Сын Войны, Дочь Хаоса (ЛП)

— Имело ли что-нибудь из этого смысл?
— Не совсем.
Он заставил себя улыбнуться.
— Мы поговорим об этом позже. Ты пропустишь из-за меня фильм, — он взял содовую и протянул её мне.
Я сделала несколько глотков из своей банки. Было мило с его стороны взять на себя все хлопоты по приготовлению пирожных и принести мне фильм. Даже если я предпочла бы поговорить с ним.
Прошла пара минут, и я вдруг почувствовала непреодолимое желание уснуть. Я боролась с этим, моргая глазами, чтобы держать их открытыми. Было бы невежливо засыпать во время фильма Дейна, но я так устала.
«Я просто немного отдохну», — подумала я. Как только я это сделала, голоса из телевизора стали искаженными и казались далекими. Дейн вопросительно окликнул меня по имени. Я не могла открыть глаза, не говоря уже о том, чтобы ответить ему. Затем всё стихло.
Я не знала, как долго я спала. Картинки из школы смешивались с другими местами, где я была. Рорк, Дейн и футбольная команда устроили потасовку на голубом льду ледника, на фоне Великой Китайской стены. Наконец, я смогла открыть глаза.
Я лежала на диване. Фильм мелькал на экране телевизора. Дейна поблизости не было. Я села, пытаясь прочистить голову. Сонливость навалилась на меня, придавила. Мебель казалась размытой по краям. Я не могла понять, что происходит. Почему всё было приглушенно? В поле зрения попала банка с содовой на кофейном столике, и мне пришла в голову мысль: Дейн накачал меня наркотиками.
Но он бы этого не сделал.
Должно быть, я заболела или что-то в этом роде; вот почему у меня так кружилась голова. Я оглядела комнату. Куда же он делся? Разве он не остался бы со мной, если бы я необъяснимым образом потеряла сознание? Неужели он пошёл за помощью? Я встала, пошатнулась и начала делать медленные шаги в шатающуюся кухню. Я держалась за стойку, чтобы не упасть. Вся моя концентрация ушла на то, чтобы переставлять одну ногу за другой, пока я не добралась до шкафа с витаминами. Я схватила бутылку Альтовенено и открутила крышку. Каждое действие казалось медленным, как будто я была под водой. Я положила таблетку на язык, позволив ей полежать там мгновение, прежде чем прожевать и проглотить.
Сначала ничего не происходило. Затем мир стал чётче, и сонливость покинула мой разум. Именно тогда я поняла, что шум в доме доносился не только из телевизора. Из коридора донеслись мягкие глухие звуки. Это должно быть был Дейн. Когда я найду его, он всё объяснит.
Возможно, мой разум был не совсем ясен, потому что я не обдумала один факт, пока шла, с каждым шагом становясь всё увереннее, к коридору. Альтовенено сработало, а это означало, что, несмотря на то, что я ранее пришла к выводу, что я больна, на самом деле я была под наркотиками. И только Дейн мог это сделать.
Этот факт не до конца прояснился в моей голове, пока я не добралась до комнаты Рорка. Дейн стоял перед комодом Рорка, роясь в ящике. Он достал тонкий хрустальный флакон с розовой жидкостью.
С ужасной сокрушительной болью в сердце я поняла, что происходит. Дейн не был каким-то милым парнем из школы. Он был вором, преступником, и он накачал меня наркотиками, чтобы порыться в вещах моей семьи. У нас в доме были бесценные артефакты. Понял ли он это в тот первый день, когда приходил сюда? Это ли он искал?
В моём голосе зазвучал гнев.
— Что ты делаешь? — у меня была целая куча оскорблений, готовых обрушиться на него.
Он обернулся на звук моего голоса. Его глаза горели зелёным светом.
ГЛАВА 7
Все звуки замерли на моих губах. Я сделала неуверенный шаг назад, не в силах вымолвить ни слова. Страх пульсировал во мне. Я повернулась и побежала в ближайшую комнату, комнату отца. Послышались шаги Дейна, он шёл за мной. Я проскользнула внутрь и захлопнула дверь.
Трясущимися руками я потянулась к засову. Он ворвется ко мне, если я вовремя не запру дверь. Я повернула рычаг, умудрившись запереть замок как раз перед тем, как Дейн схватился за дверную ручку. Он быстро и бесполезно повернул её.
