"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

На ошарашенные взгляды других горожан, мелкую морось с неба и прочие глупости внимания также не обращала. Я была слишком зла и слишком спешила, чтобы отвлекаться на пустяки.
Нет, не бежала, хотя сорваться на бег хотелось очень. Просто точно знала – и так успею. Не могу не успеть!
А где-то глубоко внутри, наравне с пожаром бушевал шторм. Драконья сущность рычала, бесилась и грозилась уничтожить всех и каждого. И вот теперь я точно знала – это не галлюцинация. Я в самом деле её слышу.
Как такое возможно? Не нужно быть гением, чтобы понять: виной всё те же пресловутые семь лет в чешуйчатой шкурке. Причём до этого момента я не сознавала истинного масштаба нашего слияния. А вот теперь, торопливо шагая к ратуше, поняла.
Именно сейчас стало ясно – способность к трансформации уже никогда не восстановится, отныне я могу превращаться только в карликового дракона. Расстаться с золотым толстопопиком тоже не выйдет – мы одно целое.
Наверное, эти мысли должны были огорчить, но я наоборот разулыбалась. Порадовалась, несмотря на то, что там, впереди, ждала битва, исход которой был совершенно неясен. Впрочем, в одном я была уверена железно – что бы ни случилось, герцог Кернский выживет.
Он будет жить, я сказала! Будет, и точка.
Именно в таком настроении я пересекла центральную площадь и взбежала по широким ступеням. С этим же настроением приоткрыла тяжелую дверь и скользнула внутрь. А вот обнаружив в холле толпу вооруженных до зубов стражников, споткнулась, чтобы в следующую секунду озвереть окончательно.
Вот, значит, как? Ладно! Ладно, мы ещё посмотрим, кто кого!
Я сделала несколько торопливых шагов к лестнице, ведущей на второй этаж, когда меня настиг грозный оклик:
– Эй, куда!
Ещё три шага, и путь преградил один из стражей.
– Нельзя! – басисто сказал он. – Старейшины заняты и велели не беспокоить.
Страж был выше, и мне пришлось запрокинуть голову, чтобы взглянуть на него. Со злости не сразу опознала в мужчине того самого седого, который встретил вчера на воротах и чьё имя я так и не смогла вспомнить.
Хорошо представляю, какие эмоции отражались сейчас на моём лице, поэтому лёгкий шок, отразившийся в глазах сородича, не удивил ничуть. Его желание повторить то, что и так расслышала, тоже было понятно.
– Нельзя. Заняты.
Я не хотела отвечать, но всё-таки пришлось.
– Можно, – процедила раздраженно. – Уж кому, а мне точно.
Тихо рыкнув, я шагнула в сторону в попытке обогнуть мужчину и продолжить путь. Но страж оказался не слишком умным – он снова дорогу заступил и даже открыл рот в явном намерении сказать уже надоевшее, но…
– Вы забыли, кто перед вами?! – не выдержав, взревела я.
Сородич слегка побледнел и отшатнулся, а я подняла руки, показывая – перчаток нет.
Думаю, именно этот факт стал главным аргументом в споре. С одной стороны, несмотря на свой побег и прочие непослушания, я была одарённой, а причинять вред одарённым запрещено категорически. С другой, я пришла без перчаток. Здесь и сейчас я могла считать сущность стража – а кому охота делиться самим собой? Особенно с учётом того, что после трансформации одарённый узнаёт довольно много об «объекте». Ведь вместе с обликом метаморф считывает вкусы и желания, которые… не всегда достойны.
Так что да! Седой отшатнулся! А я подхватила подол и помчалась дальше. К той самой лестнице, потом по коридору, прямиком к кабинету старейшины Нила.
Как одарённая, я отлично чуяла тех, в чьих руках находилась судьба нашего народа, и они, разумеется, ощутили меня. Но это ничегошеньки не меняло! А старейшины, даже если и хотели среагировать, сделать этого не успели. Я была быстрей!
Подлетев к кабинету, я рывком распахнула дверь и вошла. Картина, которая предстала взгляду, была вполне ожидаемой: старейшина Нил сидел за огромным столом и сильно напоминал древнего злобного паука; старейшина Дурут размещался за спиной Нила – стоял, опершись рукой о спинку кресла; Ждан замер у окна и до моего появления явно притворялся, будто любуется пейзажем. Ну а чужаки…
 
Герцог Кернский и Вернон сидели в гостевых креслах, у стола старейшины Нила. Оба в стильных, сшитых по последней столичной моде камзолах, оба – безоружные, но важные и точно уверенные в том, что им ничего за эту выходку не будет!
