Штурмуя Лапуту (СИ)

… стоял перед здоровяком, с любопытством смотрел в лицо. Наверное, две четверти гоблина, одна человечья, да кто-то еще отметился. Хотя глаза красивые, телячьи этакие, большие. Не-не, эльфы здесь на редкость низкорослы, кто-то иной влез в гены парня. Уточнять как-то некорректно…
… руку, вооруженную массивным тесаком, Укс пропустил над собой, прихватил за запястье, одновременно ударил локтем в лицо — пришлось слегка подпрыгнуть. Главарь ошеломленно фыркнул, на миг обмяк… Укс вывернул ему кисть, сустав хрустнул…
… двое в канаве бултыхаются, делают вид, что выбраться пытаются, в схватку немедля вернуться. Но берег-то жутко скользкий, вылезти сложно. Оно и разумно — в прохладных какашках плавать сейчас безопаснее. Тем более схватка уже закончилась.
— Порезы замотайте и в следующий раз смотрите, на кого пасть разеваете, — равнодушно посоветовал Укс, поднимая торбу и один из ножей, тот, что посимпатичнее.
Вышел на Арлекино-Арлекино-стрит, здесь горели фонари, было людно, гуляли разряженные горожане, занимали бульварные лавочки милые девушки обманчиво невинного вида, красиво подбирали стройные ножки. Начиналась ночная трудовая жизнь относительно приличного района. С Уксом никто не заигрывал — видно же, что человек с работы идет, транзитный, тратиться не станет. Оно и верно — сегодня в дневную смену отработал, пусть без высшего пилотажа, но полезно.
* * *
Лоуд сидела в кресле на прежнем коридорном месте, изучала газеты. Словно никуда и не отлучалась. Хотя нет: и газет прибавилось, и чай в подстаканнике рядом стоял, и приоделась.
— Полагал, тут такого не водится, — удивился пилот, указывая на мельхиоровый подстаканник.
— Антиквариат импортный, для меня подыскали. А лимона для чая у них нет, «не принято», видите ли. Вот — с апельсином пью, мучаюсь, — проворчала Профессор, складывая газету. — Как прошло? Денежек добыл, мы видели. В остальном?
— Вроде бы нормально. Расскажу. Ты как?
— Ничего уникального. Город как город. Пресса по уровню так себе. Ты изучал?
— Успел только «Королевский труд» глянуть.
— Фи, это же таблоид беспонтовый. Ладно, иди. Ждет, волнуется, переживает. За ужином перетрем по инфе.
Укс стукнул в дверь номера.
— Открыто, — отозвался тихий голос.
Вот сразу полегчало.
Фунтик что-то шила за столиком. Глянула:
— Жив, господин пилот? А я вот тут со «шмотками» занимаюсь, как изволила выразиться Профессор…
Даже Логос ужаснется — какой взгляд карих глаз жутко неуверенный. Каждая встреча — как в первый раз. Неужели такое счастье многократно будет?
Укс улыбнулся, и девчонка повисла на его шее, зашептала:
— За полдня отвыкла, прямо и не верилось…
— Угу…
Поцелуй, как отчаянное пике с треском лопающихся стоек крыльев… только не увлечься.
— Ох… Тебе много с одеждой заканчивать? Ужинать пойдем?
— Ужин непременно. Я пока металась, только яблоко съела. Удивительные тут яблоки, вкусные. Сейчас закончу. Посмотри пока — подойдет костюм?
Штаны, куртка, рубашка… неброские, без понтов, но если добавить аксессуаров, выйдет весьма прилично, а если обмять-притрусить пылью, так и с городскими дворниками-крысюками можно вести свободные беседы, опасаться гостей не станут. На одежду у Фунтика чутье безупречное, это давно понятно.
С шитьем виртуозка иглы закончила мгновенно. Укс с удовольствием наблюдал, как она переодевается. Спина хрупкая, почему-то именно этим немыслимо соблазнительная.
— Как?
— Идеально. Прилично, не запоминается, то что нужно для работы.
Темно-синее платье, закрытое, с глухим воротом и символической отделкой. Все равно видно, какая стройненькая и…
— Так мы работать и собираемся? Или нет? Могу иначе подогнать, — Фунтик чуть прибрала ткань на бедре: линия ног мгновенно очертилась, даже подвязка чулка проступила, резко обрисовалась грудь и талия.
