"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Просто Вернон, осмотрев ошейник, сказал, что… не сможет. А потом добавил, что не знает никого, кто сумел бы снять проклятую железяку с моей шеи. Он даже обосновал свои выводы – рассказал Дантосу о сложности магического плетения и о том, что прежде такой защиты не видел, только в книгах, старинных.
Я тоже эти объяснения слушала, что-то даже понимала, и… плыла. У меня, конечно, были подозрения, но до этого момента я отказывалась принимать их всерьёз. Все эти семь лет я надеялась! Я запрещала себе паниковать и думать о худшем. Я слепо верила в то, что Леди Судьба сжалится.
Мои надежды рухнули.
Я потеряла связь с реальностью. Не знаю, как долго продолжалось забытьё, но очнулась лишь тогда, когда Дантос, по просьбе Вернона, принёс медицинский чемоданчик. Сразу догадалась, что хочет сделать маг, и противиться не стала.
Опять стиснула зубы, закрыла глаза и приготовилась терпеть. И не ошиблась – боль пронзила сразу же. Просто… Вернон под ошейник полез. Хотел посмотреть, чего и как… Охнул ещё раз, даже отшатнулся и выронил какую-то тонкую железяку. А я всё-таки взвыла, и даже… даже слёзы из глаз покатились.
– Дантос, там шипы.
– Поясни, – бросил блондин хмуро. Он в этот миг за морду меня держал, сжимал челюсти, чтобы не укусила Вернона.
– Шипы на внутренней стороне ошейника. Они входят в тело.
Хозяин дома тихо выругался и заметно побледнел, а я не выдержала – дёрнулась в попытке вырваться и соскочить со стола. Но Дантос перехватил, удержал.
– Тихо, девочка, – прошептал он. – Тихо…
Потом были обезболивающие пилюли. Я ела их добровольно, без понуканий. Только Дантос и Вернон с дозировкой всё-таки переборщили – думали, что дракону принципиально больше нужно… В итоге я вырубилась. Провалилась во тьму, чтобы вскоре вынырнуть в очередном кошмаре. Впрочем, в сравнении с тем, что творится сейчас, не такой уж и кошмар, а так… маленькая, безобидная страшилка.
А мужчины, как оказалось, всё это время тут были. И говорили точно обо мне.
– Животное, как понимаю, уникальное, – вещал брюнет, – возможно, единственное в своём роде. Ошейник тоже уникальный, и я могу только предполагать.
– И каковы твои предположения?
Маг вздохнул, сделал большой глоток и лишь потом сказал:
– Этот ошейник замедляет рост.
Дантос подарил другу недоумённый взгляд, а тот пояснил:
– Заклинание сложносоставное. Я таких плетений никогда не видел, но один из элементов мне знаком: в ошейник вплетён запрет на изменение формы. И если учесть, что мы никогда даже не слышали о карликовых драконах, логично предположить, что она обычный дракон, на которого в детстве надели ошейник, запрещающий изменения тела. И вот итог.
– Ужас… – выдохнул Дантос.
А Вернон пожал плечами, вновь уставился на меня.
– Она ведь разумна?
Блондинчик осторожно коснулся моего лба, ответил после долгой паузы:
– Сложный вопрос. Мне кажется, да. Правда, только в те моменты, когда ей это выгодно.
На лице мага отразилась высшая степень удивления, а Дантос улыбнулся. Тепло так, по-доброму. Улыбка эта предназначалась мне, и только мне.
– Ничего, Астра, – шепнул он. – Мы что-нибудь придумаем.
– Да что вы придумаете? – вмешался в разговор маг. – Если мои предположения верны, то избавление от ошейника не поможет. Она так и останется маленькой, её развитие уже нарушено.
– Ошейник всё равно нужно снять.
– Дантос, но я тебе говорю: невозможно.
– А ты всё-таки попробуй. – Очень сурово прозвучало, очень жестко. Мне даже почудилось, что светлость сейчас пошлют подальше, но…
– Ладно, Дан. Если для тебя это так важно… Только не сейчас. У меня сейчас ни сил, ни времени.
– Что-то серьёзное? – тут же насторожился герцог.
Маг скривился и кивнул. Правда, пояснять не стал, сказал только:
– Живу как на вулкане. А сейчас, кажется, новая заварушка намечается, и, судя по всему, серьёзная.
