Дети за куполом (СИ)

— Вот так встреча, — весело сказал он, обращаясь к Карине. — Смотрю, у тебя всё сложилось? Я рад, — он повернулся к Марку. — Никест. Можно просто Ник.
Без особого труда подхватив увесистую коробку с циклофора Карины, он повёл их в дом. Внутри убранство оказалось ещё проще, чем снаружи: одна большая комната с койкой, печкой, грубым столом и парой стульев. Только в центре громоздилась металлическая конструкция, уходящая под крышу и смахивающая на уменьшенную копию одной из опорных вышек Кумсоры.
— Вам уже говорили, что вы шикарно смотритесь рядом? — Никест сразу же вскрыл посылку и вытащил чёрный металлический короб. Оглядел со всех сторон и опустил в гнездо в основании своей минибашни.
— Не раз, — усмехнулся Марк, глянув на наставницу сверху вниз.
Опорник хлопнул ладонью по аппарату, и тот издал неприятный писклявый звук.
— Садитесь, сейчас закончу и покормлю вас, — он глянул на Марка и подмигнул: — Эй, атр, она тебе рассказывала, как мы встретились? — Марк потряс головой, и ритм с готовностью продолжил: — Я тогда студентом был, практику проходил на базе в Мендре… И тут заявляется: вся оборванная, ноги в кровь, глазищи горят. Требует отвести её в корону… Так, сейчас не пугайтесь!
Воздух вокруг дрогнул, словно от удара. Металлический ковшик сорвался с гвоздя на стене и с грохотом упал на пол.
— Оп-па! — рассмеялся Никест, глядя на растерянные физиономии форсов. — Надо подрегулировать. Так вот… И потом она слово за слово обменивается любезностями с нашим командиром и уделывает его, как мальчишку, одним ударом…
— Не было такого, — тихо возмутилась Карина. — Он принял меня за сумасшедшую, не поверил, что я ренна. Пришлось доказывать…
— Но ты его опрокинула на землю! Взрослого рена, — со смехом напомнил опорник, оборачиваясь.
— Он не защищался, потому что не верил, что я что-то могу, — кисло отозвалась рубра, уставившись в окно. — А я не умела контролировать силу, не рассчитала…
Ритм пожал плечами и повернулся к своей машине, лишь снова предупредил, чтобы не дёргались. Пространство опять вздрогнуло, но уже гораздо мягче.
— Работает, — сообщила Карина, по-прежнему глядя в окно. — Надо же, без подпитки…
Марк тоже выглянул — сначала ничего не заметил, но потом рассмотрел переливчатые блики на поверхности барьера, окружившего домик.
***
Опорник кормил форсов тушёным мясом с картошкой и хмурился, пока те рассказывали про затопленную низину и стычку с фетами-охотниками.
— Вообще-то странно, — задумчиво заключил он. — Так-то они нормальные ребята. Я у них покупаю продукты. Вон, мясо в котелке — их добыча. Разве что их кто-то разозлил до вас…
Он вскочил и пару раз прошёлся вокруг своей башни, где тихонько гудел новый протер.
— Может, есть третий путь? — поинтересовалась Карина. — Не хотелось бы снова наткнуться на тёплый приём.
— Да, с паводком не вовремя вышло, — почесал затылок Никест. — Придётся вам делать здоровенный крюк, объезжать их лес. В короне вас не потеряют?
— Я предупрежу, — коротко отозвалась Карина, дотрагиваясь до груди, где висел камень Орта.
— А, точно, — поморщился ритм. — Я и забыл, что этот тебя под крыло взял. Слушай, — он отвернулся, будто бы не придавая большого значения своим словам, но Марк почувствовал, что вопрос назревал уже давно, — а как там Тарита?
— Что? — Карина растерялась. — То есть, ты последних новостей ещё не слышал? Нет, с ней ничего не случилось, — торопливо добавила она, когда опорник испуганно повернулся. — Просто Илур больше не лидер. Ликтор устроил переворот… А это — камень моего наставника, он тоже нотт.
— Переворот? — ошарашенно повторил опорник. — У меня же связь только через звукачи, и никто ничего… А последние гости были давно. Когда успели?
— Семь дней назад, — подал голос Марк.
Никест недоверчиво покачал головой и снова повернулся к Карине, уже не притворяясь, что тема ему безразлична:
— Так она ещё с ним? Вы с ней видитесь? Всё в порядке?
