Грязные новости (ЛП)

Все на работе уже были посвящены в то, что Лили получила пинок под зад после своего маленького выступления. Включая, по определению, Эйву и Гэри-Грэма-Гранта. Как бы там его ни звали.
Когда я вышел из ванной, Джуд стояла на балконе, облокотившись на белые перила, и смотрела на океан. Ее задница, обтянутая рваными черными джинсами, покачивалась из стороны в сторону, когда девушка стояла на одной ноге. Я все еще был завернут в полотенце, когда подошел к ней, обхватив ее живот сзади и втискивая свою эрекцию в ее задницу.
— Потратил немного сверхурочных, чтобы прикрыть твою задницу. — Я прикусил мочку ее уха, чувствуя, как тело Джуд покрывается мурашками от моего прикосновения.
— Похоже, ты все еще прикрываешь мою задницу, — нахально сказала она, покачивая своей круглой попкой, так что мой член теперь был между ее половинками через джинсы и мое полотенце.
Скользнув руками вниз, расстегнул пуговицу ее джинсов и сдвинул молнию вниз.
— Наклонись и держись за перила, Конверс. Будет немного жестко. — Я облизнул губы, одним движением стянув с нее джинсы и нижнее белье и уронив полотенце.
Я не был эксгибиционистом, поэтому снял номера по обе стороны от нас. Но, конечно, не собирался посвящать ее в свой уровень безумия. Что я могу сказать? Иметь возможность трахать Джудит Хамфри везде в комнате и за ее пределами было первоочередной задачей, и я не был гедонистом, но бронирование целого этажа было роскошью, которую себе позволил на эти выходные.
Раздвинув ее ягодицы, лениво похлопал по внешней стороне ее бедра, направляя свой член в ее уже влажную киску. На этот раз я хотел двигаться медленно и ровно. Последнее, что мне было нужно, это чтобы девушка перевалилась через край. В прямом, а не в переносном смысле.
— Ох, Селиан… — Мое имя на ее губах было молитвой.
— Да? — спросил я, толкаясь немного сильнее, наклоняя ее так, чтобы верхняя часть ее тела была на уровне моего члена, и кладя руку на ее нижнюю часть спины.
— Я скучала по этому, — всхлипнула она.
«Я скучал по тебе».
Но, конечно, она не смогла бы выжать из меня эти слова, даже если бы от этого зависела моя жизнь. Вместо этого я шлепнул ее по заднице.
— Не думал, что ты такая грязная девчонка, Конверс. И все же ты здесь, трахаешься перед ним.
— Перед кем? — След паники коснулся ее голоса, и я рассмеялся, схватив ее за волосы, трахая немного сильнее.
— Киплингом, — прошипел я, взглянув на ее блокнот, лежащий на кровати позади нас, рядом с книгой.
Вчера, после того, как Лили дала волю своему безумию в моем отделе новостей, я заметил как Джудит писала в нем вокруг глубокой дыры, которую моя бывшая проделала в ее блокноте, и мне пришлось подавить желание выскочить и прикусить ее нижнюю губу перед всеми. Верность Джуд, даже вещам, завораживала меня.
— Господи, — простонала она, когда я вошел в нее еще глубже. — Ты такой придурок.
— Так мне говорили миллион раз. Половину из них — ты.
Просунув руку ей между ног, потер клитор, облизывая шею, подбородок и внутреннюю часть уха. Мне не хотелось признавать, что Джудит чувствовалась иначе, что я делал с ней вещи, которые обычно не делал со своими любовницами на одну ночь. По сути своей я не был особо заботливым любовником. Я был не против попробовать киску, если она выглядела восхитительно, но если прикладывал свой рот к попке, то это означало, что я действительно без ума от девушки. А лизать и сосать каждую часть ее тела, пока трахаю? Это было впервые. Я даже не помню, что бы ласкал Лили таким образом.
Я почувствовал, как Джудит напряглась и сжалась вокруг меня, а затем кончила на мой член, ее задница задрожала у моего паха. Я хотел кончить так же сильно, как она, поэтому схватил ее за волосы и развернул, прижав к стеклу балконной двери.
— Безопасность прежде всего, — простонал я, безжалостно вколачиваясь в нее.
Когда мои яйца напряглись, я вышел, изливая свою сперму по всей нижней части спины девушки. Это было больше похоже на трах, а не на занятие любовью. Я в последний раз шлепнул Джуд по заднице и вошел в комнату, оставив полотенце на полу.
 