Я поняла мало, а вот светлость что-то сообразила.
– Ты поэтому пришёл так рано?
– Да. Вечер у меня внезапно занят оказался.
Светлость точно знала побольше моего, так что даже тени любопытства не проявила. Единственное, о чём спросила:
 
– В том, что касается Астры… чем я могу помочь?
– Узор заклинания перерисуй, – сказал Вернон устало. – Увеличитель я тебе оставлю.
Дантос уверенно кивнул, потом глянул на стоящие на каминной полке часы. А я лишь теперь обратила внимание, что за окном… ну ещё не сумерки, но около того. Это сколько же я спала?
– Вернон, я тебе ещё кое-что показать хотел…
– Прости, Дан, но если вещь из числа магических, то уже не успею. Уже опаздываю.
– А ужин?
Гость покачал головой, отставил полупустой бокал и поднялся.
– Драконом твоим через пару недель заняться смогу. Прости, но раньше никак. И вещь… если время терпит, или не хочешь на официальную экспертизу нести…
– Ну кортик-то точно подождёт, – перебил Дантос.
– Кортик? – удивился Вернон.
– Долгая история…
Маг кивнул, тоже бросил взгляд на часы. Потом подхватил брошенный на спинку кресла камзол, оделся. Магический увеличитель, как и обещал, на стол выложил.
– Но, Дан, я клянусь, шансы распутать заклинание и снять эту штуку – мизерные. Я никогда таких плетений не видел, и заклинание, как уже говорил, на постоянной магической подпитке. Я не знаю, где найти источник, способный перебить ток этой магии.
– Что-нибудь придумаем, – ответил блондин уверенно. Тоже поднялся, в намерении лично проводить гостя.
А я осталась одна, на диване, под пледом. В самых смешанных, самых противоречивых чувствах.
С одной стороны, рвущее душу отчаяние, которое накрыло в момент, когда Вернон сказал, что ошейник снять невозможно. С другой – надежда, посеянная словами Дантоса. А с третьей… паника. Ведь я, в отличие от этих двоих, знаю, кто надел на меня ошейник, и понимаю – всё может оказаться ещё сложней. Просто Он, как и Леди Судьба, любит злые шутки, а я… я такой дурой была. Доверчивой.
Опять попыталась заплакать, но не вышло. И не только потому, что Дантос решил во что бы то ни стало от ошейника освободить. Просто дракон, который невольно подарил мне свой облик и сущность, впадать в депрессию отказывался.
Он, вернее она, вообще предпочитал смотреть на жизнь с юмором. В своё время, в цирке, эта привычка очень выручала. Вот и сейчас грусть медленно, но верно отступала, мир наполнялся красками, жизнь – смыслом. Каким? Трудно сказать. Но смысл определённо был.
В итоге, к моменту возвращения светлости меня только одно тревожило: я дала слишком много поводов подозревать, что маленький дракон не так уж и глуп. А это плохо. Это очень-очень плохо! И опасно. Причём не столько для меня, сколько для Дантоса.
Ему нельзя знать, что «карликовый дракон» разумен, потому что разумное животное вызывает куда больше интереса, нежели животное обычное. А интерес всегда провоцирует любопытство, которое в ряде случаев может оказаться смертельным.
Вечер прошёл тихо, спокойно и вообще дружно. Сперва мы со светлостью поужинали, причём блондин ел так, будто целую вечность не кормили, будто, как и я, пропустил обед. Потом вернулись в кабинет, и маленький дракон послушно лежал на письменном столе, дозволяя Дантосу возиться с ошейником.
Прекрасно понимала, что такая покорность подозрительна, но что делать? Вернон прямо сказал – сперва нужно расшифровать узор заклинания, а уже потом заниматься остальным. Впрочем, даже если бы маг этого не говорил, встать и покинуть кабинет было невозможно: ведь Дантос, кроме прочего, спинку чесал, и между крылышек, и вообще.
Вообще я вдруг стала очень хорошим, очень нужным драконом. Умницей и красавицей! И даже слово «толстопопик» Дантос произносил теперь с такой симпатией, что я… не обижалась, а смущалась. Причём смущалась всерьёз, по-настоящему!
Ну а когда за окнами окончательно стемнело, а стрелки стоящих на камине часов приблизились к цифре «десять», Дантос отложил перо, убрал бумаги в стол и сообщил: