Дети за куполом (СИ)

— У нас разве есть время тренироваться? — сонно спросил он.
— Нет, — она села рядом, прислонившись спиной к стволу. — Да и заметить могут.
Редкие прозрачные облака пробегали по небу, каждый раз слегка приглушая солнечный свет. Повернув голову, Марк из-под полуприкрытых век следил, как она отрешённо дожевывает свой обед, глядя куда-то вдаль. Они сейчас совсем одни, вдвоём посреди безлюдной степи…
Он раздражённо фыркнул и потряс головой, пытаясь выкинуть оттуда дурацкие мысли.
— Ты чего?
— Ничего, — буркнул он. — Это, знаешь ли, немного сложно… Когда ты всё время рядом, и при этом не думать… Ты не представляешь!
— Вообще-то представляю, — спокойно ответила она.
Марк повернул голову. Наставница прикрыла глаза и предложила:
— Начистоту?
Он резким движением сел.
— Давай. Что у тебя с Ортом?
— Ничего. Он мой наставник, Марк. Мой куратор. Ещё у нас с ним есть парочка общих дел. И да, если тебя именно это интересует — мы близки. Были. Но сейчас он с Нисой, ты должен был уже понять.
Марка словно холодной водой окатили — такого откровенного ответа он не ожидал.
— Тогда почему…
— Говорила же — не хочу. Ни с Ортом, ни с тобой, ни с кем-нибудь ещё. Мне это не нужно и не в радость. Мы с тобой друзья — но не больше. Прояснили?
Марк растерянно кивнул, и Карина, усмехнувшись, спросила:
— А что у тебя с Ниланой?
— С Нила… Зачем тебе?!
— Просто интересно, — пожала плечами она. — А что? Я тебе всё честно выложила, заметь.
Марк несколько секунд смотрел в лицо наставницы — ситуация её явно забавляла, и вот это выражение сейчас очень живо напоминало Ортея.
— Не очень, — сдался наконец он. — А между прочим, она мне со средней ступени нравилась. И тут, когда мечты сбылись и уже было всё так хорошо … — он махнул рукой и откинулся обратно на землю. — Не тянет больше к ней, и точка. Вместо этого всё время ты в голове. Но нельзя же теперь просто взять и бросить…
Карина какое-то время молчала, а затем тихо произнесла, растеряв всю насмешливость:
— Пройдёт… Рано или поздно станет легче.
Марк лишь скривился — легко ей говорить. Или, может, не так уж и легко…
***
— Замечательно, — резюмировал он, любуясь раскинувшимся внизу видом. — Это что, река так разлилась?
Старшая тоже растерянно оглядывала огромную, сплошь залитую водой низину. Далеко впереди виднелся берег — склон очередного холма — но до него было добрых несколько сотен метров грязной воды с торчащими тут и там верхушками деревьев.
— А другого пути нет? — спросил Марк с запозданием — наставница уже спрыгнула с циклофора и вытаскивала из рюкзака карту.
— Есть запасной, вот здесь, пунктиром… В обход этой горы, — Карина махнула рукой на полурассыпавшуюся, но всё ещё внушительную каменную громадину чуть севернее. Но там деревня совсем рядом, а нам велели избегать людей.
— По возможности избегать, — напомнил Марк. — Сейчас такой возможности нет, — он красноречиво поглядел на залитую долину.
— Похоже на то, — согласилась она и хмуро покосилась на солнце, что уже клонилось к горизонту. — Тогда пошевеливаемся, нужно проехать их до темноты.
***
Деревней это назвать было трудно — скорее, охотничий лагерь, приютившийся у подножья горы, у самой кромки хвойного леса. Несколько хижин, лай собак, гулко разносящийся в ущелье, дым с запахом жареного мяса.
— Через лес, — решила Карина. — Может, не заметят.
Лес оказался совсем не похож на севалийский, через который Марк с Ниланой продирались три пятидневья назад. Здесь почти не было валежника и зарослей кустарников, под колёсами стелилась ровным ковром палая хвоя, а нижние ветви старых сосен висели высоко над головой.
Рены осторожно крутили педали, петляя между стволов, довольные, что не пришлось брести пешком с циклофорами под мышкой. Марк, увлечённый маневрированием и витающий в своих не самых весёлых мыслях, спохватился слишком поздно:
— Рина!.. Впереди люди…
Громкий, яростный собачий лай свёл всю пользу предупреждения на нет.
— Успеем? — Марк кивнул вглубь леса, но старшая, наоборот, притормозила и развернула циклофор. Пришлось последовать её примеру.
 
— Собаки быстрее, — она спрыгнула на землю и взглянула на него. — Замри. Не вздумай их отпугивать, пока не скажу.
Псиная свора налетела, окружила. От истеричного лая закладывало уши, но нападать звери не торопились — загнали добычу и ждали хозяев.
Охотники были пешие, девятеро. Одинаковые, разрисованные линиями и пятнами, штаны и куртки; лица загорелые; глаза узкие, грязно-голубые. Остановились поодаль, луки и копья наготове, но не наводят, разглядывают.
Марк торопливо пробежался по эмоционалам — враждебные, настороженные.
Рядом зазвучал голос наставницы, но Марк ничего не понял — он даже и языка такого не слышал никогда. Она говорила медленно, с трудом вспоминая слова, прокрикивая, чтобы перекрыть лай.
— Что ты им сказала? — тихо спросил Марк, глядя, как охотники переглядываются. По лицам пробежало оживление, но дружелюбия не было и в помине.
— Что просто едем мимо по своим делам, попросила отозвать собак.
Местные, однако, не спешили. Переговаривались. Неодобрительно косились на циклофоры, как на что-то неприличное. Марк с Кариной терпеливо ждали. Наконец один из мужчин, покрупнее, неохотно махнул рукой, недвусмысленно давая пришлым понять, чтобы убирались поскорее.
Марк облегчённо выдохнул. Карина выкрикнула ещё что-то короткое — благодарность или прощание — и вскочила на циклофор, махнув длинной косой.
Раздался резкий окрик. Один из охотников возмущённо показывал на ренну пальцем:
— Сарбунитто!..
— Вот же чёрт, — процедила она. — Марк, пугни псов! И мотаем…
Марк, мысленно благодаря Ортея и свою подопытную Джесс, с расстояния врезался в примитивные эмоционалы животных, вытащил страх наружу. Голова пошла кругом — двенадцать собак это не одна-единственная смирная кошка, как дома — но псы заскулили, поджали хвосты. Под рассерженные крики охотников он вскарабкался на циклофор, качнулся, чуть не упав на бок — рука наставницы крепко схватила руль.
Огибая привычные уже голые прямые стволы, он боялся лишь, что вслед полетят стрелы — но местных, видимо, слишком озадачило поведение собак.
— Чего это они? — поинтересовался он у наставницы, лишь только они оторвались на достаточное расстояние.
— Феты, — презрительно бросила та. — Решили, что мы шпионы Сар-Ба Ниджа. Больно нужны им эти дикари… Чёрт, ну почему нельзя было подписать на карте, что деревня фетская? Лучше бы тогда обогнули по широкой дуге…
***
Лес кончился, солнце скрылось за горизонтом, но они всё ещё крутили педали в сумерках — старшая хотела отъехать от злополучного поселения как можно дальше. В результате палатку раскладывали уже в почти в полной темноте.
Марк вызвался дежурить первым, и Карина охотно отправилась спать. Ночь выдалась безлунной — к вечеру набежали серьёзного вида тучи. Гроза началась в полночь. Он какое-то время сидел, укрывшись плащом и слушая стук крупных капель по водонепроницаемой ткани, но затем решил, что никакого смысла мокнуть дальше нет.
Карина сонно спросила «Время?», но он велел ей спать дальше. Пристроился рядом, не касаясь, и лежал почти неподвижно до конца смены. В кромешной темноте слушал её дыхание и шум дождя, старательно отгоняя нежеланные мысли.
Наставница, когда настала её очередь, безропотно закуталась в плащ и выбралась наружу. Дождь немного успокоился, но Марк всё равно чувствовал себя неловко. Выглянув из палатки, он чуть прибалдело понаблюдал, как она устраивается на ветке ближайшего дерева, и лёг спать, улыбаясь.
***
Тропинка вела через ущелье между двух отвесных скал, поросших мелким ползучим кустарником. И заканчивалась прямо у порога маленького простенького домика на толстых коротких сваях.
Рен в одних серых штанах, без рубахи, сидел на высоком крыльце и с любопытством их разглядывал из-под отросших и в беспорядке торчащих в стороны светлых волос. Марк поёжился — утро выдалось сырым после дождя и не самым тёплым.