"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Я лучисто улыбнулась и, отхлебнув чаю, приготовилась слушать. Хотя ничего нового Торизас рассказать, конечно, не мог. Просто Лабиринт для жителей Рестрича, как море для обитателей рыбацкой деревни – всем про всё известно, истории повторяются из года в год, но без них всё равно никуда.
А вот людям со стороны было бы интересно, но им про такое, конечно, не говорят. И дело не только в нелюбви к чужакам, всё сложнее: Лабиринт – ещё одна тайна народа метаморфов.
Как было на самом деле, никому не известно, но легенды гласят, что во всём виноваты гномы. Мол, когда-то, на заре времён, наши предгорья были настоящими горами и входили в состав объединённого королевства гномов, от которого сейчас лишь воспоминания остались.
Гномы жили и, как водится, искали драгоценности. Ещё оружие делали, украшения и прочие невероятные вещи. А ещё они, если верить тем же легендам, сильно увлекались магическими экспериментами над драгоценными камнями, и вот, домагичились.
Что-то у них случилось. Что-то грандиозное, но ужасное! И в результате этого часть гор, которые в империи называют Сизыми, ушла под землю. По этой же причине предгорья Сизых гор, в которых и расположен Рестрич, растянулись на многие-многие лиги, и только там, у самого горизонта, виднеются первые пики.
Земля здесь плохая настолько, что даже трава едва прорастает. Поэтому люди в здешних краях не селятся. А вот народ метаморфов перебрался сюда едва ли не сразу после падения гор.
Причина? Они обнаружили Лабиринт!
Легенды умалчивают о том, кто именно и зачем пришел к Сизым горам после их обрушения, но факт налицо – метаморфы оставили прежнюю обитель и основали Рестрич. А Лабиринт, который образовался в результате всех катаклизмов, до сих пор служит нам верой и правдой.
Он представляет собой систему тоннелей, причём нерукотворных. Говорят, что тоннели появились в результате того самого грандиозного ужаса, спровоцированного гномами.
По факту, происхождение Лабиринта – это аномалия. Но куда большей аномалией являются его свойства… В Лабиринте появляются полудрагоценные и драгоценные камни! Они как будто выползают из недр земли, чтобы на какое-то время проявиться на стенах, а потом, как это ни ужасно, уползти обратно.
Именно поэтому тех, кто ходит в Лабиринт, называют ловцами. И именно их труд позволяет городу жить: закупать то самое зерно, вырастить которое на нашей земле невозможно, покупать ткани, книги и всё остальное.
Впрочем, труд мастеров, которые занимаются огранкой и изготовлением некоторых украшений, важен для города не меньше. Собственно, их усилия значительно увеличивают цену камней.
И хотя сокровищ в Лабиринте не так уж много, и ловцы очень часто возвращаются из подземных коридоров с пустыми руками, Рестрич живёт припеваючи. Даже налоговые льготы, из-за которых Гертон так на Дантоса взъелся, городу, в общем-то, не нужны.
Вообще, проблема тут только одна – соседи. Просто факт добычи камней тщательно скрывается, а продажей занимаются одарённые, и соседи искренне недоумевают – почему Рестрич до сих пор стоит? Вот только выведать секрет, конечно, не могут. Те, кто приходит в город метаморфов за секретами, пропадают бесследно.
А иногда вот таким любопытным даже рады. Просто там, в Лабиринте… там ведь не только камни, там ещё и…
– Астрид? – вырвал из раздумий голос Торизаса. – Астрид, ты вообще здесь? Ты слушаешь?
Я вздрогнула и едва не выронила чашку.
– Ну во-от… – поджав губы, протянул брат.
По глазам видела – не обиделся, но всё равно надулся, а потом и вовсе язык мне показал. Да-да, как в детстве! И пусть я в самом деле была несколько виновата, ответила Тору тем же.
Это могло перерасти в небольшую перепалку – по крайней мере, раньше все наши перепалки именно так и начинались. Но всё-таки не случилось. Нас прервал звон дверного колокольчика.
Не знаю почему, но именно в этот момент я вспомнила о том, о чём не имела права забывать – Дантос, герцог Кернский, в городе. Эта мысль заставила вскочить из-за стола, сделать шаг в сторону и замереть, осознав – я дура.
 
