Наследие исполинов. Никто, кроме нас

Мельников увлек Скотча в его «сержантский» уголок — отгороженную переборкой камору с койкой, тумбочкой и личным столом.
Скотч плюхнулся на койку и вопросительно уставился на Мельникова.
— Скоро в дело, — негромко произнес тот, не растрачиваясь на многозначительные паузы.
Не удержавшись, Скотч фыркнул: мол, тоже мне, открыл Альфу Центавра! Ежу понятно, что скоро в дело.
— Я видел Оттмара Эберхартера, помнишь его? Командовал разведчиками, которые нас с Табаски вытаскивали.
— Помню, конечно. Я его еще на «Флажолете» узрел.
— В общем, последнее время он прикрывал изыскания наших научников на одной из дальних планет. Вроде бы там что-то нашли, да только раскопать не успели, дали им по ушам.
— Скелетики? — спросил Скотч.
— Не. Местные. Планета обитаема. Необращенные еще, только-только в космос выходят. Сдается мне, их нам и придется приструнить в этот раз.
— Так вот откуда пиратские штучки, — смекнул Скотч. — Это чтоб доминанту Земли не обвинили в агрессии…
— Похоже на то.
— Грязноватое дельце. — Скотч недовольно поморщился. — Не находишь?
— Война по определению грязна. — Мельников пожал плечами. — Не в том дело. Дело в том, что нам на все про все дают всего-навсего неделю. За неделю нужно населению целой планеты показать, кто в галактике хозяин. А у них, между прочим, ядерное оружие имеется.
— Тьху. — Скотч огорчился еще сильнее. — Значит, техноблокада отменяется…
— Не факт. Далеко не факт. Сначала будет разведрейд, несколько ботов, веером. Мы в их числе. Вот это точно без блокады. А вот что потом — по результатам станет ясно.
Скотч поерзал на койке:
— Веселенькое дельце…
— Между прочим, хорошо если до старта пару часов осталось. Это я так, по своим каналам выяснил. Так что будь готов, дружище.
— Мне что, я всегда готов. Правда, ребят не всех знаю — только в деле станет ясно кто есть кто. За свою десантуру я спокоен…
Тут в закуток ворвался Валти. Как и все пилоты малотоннажников, он имел младший офицерский чин, поэтому ничем не терзался перед тем, как ворваться к собственному «сержанту». Да и давнее личное знакомство сказывалось.
— Эй, Скотче, — начал он прямо с порожка; потом заметил Мельникова и запнулся, разглядывая, кто это навещает командира когорты.
— А, — разглядел он спустя несколько секунд. — Застава! Привет.
При Мельникове можно было обсуждать все что угодно, это Валти прекрасно знал.
— Привет, Валти.
— Знаете, кого я только что у рубки встретил? — страшным шепотом спросил Валти. — Маримуцу и Раджабова! Видно, они нашим крейсером рулят и шли, надо полагать, на вахту. Маримуца уже капитан, между прочим. Так вот, он мне шепнул, что на носу атмосферные маневры и высадка!
— А мы тут как раз это обсуждаем, — небрежно заметил Скотч. — Правда, Андрюха?
Мельников только хмыкнул и подумал, что никогда во время войн не удается удержать в секрете приближающуюся операцию.
— А куда нас забросили, он заодно не шепнул? — осведомился Мельников спустя какое-то время.
— Нет, — сознался Валти. — Правда, спрашивал, знаю ли я, где мы находимся.
— И что?
— Ответил «на малом крейсере „Атлантика“». — Валти вздохнул. — Типа шутка.
— Они что, тоже не знают? — поинтересовался Скотч.
Валти взглянул на него странно:
— Тебя что, контузило? Чтобы вахтенные офицеры наблюдения не знали, где находится их корабль? Скотче, почаще из казармы выглядывай, мхом зарастешь.
— А вот у меня сложилось впечатление, — невинно заметил Мельников, — что на этом корабле вообще никто не знает наше точное местонахождение.
Валти только отмахнулся:
— Да не рассказывайте мне сказки. Я пилот все-таки, а не дуболом из штурмвзвода…
— Из чего из чего? — с притворной строгостью переспросил Скотч.
Валти отвалился от переборки и сделал реверанс:
— Вельми понеже, оговорился! Из штурмбанды. Так лучше?