— Да, — чуть улыбнулась рубра, отвечая сразу на все вопросы. — Не переживай, я за ней приглядываю.
 
***
— Тарита — это ведь твоя опекунша? — спросил Марк, лишь только они отъехали от базы. — Жена лидера?
— «Бывшего лидера», Марк.
Нотт лишь отмахнулся. Не у него одного язык всё ещё не поворачивался называть Ликтора новым именем.
— И когда Никест привёз тебя в корону…
— …Попросил Тариту обо мне позаботиться. А потом она сошлась с Илуром. Так всё и сложилось.
Марк помолчал, но долго не выдержал:
— Как ему удаётся так долго жить вдали от своего кнотиса? Я бы не сказал, что ему совсем плохо…
— Говорю же, тяжело только сначала, а потом привыкаешь, — пожала плечами наставница. Её рука непроизвольно коснулась живота. — Заметь, это был его выбор — никто не мешал ему остаться в короне. Так, нам вроде бы сюда…
Тропинка, на которую советовал свернуть Никест, вильнула вокруг горы, прорезала небольшой участок редколесья и вывела на дорогу вдоль кромки леса. Следы колёс и лошадиных копыт были свежие, и Марку пришлось поднапрячься, непрерывно прочёсывая окрестности на наличие людей. Это выматывало. Наставница косилась сочувственно и устраивала привалы чаще, чем раньше.
К вечеру снова пошёл дождь — но не проливной, как накануне, а противный, моросящий, зябкий. Карина мрачнела и дрожала — плащ не спасал от ледяной всепроникающей сырости.
Дежурить снаружи палатки в этот раз смысла не было, и они просто забрались внутрь, оставив мокрые плащи на улице. Спиной к спине — так теплее — провалились в сон. Марк спал беспокойно, то и дело просыпаясь, чтобы мысленно обшарить округу.
Крепко уснул лишь под утро. И тут же — как ему показалось — был безжалостно растолкан старшей. Не в силах даже возмущаться, покорно поднялся, собрался и вскарабкался на циклофор.
***
Лес сменился пустынной, скалистой равниной, а та к вечеру вздыбилась знакомыми авийскими холмами.
— Да и чёрт с ними, — пробормотал Марк, вглядываясь в пыльное облако у самого горизонта. — Что они нам сделают? Всего пятеро…
Наставница смотрела молча, ехать дальше не торопилась. Только когда едва угадываемая точка перевоза вдали скрылась за очередным холмом, словно очнулась:
— И правда…
Марк выдохнул и тронулся следом.
Конечно, можно бы было снова съехать с дороги, затаиться где-нибудь в низине — но так уже, честно говоря, надоело. Те редкие путники, от которых они прятались до этого, оказывались безобидными торговцами. Последний раз не стали, проехали мимо. Люди скользнули удивлёнными взглядами по циклофорам, дружелюбно окликнули. Рены ответили коротким приветствием, и на том всё закончилось.
Но в этот раз всё же следовало спрятаться, понял Марк, когда перевоз вынырнул из-за вершины уже совсем недалеко.
— Военные, — сквозь зубы сообщил он старшей. — Попробуем свалить?
— Поздно, — спокойно откликнулась та. — Лицо попроще. Мы ничего плохого не делаем и знать не знаем ни о каких колдунах. Если вдруг что — сразу барьер.
До последней минуты Марк надеялся, что обойдётся…
— Далеко путь держите, молодёжь?
Солдат рядом с водителем фургона лениво высунулся в окно, с любопытством разглядывая парочку. Говорил он по-авийски, но на лицо казался эспийцем — светлая кожа и волосы, глаза голубые. Ещё трое, судя по всему, сидели в кузове.
— До Виса, — коротко ответил Марк. Они с наставницей заранее условились, что в случае чего говорить будет он.
— Чего не на поезде-то? — удивился военный, подозрительно прищурив глаза с бесцветными ресницами.
— Тренируемся, — развёл руками нотт, указывая кивком на свой циклофор.
Он успел бросить быстрый взгляд внутрь кабины. Оба человека были вооружены до зубов. Наверное, и те трое в кузове тоже.
— А-а-а, спортсмены, значит, — протянул солдат и тоже уставился на двухколёсный транспорт. — Что за модель? Никогда таких не видел.
Марк похолодел — угораздило же напороться именно на того, кто соображает в циклофорах!