— Ты все же магичка, — пробормотал Укс. — Сейчас без ужина останемся.
— Только не это! Извращенец! — ужаснулась подруга.
Готовили в «Свинцовом удоде» недурно — заведение оправдывало рекомендации. Научная группа вдумчиво управилась с вкуснейшей похлебкой, потом перешли к карпу, запеченному с морковью.
— Умеют, этого не отнять, — отметила Лоуд, смакуя тающую рыбью мякоть. — Даже думать ни о чем не хочется. Но надо. Предлагаю, дабы сократить дискуссию и избежать давления руководящих авторитетов, для начала обменяться конечными выводами.
— Доедай уж спокойно, — Укс придвинул бывшей оборотнихе блюдо с рыбой.
— Великодушный какой стал, — проворчала напарница, любуясь еще оставшейся третью здоровенного карпа. — Нате, пишите.
Укс положил вилку, взял профессорский блокнот, написал вывод, листнул страницу, передал блокнот Фунтику, девушка что-то нацарапала карандашиком. Профессор оторвалась от практически опустевшего блюда:
— Итак, вот мой вариант, и сводим результаты. Угу, «Дарк, известный как Кадавр. Военн.» Понятно. «Дохляк по имени Кадавр». Ясно. Слушай, Фунт-Лиха, тебя кто и где писать учил? Буквы внятные, печатного начертания, но это даже не почерк, а подражательная клинопись пятилетнего ребенка. Я не в порядке критики, просто любопытно.
— Меня никто не учил. Сама, — кратко ответствовала Фунтик.
— Тогда понятно. Для промежуточного итога вольного самообразования весьма недурно. Ну, беглый почерк тебе друг сердца живо поставит, у него когда-то каллиграфический стиль намечался, — задумчиво пробухтела Профессор. — Мой вариант, как вы уже догадались, «лохер, известный как Кадавр». И вот тут меня терзают смутные сомнения. Раз варианты совпали, значит, нет места настоящей дискуссии, истинному мозговому штурму. А это нехорошо. Не нравятся мне эти четкие сюжетные законы и ограниченность здешних версий. Хрень какая-то. Ладно, чай-то и сладкое нам подадут или нет?
На «сладкое» у Профессора был бутерброд с маслом и любовно разложенными последними ломтиками карпа. Остальным партнерам достался яблочный пирог. Пили чай, негромко обсуждали.
Ситуация выглядела слегка парадоксальной. В Тануффере обитала уйма докторов, лекарей, знахарей и целителей. Проблема была в том, что все они специализировались на врачевании своих рас. Единой медицинской науки в королевстве не существовало в принципе. Безусловно, имелись отдельные маги-лекари, готовые лечить кого угодно и даже охотно гарантировавшие положительный результат, но эти «лекари» имели стойкую репутацию шарлатанов, коими, видимо, и являлись. Идти же с оригинальной проблемой здоровья коки-тэно к опытному человеческому, гномьему или эльфийскому специалисту было заведомо бесполезным делом.
…— А оборотней здесь нет в принципе, — вздохнула Лоуд. — Считаются вне закона, уничтожаются на месте. Исходя из непростой криминогенной обстановки, это отчасти оправданно. Да и что толку в вервольфах и беролаках, у меня же принцип мимикрии совершенно иной.
— Последнее, извините, я не совсем поняла. Полагаю, этот Кадавр может дать ценный совет, по слухам, он лучший и вполне признанный мудрец столицы. Остальные не то что глупые, но все строго специализированные, — сказала Фунтик. — Обращаться к ним только время терять. Но я в подобных делах не очень разбираюсь.
— Да кто в них разбирается? До сих пор у Лоуд возникали проблемы со здоровьем иного рода, — пояснил Укс.
— Вообще-то здоровье я после близкого знакомства с людьми здорово подорвала, — намекнула Профессор. — То наркомания, то простуды, то травмы головы, то желудок. Нужно время выбрать и в Кисловодске отдохнуть. Или на лечебных грязях.
Лоуд немедленно вписала сию здравую идею себе в блокнот и вернулась к проблемам текущего дня:
— Значит, Кадавр. Странное у него «погоняло», сомнительное, франкоязычное, может, его предки натурально лягушек ели. Впрочем, нет смысла заранее претензии выкатывать. Вот как до него добраться? Один из самых охраняемых объектов города…