— То-то же! — заметил Скотч назидательно. — Не фиг забываться!
И в тот же миг взвыла сирена. Тревога!
— Началось, — пробормотал Мельников.
Скотч взглянул на него с легкой укоризной:
 
— А ты говорил — два часа, два часа…
— Пошли. — Мельников не стал уточнять, что говорил он, строго говоря, не совсем это. Он просто вскочил из-за стола и выпихнул Валти из закутка.
Молодцы Скотча по одному выскакивали из кубрика и мчались к оружейке.
«Ну, — подумал Скотч. — Храни нас небо! Раз сунули всех не пойми в какое пекло, значит, некому больше разбираться. Все как обычно: никто, кроме нас…»
2
Задача была на первый взгляд простой и незамысловатой: высадиться, осмотреться, захватить пару-тройку аборигенов и незаметно подняться на орбиту, где поджидали крейсеры.
Аналитики, в том числе и Дейв МакГрегори, в данный момент вовсю изучали местные радио и телепередачи; для создания корректного переводчика этого было, в общем, вполне достаточно, если бы не одно «но».
Времени имелась лишь неделя. А значит, нужны были живые носители языка, иначе — не успеть.
Бот шел вниз в полном камуфляже. Скотч и его когорта также были облачены в разномастные пустотные комплекты, способные делать хозяев невидимыми. Без комплектов скучали только канониры: их орудия даже не расчехляли, ибо задание на сей раз было более характерным для разведки, чем для десанта.
Перед самой погрузкой в бот Скотч успел краем глаза проглядеть спецификации Тахира-четыре. Жарковато: жарче, чем на Земле или Табаске, мир ее праху. Влажно. Много кислорода, почти тридцать один процент, так что комплекты лучше пользовать по полной программе. Такую команду Скотч своим и отдал сразу же по посадке в бот.
Когорта у него была явно тертая: никто не мандражировал, никто не нервничал. Боевой пловец так и вовсе спал в нише. Братья Суондреды тоже дружно зевали. Солянка торчал в незатянутом перепонкой люке пилотской кабины и заглядывал Валти через плечо. Бот шел над облаками, постепенно снижаясь. Снаружи было солнечно и празднично.
— Эй, Солянка! — рявкнул Скотч. — А ну на место!
Тот обернулся: чучело чучелом с точки зрения бравого сержанта-десантника. Одет в какой-то легкомысленный цветастый комбез и кроссовки; на голове бандана с «Веселым Роджером». И когда только повязать успел? На физиономии написано неудовольствие.
— Давай, давай, нечего рожи корчить! — поторопил его Скотч и обратился ко всем сразу: — Ну что, братцы-смертнички? Попиратствуем?
По отсеку прокатились сдержанные смешки, хмыканье. С точки зрения солдат, последние год-два проведших в беспрерывных боях и не выпадающих у смерти из-под прицела, нынешний рейд выглядел просто увеселительной прогулкой. Однако…
Собственно, об этом и хотел рассказать Скотч.
— Там, внизу, наши искатели ковырялись. Под водой. Тихо-мирно ковырялись, никого не трогали. Так вот, их атаковали аборигены — непонятно, как засекли, непонятно, как сумели подобраться незамеченными, минуя охранные системы. Есть жертвы, правда, не люди — свайги. Однако разница небольшая — союзники как-никак. Так что вполне возможно, что и нас внизу поджидают не курортники на пляже, а регулярные войска. И нечего тешить себя мыслями, что они только-только в космос выходят и вооружены древними пулевиками. Кто начеку, тому и тазер не страшен, а кто спит на ходу, того и пуля-дура догонит. Уразумели? Комплекты проверить!
Скотч начинал привычно повышать голос, переходя на сержантский ор.
— Антигравы проверить! Оружие проверить! Не зевать! Эй, водолаз, давай, продирай глаза! Конрад, пни его!
Боевой пловец приоткрыл один глаз и жестом показал, что у него со снаряжением все о'кей. При этом он даже позы не изменил. Скотчу этого вполне хватило: чувствовались в пловце и внутренний стержень, и немалый опыт боевых действий.
— Друг друга поддерживать! Приказы слушать и, соответственно, выполнять не мешкая! И помнить: мы — наикрутейшие пираты всех времен и народов! Задание не выполнит никто, кроме нас!