"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Боги услышали…
— Настя… — тихо позвал он. Приподнял, обнял неподвижное тело.
С пальцев потекло синеватое свечение, окутывая и согревая.
— Настя, Настенька…
Её ресницы дрожали, по щекам по-прежнему бежали слёзы.
— Настенька… Колдунья моя…
Эрик коснулся губами щеки, в искреннем желании осушить эти слёзы, забрать боль, которая бьётся в её груди, защитить, успокоить.
— Настенька…
Он прижался щекой к пылающему лбу и обмер.
Нет, это за гранью разумного! Так не бывает! Невозможно!
Эрик попытался поймать ощущение вновь, но без толку. Заклинание уже прозвучало и подействовало. Вспышка магии внутри неё, внутри Насти.
Отряд сопровождения уже подъехал, карета тоже на подходе. Кардер, оставшись без лошади, заставил спешиться Крила, так что примчался первым.
— Это ты её усыпил? — тихо спросил блондин.
В сущности, вопрос глупый — ведь других магов по близости нет. Но Кардер не зря являлся главой тайной канцелярии. Как любой шпион отличался очень хорошей интуицией.
Врать Эрик не стал.
— Нет. Не я. Заклинание возникло… внутри неё.
Блондин застыл, а спустя минуту спросил недоверчиво:
— Шутишь?
— Нет. Нет, Кардер, не шучу. С Настей творится что-то куда более странное, чем мы предполагали.
Принц бросил взгляд через плечо. Тёмная громадина кареты приближалась медленно, лошади шли шагом.
— Сколько до постоялого двора? — хмуро спросил красноволосый.
— Час-полтора, — отозвался Кардер. Но до портала перехода ближе, лучше доехать до замка герцога Фарриана, как и планировали…
— Нет. На постоялый двор, — скомандовал принц.
Сейчас оспорить приказ огненного наследника не решился бы даже король.
Хозяин маленького постоялого двора, примостившегося на краю деревни, проснулся от требовательного стука в дверь. Удивился безмерно: большинство его клиентов — торговцы, а они по ночи не ездят. Да и ворота, кажется, запирал…
Он зажег светильник, подхватил топор, велел жене, чтоб будила детей и была настороже. И лишь после этого спустился на первый этаж, крикнул грозно:
— Эт кого Бесы принесли?
— Тайная канцелярия! — отозвался голос. И по тону стало ясно — а ведь действительно…
Хозяин не растерялся, наоборот — подобрался весь, нахмурился. Хотел спросить зачем пришли — врагов-то в доме нет! Да не успел.
— Открывай, — проорал голос. — Не то дверь вышибу!
«Ворота! — в ужасе подумал хозяин. — Неужто они ворота снесли!»
Спешно снял засовы, распахнул дверь и застыл с открытым ртом. Перед ним стоял не кто-нибудь, а глава тайной канцелярии — в Фаргосе его даже собаки в лицо знают. Но не это главное… Дверной проём был широк, так что хозяин отчётливо видел двор. Ворота запирали двое плечистых мужчин, а посреди двора стояла освещённая магическими огнями карета. И всё бы ничего, вот только гербы на ней королевские.
— Свободные комнаты есть? — хмуро вопросил Кардер.
— Сейчас! Сейчас всё сделаем, — отозвался хозяин. Бросил ещё один взгляд на карету и не смог сдвинуться с места, потому что из неё вышел кронпринц. Да не один, с дамой… на руках. Хозяин аж присел.
В народе нравы кронпринца знали даже лучше, чем законы и цены на зерно. Ни одна бабья, да и мужицкая, посиделка не обходилась без обмывания костей будущего короля. А так как в вопросах политики, светской жизни, военного и магического искусств, принц был безупречен, говорили обычно о делах сердечных. Хотя сердечными их назвать сложно — всё ж не сердцем их высочество живут, а… ну при детях говорят, что резервом.
Так вот, о сердечных делах наследника, хозяин постоялого двора знал не меньше остальных, поэтому глазам верить не спешил. Ну не мог Эрик бабу на руках нести — не мог! У него ж все фаворитки как солдаты на плацу — вымуштрованные, собранные, чтобы поменьше слёз и никаких обмороков. Неудивительно — высочество бабьи штучки терпеть не может, чуть что — сразу отставку даёт. За то его мужики и уважают!
