённое заклинание, Эрик боялся обидеть и спугнуть.
— Значит, рада, что не помнишь? — голос принца был едва слышен.
 
И он снова поцеловал. Нежно-нежно.
Я никогда не испытывала настолько противоречивых чувств. Мне хотелось ответить на поцелуй, раствориться в нём, утонуть… а ещё очень хотелось наградить кое-кого полновесной, звонкой пощечиной. Как он посмел? Как додумался применить ко мне это заклинание?!
— Ты рада, — прошептал монстр. — Ты так рада…
Ладонь правой руки охватил жар. Я ощутила лёгкое покалывание, следом в сознании раздался жалобный стон Вереза. Принц медленно стянул с пальца кольцо.
— Могущественная ты моя, — выдохнуло высочество. — Всесильная!
Целовать он перестал, но нависал по-прежнему. Глаза светились алым.
— Ты так рада, что всё забыла… — не унимался Эрик. — Ты так счастлива, что не упускаешь ни одного случая поиздеваться над глупым, доверчивым принцем и его… забавным королевством.
Да кто над кем издевается!
— Жестокая, — выдохнул наследник. — Жестокая колдунья!
Способность двигаться вернулась так внезапно, что я не сразу поверила. Во мне же, как и раньше, сражались два желания, и я по-прежнему не знала, чего хочу сильней — обнять или придушить.
— Пусти меня, — тихо сказала я.
Красноволосый не ответил.
— Пусти…
И снова тишина.
— Эрик!
Рот закрыли поцелуем, причём таким, что я даже злиться перестала. На мгновенье, но всё-таки.
Рука огненного монстра скользнула на талию, меня отодрали от двери и прижали к себе. Ладони второй раз за вечер упёрлись в могучую грудь и попытались оттолкнуть венценосного гада. Не пустил и снова поцеловал — уверенно, властно. Вопреки здравому смыслу, я начала таять, но гордости, чтобы сдержаться и не ответить на поцелуй — хватило. Зато ноги начали подгибаться, в груди вспыхнул пожар.
— Ты рада, — прошептал красноволосый.
Чёрт! Ну чего он заладил! Не рада я! Я, я… совсем не рада!
Эрик подхватил на руки и стремительно направился в спальню.
— Эрик!
Меня проигнорировали.
— Эрик верни кольцо!
— Обязательно верну, — хрипло прошептал наследник. — Вот только объясню одной колдунье кое-что… важное, и сразу верну.
— Что объяснишь? — мяукнула я.
— Всё!
Принц не сделал ничего особенного, но свет в спальне вдруг погас, только настенные бра у кровати продолжали отгонять тьму. Собственно, к этой самой кровати меня и отнесли, бережно опустили на расшитое золотом покрывало.
Я даже злиться перестала. Почти.
Едва он отстранился — села.
— Эрик…
Красноволосый тоже сел, но на край кровати, и начал стягивать сапоги. После избавился от рубашки. Я невольно сглотнула, отмечая, что тело у их высочества, в отличие от характера, идеально.
— Эрик. Перестань, — сказала тихо, без злости.
Повернулся, пристально взглянул в глаза, шепнул хрипло:
— Замри!
И я снова застыла.
Чёрт! Эрик!
Принц поднялся. Стремительно обошел кровать. Матрас прогнулся, спину овеяло жаром. Одна рука нахально обвила талию, вторая куда более нахально погладила по спине. Как раз в районе шнуровки…
— Пока буду разбираться с этим проклятым корсажем, — пошептал Эрик, — подумай ещё раз… Что ты чувствуешь, зная, что просто взяла и забыла нашу первую ночь?
Мне стыдно! Стыдно и очень-очень обидно! До чёртиков!
Губы Эрика коснулись шеи, обожгли. По телу пробежала волна дрожи. Если б не заклинание, я бы изогнулась и застонала. Чёрт, хорошо, что Эрик обездвижил — так хотя бы не выдам себя… Я пришла получить поцелуй и только, о том, как сильно хочу всего остального ему знать не положено.
— Что ты думаешь о моём королевстве…
Ничего. Я вообще о нём не думаю!
— Что ты думаешь о моих подданных?
Распустились они. В смысле — аристократия распустилась.
Чёрт… Шнуровка корсажа ослабла, ткань платья поползла вниз. Вот гад! Да как он смеет! Я же… я же… я даже возразить не могу!