Сиделка (СИ)

— А вы знаете, какие у меня обязанности?
— Я знаю только одно, что ты здесь не хозяйка. Ты — прислуга, делающая так, чтобы мне было хорошо. Сейчас мне не хорошо. Понятно?
— Более чем. — Поднявшись на ноги, я метнула осуждающий взгляд в Егора. Он глядел на меня в своей обычной манере: холодно, с кусочками льда в глазах. — Ваша прислуга готова исполнять поручения. — И больше не сказав ни слова, первая двинулась к тропинке, слушая позади шуршание колес.
Весь путь меня не отпускал наш последний диалог. Я злилась, обижалась, чувствовала себя каким то куском никчемности. Нет, в словах Егора несомненно была истина. Но звучало всё так оскорбительно, с издевкой, что стало вдруг обидно. В работе нет ничего постыдного, особенно в моем случае, когда я абсолютно ничего не делаю, кроме как пытаюсь наладить контакт с мужиком с козлячьим характером. Сам факт того, как к тебе при этом будут относиться. Даже от самой легкой работы можно словить стресс, несмотря на железный характер. В общем, обида перекрыла здравый смысл, и я больше не разговаривала и не пыталась разговорить Егора. А он, стило добраться домой, скрылся с моих глаз. До самого вечера я скиталась по квартире. Познакомилась с Зинаидой Семеновной, худенькой женщиной с каппой рыжих волос и золотыми руками. Она оказалась очень доброжелательной и даже научила меня готовить любимый яблочный пирог её ненаглядного Егорушки. Ужинала уже по привычке, в одиночестве. А когда ложилась спать, увидела непрочитанное в телефоне сообщение от того, кого уже успела позабыть.
  
Глава 9. Лысый из Бразерс
 
— Егор Павлович, как ваше настроение?
Молодая девушка в белом халате и с уложенными в крупные локоны волосами ставит на столик небольшой чемоданчик и при этом не сводит с Егора лукавых глаз. Нет, правда, они буквально искрят от желания обратить на себя внимание этого урюка. Вот только сам объект симпатии погружен в свои мысли и не замечает, как девушка пыжится, сгорая от желания при первой возможности выпрыгнуть из трусов.
Всё это я наблюдаю чуть больше тридцати минут, за которые так называемая медсестра трещит без дела, а свои обязанности выполнять не спешит: «Как ваши дела, Егор Павлович? Отлично выглядите, Егор Павлович. Вы мой самый лучший пациент, Егор Павлович.» А накрасилась так ярко она, видимо, чтобы Егор Павлович ослеп от красоты неземной и не только не ходить, но и видеть ничего не мог. Я только успеваю глаза закатывать, да молча вздыхать, тихонько отсиживаясь в кресле с телефоном в руках. Порой так и подмывало что — нибудь ляпнуть, только вот прислугам слова не давали. Да и, честно говоря, не слишком то и хотелось. Вместо этого я разблокирую экран и, войдя в интернет, пролистываю вчерашнюю переписку в самое начало.
Лысый из Бразерс: «Привет. Не против пообщаться?».
Я: «Ну привет. Я надеялась, что ты удалил мой номер».
Лысый из Бразерс: «Не фортануло?».
Я: «К сожалению. С чего этот внезапный энтузиазм? А главное, зачем?».
Лысый из Бразерс: Меня не отпускала наша договоренность. А я, между прочим, ночь не спал, ждал твоего сообщения. Волновался».
Я: «Так волновался, что написал фиг знает через сколько времени? Смешной ты, конечно.».
Лысый из Бразерс: «А ты красивая. Не могу забыть твои глаза.».
Я: «А я твою лысину (смеющийся смайлик.) Хочешь узнать, как я твой номер забила?».
Лысый из Бразерс: «Теряюсь в догадках.».
Я: «Лысый из Бразерс.».
Лысый из Бразерс: «Серьезно? Даже не знаю, то ли ты мне польстила, то ли оскорбила.».
Я: «Считай, что просто поржала.».
Лысый из Бразерс: «Любишь юмор?»
Я: «А есть кто его не любит?». Жизнь сама по себе одна большая шутка. Без этого сложно прожить.».
Лысый из Бразерс: «Не смею с тобой не согласиться.».
Я: «Так для чего ты написал?».
Лысый из Бразерс: «Честно? Не знаю. Просто увидел твой номер и вдруг захотелось. На самом деле я редко пишу первый. Я вообще очень редко общаюсь с девушками.».
Я: «Только не говори, что ты из этих.».
Лысый из Бразерс: «Не говорю)».
 
