"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– На сегодня всё. Слезай.
Я хотела подчиниться, даже сесть успела. Потом вспомнила что к чему и застыла.
– Слезай, – повторила светлость с нажимом.
Но через пару минут не выдержала, подхватила, самолично спустила маленькую красивую меня на пол. Затем хлопнула себя по ноге, скомандовала:
– За мной, девочка. Спать.
Спать? Ну я вообще-то не хочу, но с другой стороны… а почему нет?
О прогулке Дантос даже не заикнулся, о принудительном лечении перегруженного вкусняшками желудка, к счастью, тоже. И хотя поводов верить в то, что блондин на этот вопрос забил, не было, я всё-таки верила. Чувствовала – не обидит светлость, вот не обидит и всё тут.
В его спальню вошла в самом благостном расположении духа. Предвкушая, как запрыгну на широкую постель, свернусь калачиком и… и даже если не усну, тревожить Дантоса не стану. День у него трудный выдался, а совесть у маленького дракона всё-таки есть.
Да-да! Я была совершенно убеждена, что прям вот так всё и будет. Но… едва приблизилась к кровати, поняла – слуги постельное бельё не поменяли.
И всё бы хорошо, но эта халатность рождала две проблемы…
Во-первых, Дантос. Я не сильна в магии, а в зельеварении тем более, но приворотными снадобьями в своё время интересовалась – был повод. И я точно знаю, что запах объекта усиливает влечение ничуть не меньше, чем прикосновения и прочий прямой контакт. В общем, запах «солнышка», который на простынях и подушках остался, с лёгкостью заменит пропущенную дозу приворотной гадости.
А во-вторых… не могу я после неё тут спать. Брезгую.
Я села подле кровати, обвила лапы хвостиком и бросила укоризненный взгляд на Дантоса, который как раз рубашку стягивал. Блондин моего посыла не понял. Вернее, понял по-своему.
– Можно, – явно уверовав не только в разумность, но и в полную покорность дракона, сообщила светлость. И столько снисходительности в голосе.
М-да… а как хорошо начинался вечер.
Когда на герцоге не осталось ничего кроме заколки для волос, я совсем пригорюнилась. То есть постельное бельё никто менять не собирается, даже мысли о таком нет.
– Можно, – повторил блонди. И пояснил, как для тупых: – Ложись. Я сейчас помоюсь и приду.
Он развернулся и направился в ванную, а я… Ну сперва слегка залюбовалась его фигурой и походкой – совсем слегка, на полноготка. Потом, когда дверь в ванную захлопнулась, тяжело вздохнула и признала очевидное-неприятное – проблему смены постели решать мне.
И что может сделать маленькая бессловесная животная в столь сложной ситуации?
Тяжко вздохнув, я развернулась и потопала на кухню…
Я не скрывалась. Шла открыто и гордо. Правда, оценить мой величественный шаг было некому – слуги уже спать укладывались, в коридорах особняка было пусто.
На территории Роззи людей тоже не обнаружилось, зато обнаружились цыплята. Жареные, жирненькие, с румяной корочкой, в количестве трёх штук. Они на подносе, прям посередине разделочного стола, остывали.
Логика подсказала – раз цыплята вот так запросто лежат, то Роззи в кухню ещё вернётся, и, вероятно, скоро. Поэтому медлить я не стала: вскочила на лавку, приподнялась на задних лапах, ухватила самого красивого цыплёнка за спинку и поспешила прочь.
В этот раз о гордости речи не шло… Я двигалась мелкими перебежками, вовсю прислушивалась к шорохам и звукам и откровенно спешила. Просто очень не хотелось, чтобы застукали и отобрали. Тем более драконий инстинкт признал цыплёнка добычей, и я не могла гарантировать свою реакцию на попытку эту самую добычу отнять.
У дверей герцогской спальни стояла особенно долго и прислушивалась предельно внимательно. Но Леди Судьба проявила благосклонность – в спальне царили тишина и покой, блондинчик всё ещё мылся. А раз так, то…
Грызу! С нескрываемым удовольствием впиваюсь зубами в белое мясо и тонкие косточки. Глазки прикрыты, так что не вижу, чувствую, как брызжет сок. Пасть, вопреки всему, наполняется слюной.
Грызу! Грызу, но не глотаю, ибо есть с пропахших «солнышком» простыней не хочется совершенно. Зато с большим-пребольшим удовольствием разбрасываю отгрызенные кусочки и кости.