Жутко захотелось придушить обоих, но я этот порыв сдержала. Всё-таки не к чужакам пришла, а к старейшинам. И так как в центре паутины находился Нил, именно к нему и обратилась.
– Не смейте! Не смейте, слышите? Если хоть один волос упадёт…
Дыхание внезапно закончилось, а сил стоять на месте не было изначально. Поэтому я устремилась вперёд и, лишь преодолев половину расстояния, остановилась. Ладони сжались в кулаки, сердце зашлось бешено, и краска к щекам прилила – но это не смущение было, а ярость.
– Если хоть один волос, то… то я… Я ещё не знаю, что сделаю, но клянусь – вы очень пожалеете!
Увы, эмоции оказались сильнее слов, и я опять замолчала, а бывший учитель этой ситуацией воспользовался. Голос Ждана прозвучал очень спокойно, будто в этот кабинет каждую минуту по взбешенной девице врывается.
– Астрид, что стряслось?
Ух ты! Какая прелестная попытка сохранить лицо перед гостями! Неужели думают, что мне не хватит сил сказать правду? Неужели верят, что стану прикрывать их подлые делишки?
Я мазнула взглядом по лицам Нила и Дурута – метаморфы были крайне недовольны. Маг Вернон, наоборот, смотрел с огромным любопытством. А вот Дантос…
Герцог Кернский был предельно спокоен и глядел так, будто происходящее его вообще не касается. Только светлые брови были приподняты в подобии лёгкого удивления. Мол, что за город такой? Что за легкомысленность в отношении к властям? Как можно врываться в кабинет и мешать серьёзным переговорам? Что за цирк?
Вот эта реакция Дантоса меня и добила. Но я не взъярилась – наоборот! Я протрезвела и смогла взять себя в руки. Смогла собраться и сказать, обращаясь опять-таки к Нилу:
– Вы не посмеете убить этих людей. Если причините им хоть малейший вред, я за себя не отвечаю. Понимаю, что мои угрозы кажутся вам смешными, но поверьте, вы очень пожалеете, если…
– С чего ты решила, что мы собираемся их убить? – перебил старейшина Дурут злобно.
Я послала старику исполненный ненависти взгляд. Какой интересный вопрос! Какой… риторический!
Но я всё равно собралась на этот вопрос ответить! Вот только не успела…
– Астрид, прекрати, – вновь подал голос Ждан. – Старейшина Дурут говорит правду: никто этих людей не тронет.
Бывший учитель замолчал на миг, а потом всё-таки объяснил:
– Они защищены личным приказом Роналкора и, следовательно, нашей клятвой, данной императорскому дому. Их никто не тронет. Никогда.
Что-о-о?
Шок? Нет, шок – мягко сказано. Это было что-то другое, что-то сверх!
Какой такой приказ? Какая, бес вас всех пожри, клятва? Метаморфы никому не подчиняются! Мы сами по себе! Мы вне законов империи!
Вот только подтверждать мою убеждённость никто не собирался. Более того, старейшина Ждан сложил руки на груди и пояснил тоном, который всегда использовал на занятиях:
– Астрид, если бы ты закончила обучение, ты бы знала, что всё не так просто. Что абсолютной свободы не существует и за всё в этой жизни приходится платить. Мы, народ метаморфов, тоже платим. Мы подчиняемся императорскому дому. Несколько веков назад, когда только образовалась империя, нам пришлось вступить в переговоры и дать клятву верности. И есть приказы, нарушить которые не сможем, даже если захотим. Это… – Ждан кивнул на стол старейшины Нила, где, кроме прочего, лежал какой-то подозрительный листок с печатью, – один из них.
Я… нет, я не то чтобы не поверила, но растерялась сильно.
Клятва верности? Приказ, который не можем нарушить? А разве такие вообще бывают?
Бывший учитель ход моих мыслей понял, и пусть ситуация к разговорам не располагала, всё-таки пояснил:
– Это была особенная клятва, Астрид. На крови одарённых. Ритуал проводил личный маг первого императора, и магия, которую он использовал… как понимаю, сейчас такой не знают. Это было что-то очень сложное, старинное и невероятно сильное.