Джульетта поневоле (СИ)
- Яр, помоги… - простонала я, погружаясь в серую мглу небытия.
Очнулась я от ласкового ветерка, дующего мне в лицо. Мне было тепло и так спокойно, что даже открывать глаза не хотелось. А может, поиграть в спящую красавицу, не просыпаться, пока не поцелуют?
- Юля, - Ярополк нежно погладил меня по щеке, - солнце моё ясное, очнись.
- Да очнулась она уже, дурака валяет просто, - фыркнул Александр.
Вот Опалов, зараза, всю романтику разрушил! Вредина несчастная, ни себе, ни людям, синьора Капулетти ему, случайно, не родственницей будет?! Я обиженно надула глазки и ультимативно заявила:
- Без поцелуя не проснусь.
А что, могу я немного покапризничать или нет?! Да, я знаю, что время и обстоятельства не особенно подходящие, но я же, три тысячи чертей, девочка, а не спецназовец, мне позволительно быть сумасбродной и не всегда разумной! Опалов, вон, вообще считает, что все женщины делятся на прелесть, каких дурочек и ужас, каких дур, я могу один раз и оправдать его ожидания!
- Давай, я её поцелую, - мявкнул Александр, царапнув коготками пол. – Знаешь она как вскочит сразу.
- Только попробуй.
Голос у Ярополка был спокойным и даже мягким, но это было спокойствие океана перед страшным, сокрушающим всё штормом. Честное слово, даже меня проняло!
Моих губ коснулся нежный поцелуй, который я с готовностью сделала менее целомудренным и более страстным. Скромность? Неа, не слышала о такой, пусть приходит по записи и исключительно в приёмные часы с девяти до двух.
Если бы не громкий заунывный вой Опалова, одними поцелуями мы бы точно не ограничились, но под этот плач новоявленной Ярославны романтика чахла и вяла на корню, потому пришлось прерваться. Тем более, что на кошачий рёв в мою комнату могла наведаться не только моя кормилица, но и кто-то гораздо менее либеральный во взглядах. Синьора Капулетти, например. Тьфу-тьфу-тьфу, чтобы, не дай бог, не накликать, а то ведь, как говорится, вспомнишь заразу…
- И что это была за противотуманная сирена? – от Ярополка повеяло таким холодом, что даже я прониклась и притихла, но Александру всё было, словно с гуся вода.
- О, простите великодушно, ваше сиятельство, - огрызнулся Опалов, горбясь и распушая шерсть на загривке, - только нам, если вы помните, нужно с Юли чары снимать пока она с молодым Монтекки венчаться не рванула. Хотя, если вас всё устраивает, я тоже суетиться не стану, мне-то что. Как говорится в незабвенной «Гусарской балладе»: «Любите вы хоть чёр»…
Рука Ярополка быстрее молнии метнулась вперёд, тонкие сильные пальцы сжались на кошачьей холке, отрывая довольно массивную тушку от пола и поднимая вверх.
- Ещё одно слово и я тебя с балкона выкину.
Опалов зашипел, заизвивался, задёргал лапами, пытаясь вырваться из захвата, а потом возопил, глядя на меня глазами несчастного котёнка, попавшего в лапы безжалостного живодёра:
- Над котиком издеваются!
- Не издеваются, а воспитывают, - ровным менторским тоном поправил Яр, - если бы я тебе хвост оторвал, тогда, да, а так это всего лишь максимально доступный для объекта метод подачи информации.
- И что же я должен понять из такого наглядного объяснения? – укусить держащую его руку Опалов не мог, хотя неоднократно пытался.
- То, что Юля моя девушка и обижать её я не позволю никому. Тебе особенно. Урок усвоен или мне стоит его повторить?
Опалов молчал, тряпкой повиснув в руке Яра. Ярополк тряхнул котом, словно деловитая хозяйка пыльным ковриком.
- Да понял я, понял, - пробурчал Александр, недовольно махнув хвостом. – Буду поклоняться нашей Юлии, точно святой. Без её и, разумеется, твоего позволения, лишний раз даже взора на неё не подниму.
Ярополк повернулся ко мне, вопросительно приподнял брови, слегка склонив голову к плечу и улыбаясь одними глазами:
- Что скажешь, Юля? Ему можно верить?
Я погладила своего любимого по щеке, не утерпев, обвела подушечками пальцев чёткий контур губ и выдохнула:
- Верить можно. А вот целиком и полностью доверять всё же не советую.