 
Какая я молодец! Нет, ну какая же я молодец! Как здорово всё придумала!
Уж теперь-то мы с Дантосом точно на чистых простынях спать будем. И сны нам приснятся самые хорошие. Мне – тортик. Светлости… ну, наверное, я. Ведь что может быть прекрасней маленького дракона с золотой чешуёй и янтарными глазами?
А главное – блондинчик напрочь разуверится в моей разумности. Ведь это какой… умницей надо быть, чтобы принести в постель жареного цыплёнка?!
Грызу. Грызу и страшно горжусь собой. И мысленно хихикаю, даже несмотря на то, что понимаю: орать светлость будет долго и очень громко. Но, как тут кто-то недавно изволил говорить – это для твоего же блага, Дантос. Ну и для моего, чуть-чуть.
А потом я услышала тихий щелчок и… не увидела, почувствовала, как открывается дверь ванной комнаты. С особым смаком вгрызлась в останки цыплячьей тушки и замерла, готовая выслушать поток заслуженной, в общем-то, брани. Но… в спальне было тихо. Очень тихо. Вот прям настолько тихо, что маленькому дракону в самом деле страшно стало.
Медленно, очень медленно, подняла глаза, чтобы узреть…
Светлость стояла на пороге ванной. Волосы влажные, из одежды лишь пушистое полотенце на бёдрах, руки сложены на груди, в глазах огонь, на щеках желваки. И так вдруг порадовалась тому, что не жую, а лишь сжимаю полуголый скелетик в зубах… Просто если бы ела, точно бы подавилась.
– Астра, ты… ты… – начал было он, но не смог. То ли слов не хватало, то ли эмоции душили. Впрочем, тут, наверное, оба варианта.
Я тут же бросила тушку, вскочила на постели и дружелюбно вильнула хвостом. А что ещё делать, если драконье чутьё даже не шепчет, кричит…
– Астра, ты… – вновь попытался высказаться блондин. Потом прикрыл глаза, сделал несколько глубоких вдохов и медленно направился к кровати.
Мой страх медленно трансформировался в ужас. Я не хотела, но всё-таки попятилась. Сделала ну о-очень большие, очень жалобные глаза.
Светлость, я клянусь, это не нарочно! И вообще… это я тебе, любимому хозяину, принесла! Ты же… ты же так на еду за ужином набрасывался, вот я и решила – вдруг ты снова оголодал. И вообще, покушать после ванны – самое милое, самое первое дело. Вот я и подсуетилась, и даже разжевала! Видишь?
Дантос, разумеется, видел. И продолжал наступать!
Он наступал, а я пятилась. И так увлеклась, что чуть с кровати не грохнулась – неожиданно очень эта самая кровать закончилась. Вот только страхи не оправдались: Дантос сделал очередной глубокий вдох, потом протянул руку и дёрнул за шнур колокольчика. Через пару минут в спальне появился Жакар.
– Насчёт моей постели распорядись, – процедил герцог Кернский. И уже мне: – А ты, сладкая моя девочка… мыться!
На последнем слове блондин всё-таки сорвался. Я тоже. Мячиком слетела с кровати и вприпрыжку помчалась в ванную. До этого момента как-то не думала, что и сама в жире измазалась, а вот теперь… теперь сообразила.
Бежала быстро. Очень быстро! И приказ светлости собиралась исполнить в точности и сразу же! Но едва влетела в ванную комнату, затормозила и застыла. Просто водные процедуры – моя слабость, а тут… тут же целый бассейн.
Мысли о цыплёнке из головы выдуло. Мысли о разъярённой светлости – тоже.
Бассейн! Огромный! С массажной зоной! С бортиком для напитков! Со всеми-всеми наворотами! И запах фруктовой шампуньки по всей ванной! И парок…
– Вода уже отфильтровалась, – сообщили от двери. – И подогрев я только-только выключил.
Мысленно кивнув, я как заворожённая приблизилась к бассейну, забралась на бортик и потянулась лапой – ну чтобы температуру проверить. А то подогрев подогревом, но мало ли. И ровно в тот миг, когда лапа коснулась воды, случилось это!
Пинок был лёгким, почти неощутимым. Если бы я ну хотя бы на миллиметр дальше от края стояла, всё бы обошлось, а тут… маленький дракон потерял равновесие, покачнулся и бултыхнулся в воду. И так вдруг обидно стало, что словами не передать.