Ну вот куда, спрашивается, рванула? Зачем? И почему я вообще решила… Почему я подумала, что это Дан?
Дан не может прийти. Во-первых, он адреса не знает – он за нами с Тором не следил, а во-вторых, герцог Кернский всё-таки умён. Он не мог проигнорировать моё письмо. Он должен был уехать ещё на рассвете. Или, в крайнем случае, должен уезжать прямо сейчас.
Это не он. Это…
К счастью, родители и Торизас отреагировали на мою неадекватность спокойно. Никто ни о чём не спросил, и даже косых взглядов не было. Только мама, которая отправилась открывать дверь, пробормотала что-то про успокоительные пилюли.
А мне пришлось взять себя в руки и вернуться за стол. Но продолжить завтрак было не суждено.
– Астрид, милая, это к тебе! – донеслось из прихожей.
И я опять, как законченная дура, вскочила. Руки задрожали, сердце сжалось от ужаса, разум захлестнула паника. Вот только…
– Юдисса, – добавила мама. И уже громче, хотя и так слышно было: – Астрид, к тебе пришла Юдисса!
Всё. Давайте ваши пилюли сюда. Причём лучше все и сразу. Потому что нервы мои действительно ни к бесу. А всё из-за кого? Правильно! Из-за одного невероятно упрямого, невыносимого, бессовестного человека.
Чтоб его… Леди Судьба милостями осыпала! Чтоб ему… до скончания дней Леди Удача улыбалась! Чтоб на него…
Не выдержав, я закрыла лицо руками и сделала несколько глубоких вдохов. Удивительно, но это помогло. Полминуты, и мне действительно удалось успокоиться, более того – к подруге я вышла сияя искренней улыбкой.
О причинах визита Юдиссы я догадывалась – она пришла, чтобы сообщить о Дантосе. И я очень надеялась, что эти новости мне понравятся, но…
– Записку я подсунула, – прошептала рыженькая, когда я подошла вплотную, а мама наоборот отступила. – И он её прочёл.
Я напряглась невероятно, душу охватило очень нехорошее предчувствие. Это самое предчувствие шептало: «Продолжение тебе не понравится! Не спрашивай!», но разве могла я промолчать?
– И что дальше?
Юдисса потупилась на миг, а потом вздохнула и протянула мне знакомый листок.
– Он оставил это в комнате, – пояснила подруга. – На самом видном месте.
Дурное предчувствие усилилось стократно, но листок я всё-таки приняла. Это была та самая записка, только под моим посланием рукой герцога Кернского было выведено:
 
«Дорогая А., не волнуйся. Разберусь».
 
Я не поверила! Подняла ошарашенный взгляд на Юдиссу в надежде услышать, что мне мерещится. Но рыженькая успокоить не попыталась. Наоборот!
– Они отправились в ратушу, – сказала подруга печально. – К старейшинам. Четверть часа назад.
Всё. Конец.
  
Глава 8
 
Наверное, я должна была удариться в панику. Или в обморок от ужаса свалиться. Ну или, на худой конец, разреветься. Но нет. Не смогла.
Вместо паники и страха в сердце вспыхнула искорка злости. Ещё миг, и эта искра обернулась настоящим пожаром.
Причём разозлилась я не столько на Дантоса (ну что с осла упрямого взять?), сколько на старейшин. Ведь это именно они решения принимают! А каким будет решение, сомневаться не приходилось. Ждать пощады не приходилось тем более, но…
Я выдохнула и неожиданно для самой себя тихо зарычала. Тут же пихнула записку в декольте, круто развернулась и направилась к расположенному в прихожей шкафу. Распахнув створки, сбросила домашние туфли и схватила сапоги. Потом сорвала с вешалки плащ и поспешила на выход.
Изумлённый оклик мамы и испуганный писк Юдиссы прозвучали где-то на грани и сознания не коснулись. Холодный порыв ветра, ударивший в лицо, тоже остался незамеченным. Равно как и выпученные глаза нашей соседки, которая оказалась поблизости, когда я на крыльцо выскочила.
Последнюю, как понимаю, испугало прежде всего то, что на моих руках не обнаружилось перчаток – нам, одарённым, без них выходить запрещено. Но перчатки были последним, о чём я могла в данный момент вспомнить.