Ярополк поймал мою руку, развернул и запечатлел горячий поцелуй прямо в центре ладошки, словно скреплял данную сердцами клятву.
- Оторвитесь уже друг от друга, голубки, ведьма, как и все прочие женщины, ждать не любит, да и любовные чары нужно развеять как можно быстрее.
Ярополк помолчал, анализируя услышанное и при этом не выпуская мою ручку из своей тёплой ладони:
- Ты прав. Я покину дом, скажем так, официально, лишних вопросов мне всё равно никто задавать не станет. А вот вам с Александром, Юль, лучше воспользоваться балконом. Вряд ли матушка без вопросов отпустит тебя из дома, ты ведь по официальной версии, лежишь у себя в комнате с головной болью.
Что верно, то верно, синьора Капулетти хоть и успокоилась немного во время завтрака, но всё равно её подозрения в отношении меня и Тибальта до конца не развеялись. И вдвоём на прогулку она нас точно не отпустит.
Ярополк привлёк меня к себе, коснулся губами виска. Я прикрыла глаза, наслаждаясь ощущением тепла и покоя. Не хочу, чтобы Яр уходил! И пусть разлука наша будет кратка и за ней непременно последует новая встреча, но расставаться я всё равно не хочу. Честное слово, я бы так всю жизнь простояла, не отвлекаясь ни на что иное. Эх, ну почему, как гласил классик: «Жизнь человеческая кратка и полна скорбей»?!
- Увидимся, - прошептал Ярополк, целуя меня в щёку.
- Угу, встретимся на площади у памятника мужику в берете. Он там такой один, при всём желании не перепутаешь, - мяукнул Опалов, нетерпеливо лупя себя хвостом по бокам. – Заканчивайте уже миловаться, голубки, не раздувайте во мне чёрную зависть, а то пакостить начну. Здесь же, можете себе такое представить, ни одной симпатичной кошки нет! Все какие-то драные и шуганные.
Я недоверчиво прищурилась:
- А ты что, с кошкой готов сойтись?
Опалов мотнул головой:
- А почему бы и нет? В моём теперешнем облике я могу рассчитывать исключительно на платоническую любовь дам и девиц. Да и опыта любовных игр с кошками у меня точно никогда больше не будет, так что нужно ловить момент. Только вот не с кем пока, ни одной достаточно грациозной и пушистой милашки не встретилось, экая досада! Если только к кошатине синьоры Монтекки подкатить, она вроде ничего такая, добротная.
- Кто, синьора Монтекки или её кошка? – усмехнулся Ярополк.
- Обе. Иди уже, а то не ровен час, припрётся кто-нибудь и всё испортит, фыркнул Опалов, вскочив на перила балкона. – И да, кормилицу позови, она неподалёку крутится, добро, хоть подслушивать не пытается.
Яр коротко кивнул, ещё раз поцеловал меня и вышел. Я поспешно опустилась на кровать, старательно изображая сдержанную муку.
- Как вы, голубка моя? – Мария себя ждать не заставила, впорхнула ко мне с подносом, нагруженным разными вкусностями и засуетилась, ни на миг не умолкая. – Виданное ли дело, на следующий же день после бала такую-то малышку ещё и завтраком в компании жениха испытывать! Нет уж, как по мне, так синьора Капулетти слишком спешит выдать вас замуж, вы же дитя совсем, вам и четырнадцати-то нет!
Эм, а ничего, что именно вы, моя дражайшая кормилица, собственной персоной привели ко мне в спальню мужчину, который остался на всю ночь? Или вы думаете, сударыня, что мы всё это время в шашки-шахматы играли? Вот ведь, потаковщица, сорок суждений по каждому вопросу!
- Кормилица, милая, я отдохну немного, а ты будь добра, проследи, чтобы меня никто не беспокоил, - я со слабой улыбкой коснулась ладонью лба.
- Всё сделаю, голубка, не извольте сомневаться, - горячо заверила Мария, мягко поглаживая меня по щеке. – Хотите, с вами посижу, сказку вам расскажу, песенку спою. Или, - кормилица таинственно понизила голос, хитро улыбаясь, - поведаю о своей встрече с синьором Монтекки.
А-а-а, ну как так можно-то?! Как я могу отказаться от такой интересной темы, меня же разорвёт от любопытства! Я осторожно покосилась на развалившегося у входа на балкон Опалова и получила от него утвердительный кивок. Ясно, Александру тоже очень интересно узнать реакцию благородного Ромео на отказ Джульетты венчаться с ним.