Я: «А в чем тогда причина?».
Лысый из Бразерс: «Ни в чем. Просто так сложились обстоятельства.».
Я: «Ок. Ладно. Не хочешь обсуждать, я поняла. Скажи хотя бы, как тебя зовут? Или мне обращаться к тебе по прозвищу?».
Лысый из Бразерс: «Максим.».
Я: «А я — Алиса.».
Лысый из Бразерс: «Знаю.».
Я: «Откуда?».
Лысый из Бразерс: «Номер твой по гет контактам пробил.».
Я: «Умно. А можно вопрос?».
Лысый из Бразерс: «Валяй.».
Я: «Ты веришь в бога?».
Лысый из Бразерс: «Только не говори, что ты из этих.».
Я: «Не буду)))».
Лысый из Бразерс: «))))».
Я: «Ладненько. Уже поздно. Мне пора спать. Спокойной ночи.».
Лысый из Бразерс: «Не против, если мы с тобой продолжим общение?».
Я: «В качестве кого? Сразу говорю, подкатывать ко мне не стоит, это мимо. Уж извини, ты не в моем вкусе, и я в принципе пока не готова впускать кого — либо в свою жизнь. Но на общение просто ради общения вовсе не против.».
Лысый из Бразерс: «Этого для меня достаточно) приятных снов)».
Заблокировав телефон, я с идиотской на губах улыбкой поднимаю голову и сталкиваюсь с пронзительным взглядом Егора. Он смотрит на меня серьезно, будто в душу пытается заглянуть, а когда я выгибаю бровь, тут же отворачивается.
— Ой, Егор Павлович, ну вы такой смешной — хихикает грудастая актрисулька, разминая Егору шею.
Подогнув под себя ноги, подпираю щеку ладонью, упираясь локтем в подлокотник кресла, и со скучающим видом наблюдаю за этим цирком, периодически морщась от того, насколько прозрачно эта Катя или Надя проявляет интерес к Егору. Особенно когда она как бы случайно трется своим четвертым размером о его части тела. Вот что она себе позволяет? Взрослая девушка с медицинским образованием, а как не профессионально себя ведет. Пфф. А этот тоже хорош. Где — то только так оскорблениями пуляется и важничает, а где — то язык проглотил, будто не замечая. Ну ладно, хозяин, как говориться барин. Может у них между собой фетиш такой. Я ж первый раз на их встрече присутствую и кажется единственный. Достаточно для меня представлений. Я сама скоро уже ослепну, или оглохну, или вообще с ума сойду.
— Я, кстати, где — то читала, что чтобы заинтересовать мужчину, хватает лишь одного взгляда. А вы как считаете, Егор Павлович?
— Ну и дура. Цитат из «ВКонтакте», что ли, перечитала? — Бурчу себе под нос, но, видимо, не настолько тихо, потому что две пары глаз мгновенно переключают на меня свое внимание. Один — холодный, незаинтересованный. Второй — пылающий огнем, раздражением и брезгливостью. Думаю, не сложно понять, кому принадлежит первый, а у кого скоро порвет одно место от выпучивания глаз.
— И что вы так на меня уставились? — фыркаю я, вздернув подбородок.
— Да так — шипит эта змея, продолжая глазеть на меня и одновременно наминать Егора. Точнее его шею — Слышали поговорку? Дураков не сеют, они сами родятся.
— Ага, — изо рта вырывается смешок. — А ещё я слышала вот такую поговорку: Если дурак будет думать, что он умный, то сколько ему не говори, что он дурак, мало что изменится.
Катя — Надя надулась, словно воздушный шар, который сейчас то ли лопнет, то ли взлетит высоко — высоко. Её лицо покрылось красными пятнами, а зубы сильно стиснулись. Чувствую, назревает скандал. Прямо интересно, что эта барби, косящая под умную, выкинет следом.
— Надежда — раздался спокойный голос Егора, и эта курица тотчас расплылась в улыбке богомолихи. Я конечно не знаю, как они улыбаются и улыбаются ли вообще, но почему — то представляю именно вот так: кровожадно, с жаждой затащить в свои сети и при первой возможности сожрать.
— Да, Егор Павлович. Слушаю вас.
Слушает она. Вот же идиотка. И почему эта медсестричка так раздражает?
— Я думаю на сегодня достаточно. Увидимся в пятницу — его голос строг и не терпит возражений, отчего он становится похожим на своего отца. Павел Викторович тоже с виду божий одуванчик. Кажется на первый взгляд безобидным и в какой то степени бесхребетным. А как рот откроет, сразу же превращается в Миранду Пристли [персонаж фильма «Дьявол носит Прада»].