А вот бабы вздыхают да злорадствуют — мол, поживём-увидим. Мол, найдётся однажды такая, что не только голову вскружит, но и сердце похитит. Вот тогда высочество побегает.
 
— Неужто накаркали… — пробормотал хозяин. Тут же вздрогнул — вспомнил, что не один. Да и кто перед ним тоже вспомнил.
Бросил пугливый взгляд на Кардера, но глава тайной канцелярии, вопреки логике, улыбнулся. Только уголком рта, но всё-таки.
— Это Настя, — шепнул блондин.
У хозяина глаза округлились.
— Настя?!
Нет, он, конечно, слышал про Настю. Все в деревне слышали! Но не поверили. А что, разве ж такое возможно, чтобы кронпринц какую-то лишенку за руку по всей столице водил, метки хитроумные ставил, да на всех придворных за один лишь взгляд на неё рычал — а именно такие слухи один торговец со столичной ярмарки привёз.
Из круговерти мыслей вырвал голос Кардера:
— Ну ты насмотрелся?
Хозяин спешно кивнул, ответил не без дрожи:
— Пожалте за мной! Пожалте, пожалте! — и помчался показывать комнаты.
Кардер стоял в дверях небольшой комнаты с видавшей виды мебелью и взирал, как Эрик укладывает бездвижное тело колдуньи на узкую кровать.
— Что ты намерен делать? — тихо спросил он.
Принц осторожно стянул с её ножек туфли на низком каблучке и только потом ответил:
— Отменить поездку.
— Что? — глава тайной канцелярии ушам не поверил. — Эрик, это недопустимо. Это будет расценено как слабость! Мы должны задушить бунт на корню, иначе дальше будет только хуже. Они начнут открыто выступать против короны, взбаламутят народ, а когда народ взвинчен — до гражданской войны один шаг.
— Нет. Всё наоборот. Хуже будет если мы продолжим…
Глава тайной канцелярии хмыкнул — он прекрасно понял, что имеет в виду наследник. Под гнётом чувств Эрик совершает непозволительные ошибки. Взять хотя бы сегодняшний вечер — побег из Западного Оплота был недопустим, неразумен в высшей степени. Принц должен был уехать утром, в сопровождении сияющей от счастья колдуньи, чтобы и отравители, и тот, кто дал Насте шанс вернуться в родной мир, поняли — они проиграли, а наследник, как всегда, выиграл. Вместо этого принц приказал мчать во весь опор — думал, что сумеет выманить покровителя чужачки. Но ведь в Западном Оплоте никто не осведомлён об истинных мотивах, побег истолковали иначе. Урон репутации Эрика, и короны, колоссальный. Если подобное повторится, то Эрику будет проще отречься от престола, чем восстановить уважение знати.
— Кардер, я понимаю, что мои слова покажутся тебе бредом сумасшедшего, но я не могу думать о делах короны, когда моя судьба висит на волоске. Знаю — это недостойно правителя, но… не могу.
— Значит, уже не любовь, а сама судьба? — горько усмехнулся блондин.
— Я не могу без Насти.
В этот миг Эрик напоминал приговорённого к смерти. Те, кто знаком с принцем достаточно хорошо, знают — это означает, что решение принято, Эрик в нём не сомневается и ни за что не отступится.
Кардеру очень хотелось поддержать друга, но в данных обстоятельствах, сочувствие или согласие равно государственной измене. Он попытался вразумить:
— Твоя судьба — Фаргос, — веско заметил блондин. — Отошли колдунью в столицу, закончи поездку, а дальше…
— Я думал об этом, Кардер. Но не могу… Я не успокоюсь, пока не решу вопрос с Настей. И чем скорей это сделаю, тем скорей вернусь к делам.
— Решишь вопрос? — возмущённо воскликнул блондин.
— Не кричи. Разбудишь.
Эрик повернулся спиной, подошел к кровати, сел на корточки. Пальцы потянулись к каштановым локонам, но в последний миг принц убрал руку.
— Ей плохо, понимаешь? — тихо сказал наследник. — И это моя вина. Я… я всё делал не так. Я был неправ. Я всё испортил.
Глава тайной канцелярии не сдержался, протянул ехидно:
— Надо же! Какой вы всё-таки догадливый!
— Молчи. Ты тоже хорош, — процедил Эрик. Скривился, передразнивая: — Запугаю! Станет шелковой! К тебе прибежит… Проклятье! Зачем я тебя послушал? Зачем я вообще тебя слушаю?