 
— Эйслинн, нам нужно поговорить. Впусти меня.
Я отошла от двери, тяжело дыша. Я не могла избавиться от образа глаз Дейна, светящихся зелёным. Враг был настоящим. Реальным. И Дейн был одним из них.
Мне нужно было оружие. Я оглядела комнату. Мебель была скудной, комод, заваленный книгами, двуспальная кровать и ночная тумбочка. Ничего, что я могла бы использовать. Папа всегда держал бейсбольную биту под кроватью. Я схватила биту и крепко сжала её. Я должна была позвонить в полицию, нет, я должна была позвонить отцу. Где был мой телефон?
— Эйслинн, впусти меня.
Дейн не дождался моего ответа и резко бросился на дверь. Она содрогнулась от удара. Обычная дверь раскололась бы. Усиленная сталью — выдержала. В конце концов, мой отец был прав, установив их.
Я ощупала карманы и поняла, что мой телефон лежит в рюкзаке у входной двери. Я запаниковала, пока не увидела беспроводной телефон у кровати моего отца. Я подбежала к нему, подняла трубку и услышала гудок. Хорошо. Дейн не перерезал телефонную линию.
Дверная ручка снова повернулась.
— Я не собираюсь причинять тебе боль. Если бы я хотел причинить тебе боль, я бы сделал это, пока ты была без сознания.
— Убирайся прочь! — я набрала номер отца.
Прозвучал один гудок. Я затаила дыхание, ожидая, когда он возьмет трубку.
Голос Дейна понизился:
— Я знаю, кто убил твою мать. Это была не автомобильная авария.
У меня пересохло во рту. Моё дыхание застряло в лёгких, как будто меня ударили. На втором гудке трубку снял мой отец.
— Привет…
— Помоги мне! — слова вырвались у меня из горла. Я не знала, как всё объяснить, поэтому говорила почти бессвязно: — Дейн — враг. Он в коридоре. Я заперта в твоей спальне.
— Что? — спросил папа.
— Глаза Дейна светятся зелёным. Он…
— Я буду через несколько минут, — в папином голосе было напряженное спокойствие. — Оставайся на линии. Не открывай дверь. Он не сможет добраться до тебя.
— Мне нужно позвонить в полицию.
— Нет, я позабочусь об этом. Я сейчас сажусь в машину.
Дейн ударил чем-то по стене, может быть, кулаком.
— Эйслинн, послушай меня. Моя мать дружила с твоей. Твоя мама была одной из нас, ты ведь знаешь это, не так ли?
— Я тебе не верю! — крикнула я в ответ.
Мой отец что-то сказал по телефону, но я не расслышала, что именно. Голос Дейна был слишком громким.
— Она была Хорусианкой. Выходи, и я тебе это докажу.
Я не собиралась выходить. Я сделала шаг назад. Я была почти прижата к противоположной стене.
— Поторопись, — сказала я в трубку. — Поторопись.
— Тебе не обязательно оставаться со своим отцом, — крикнул мне Дейн. — Мы не причиним тебе вреда. Я обещаю.
Мы? Мы? О ком он говорил? Был ли в доме кто-то ещё?
— Ты накачал меня наркотиками! — крикнула я.
Голос Дейна понизился, стал спокойнее.
— Пожалуйста, выйди, чтобы мы могли поговорить об этом, как нормальные люди.
— Нормальные люди? — я почувствовала, как внутри меня закипает истерия. — У тебя светящиеся зелёные глаза. Это не характерная черта нормального человека.
— Пожалуйста, — повторил он.
Я не ответила.
— Тогда, ладно.
Он издал низкий звук, нечто среднее между вздохом и стоном. Затем наступила тишина. Я ждала, что он сделает дальше.
— Ты в порядке? — спросил папа. — Что происходит?
— Я не знаю. Здесь тихо.
Мои мысли метались бесцельно, как листья, застигнутые бурей. Враг был настоящим. Папины истории были правдой. Дейн побывал в комнате Рорка и кое-что знал о моей матери. Её смерть не была несчастным случаем. Враг, должно быть, убил её, и Дейн знал, кто это сделал. Я чувствовала себя такой же оскорблённой этим фактом, как и тем, что он накачал меня наркотиками и обыскал наши вещи.
— Он мог уйти, — сказал папа. — Или их может собраться больше. Не выходи из комнаты.