— Я закажу еду в номер. Приведи себя в порядок и дай мне знать, чего ты хочешь, потому что твоя киска вот-вот станет моим первым блюдом.
Мы так и не съели заказанного мной омара.
Джуд сказала, что обед в номере на отдыхе — ненормально и печально, что отпускные блюда отождествляются с сомнительной уличной едой из сомнительных грузовиков и с шоколадными батончиками, о существовании которых вы и не подозревали.
Она умоляла о пищевом отравлении, и я не мог ей отказать. И это была проблема, которую я начинал осознавать. В ее взгляде на жизнь было что-то свободное и приводящее в смятение. Ее отсутствие материалистической жадности одновременно ошеломляло и разъедало меня.
Так что мы пошли гулять по пляжу, ели кубинские бутерброды и пили чай со льдом на набережной. Еда была более жирной, чем волосы Элайджи, но все же странно сытной.
Потом Джудит спросила, умею ли я пускать «блинчики» по воде. Я ответил, что есть не так уж много вещей, которые не могу сделать, и имел это в виду. Я не упомянул, что наш слуга научил меня этому во время летних каникул в нашем замке в Сен-Жан-Кап-де-Ферра. Обычно я не стыдился своего элитного воспитания, но, по неизвестным причинам, решил держать это при себе.
Джуд попросила меня научить ее. Чем мы и занялись.
— Лучше всего плоские, круглые камни. — Я сунул ей в руку маленький камень, который нашел.
Она держала его в руке с улыбкой, похожей на ту, которой Лили одарила меня, когда я подарил ей обручальное кольцо. Оба были камнями. Только один из них стоил больше, чем целый автопарк «Бентли». Но Джуд заботили лишь значимые вещи, и это напомнило мне о том, чтобы посмотреть на ее ноги.
— Желтые? — спросил я.
Джудит озорно улыбнулась.
— Догадайся сам.
Мы пошли гулять дальше, и я не держал ее за руку, не целовал, даже не дышал в ее сторону, черт возьми, потому что не доверял себе, что не сделаю ничего из этого, если посмотрю на неё. Я разрывался между тем, как мне нравилось проводить с ней время, и ненавистью за то, что она заставляла меня хотеть того, что меня никогда не волновало.
— Как твои отношения с мамой? — спросила она.
«И вот мы официально на семейной территории. Замечательно, черт возьми».
— Все в порядке. А что?
— Иногда мне интересно, каково это — иметь маму.
Поднял бровь. Конечно я любил мать, но не мог сказать, что у нас были прекрасные отношения. Во-первых, мы были деловыми партнерами, и я знал, что она переедет меня за хорошую цену. И все же она была лучше отца, хотя это и не говорило о многом.
— Все зависит от матери. У меня такое чувство, что твой отец лучше обоих моих родителей вместе взятых, так что я бы на твоем месте не переживал, — пробормотал я.
— Мой больной отец, — добавила она.
— Ненадолго. Вторичные наросты уменьшаются, и он очень хорошо реагирует на лечение.
— Откуда ты это знаешь? — Джуд остановилась, все ее тело словно указывало на меня, как стрела.
Я пожал плечами.
— Я навещаю его каждое воскресенье, когда ты ходишь в библиотеку.
В этом не было ничего особенного. Мы оба были фанатами «Янки», и мне больше нечем было заняться. Карьера была моей жизнью, а это означало, что по воскресеньям у меня не было никакой жизни. Моя слабость к Роберту не имела ничего общего с Джудит, и я, конечно же, не хотел, чтобы она думала, будто я жду чего-то взамен. Кроме того, не хотел, чтобы у неё сложилось неправильное представление о наших с ней отношениях. Роб все еще был уверен, что она с Милтоном, так что я бы поставил деньги то, что Джуд тоже не рассчитывает, что наш статус приятелей по траху продлится в следующем сезоне.
 
— Не могу поверить, что ты не сказал мне, — Джудит улыбнулась, но не выглядела удивленной.