Звездная каторга: Ария Гильденстерна (СИ)

Если, конечно, не начать их давить, как тех хвандехваров. Но то был бы способ наверняка укоротить своё никогда вместе с частным его доказательством нескольким произвольно попавшимся оппонентам.
— Уйти нам подобру-поздорову — лучше для всех, — Кай и не заметил, как заговорил лозунгами, — но для нас-то в особенности.
— Что и говорить, — вздохнул Брандт, — попались-то глупо; придётся теперь через 'не хочу' выходить и к ним обращаться.
Как интроверт интроверта, Кай водителя прекрасно понял — с полной мерой сочувствия. Сказал утешительно:
— На самом деле им хочется разговаривать. Просто запрет...
— Вот и не будем дальше тянуть. Выходи пообщайся!
— Я?
— Ладно, пошли вместе. — Брандт отпер свою дверь и спрыгнул к людям на площадь, приглашая Кая следовать примеру. — Эй, приятель, не подскажешь, где мы? В смысле, куда попали?
Но приятель не удостоил его кивка, а приятель приятеля лишь возвысил голос, произнося как по писаному заумную фразу:
— Многие будут смущать твой покой, ты же иди путём праведным, живи не по лжи, очисть разум для новых отважных свершений!
— Спасибочки, так и поступлю, — пообещал Брандт, — а теперь ответь мне...
Ни один из ответов, услышанных в течение ещё получаса, не предназначался лично ему. Кай тоже пробовал — примерно с тем же успехом. У, еретики ползучие!
Но вот ударил колокол с высокой башни, пристроенной к одному из бараков, отличающемуся от других обилием граффити религиозного содержания. Колокол, должно быть, возвестил окончание времени, отведённого на молитву. Во всяком случае, сектанты резко заметили Кая, Брандта и их вездеход.
И что, кто-то кому-то ответил? Как бы не так? Сектанты словно сговорились вышибать клин клиньями собственных вопросов.
— А вы верите в Бога! — спросили, конечно же, первым долгом.
— Чего? — переспросил Брандт.
— Да, — ответил Кай.
— А вы знаете, что Бог вас любит? — хором осведомилось два здешних еретика. Комизм состоял в том, что один обращался к Каю, а другой к Брандту, но текст от их реакции не менялся. Зачем? Ведь без вариаций его гораздо легче запомнить.
— А вы знаете, что Бог нам уготовил рай?
— Да, — Брандт ввернул не без едкого сарказма. — Эр-Мангали, без сомнения, райская планета.
— А вы знаете, что Бог нам уготовил рай прямо на Эр-Мангали? — следующий вопрос, без сомнения, дал водителю почувствовать себя в роли предсказателя.
— Несомненно, — быстро ответил Кай, — но скажи-ка, брат, как зовётся то благословенное место, куда нас довёз вездеход?
И ему ответили. Причём ответили нараспев стройным улыбчивым хором:
— Имя нашему посёлку Новый Зеон!
— Ты слышал? — обернулся Кай к Брандту. — Это Новый Зеон. Не помнишь, как там по карте: далеко ли до Джерихона?
— На моей карте никакого Нового Зеона нет, — с уверенностью возразил тот.
— Наш Зеон не на картах. Наш Зеон в душе! — стеснительно улыбаясь, словно девственница на выданье, произнёс пятидесятилетний муж с пронзительным взглядом.
Кай старательно пропускал мимо ушей идеологическую муть, но крупицы фактов бережно складировал в копилочке памяти. Так, вслед за названием посёлка он узнал имя самой организации. 'Духовное воинство свидетелей Зеонского холма' — вот как оно называлось в макси-версии. А в просторечии — 'свидетели', да и всё.
— А скажите-ка мне, свидетели, где же тогда находится Зеонский холм, если посёлок Новый Зеон, как мы видим, расположен в низине?
На этот вопрос Кая сектанты выдали целый веер версий — разноречивых, но в тот же момент абсолютно верных.
— Новый Зеон, он не в низине, он на высоком холме, просто тот холм незрим для профанов, аллилуйя!
— В Новом Зеоне строится рукотворный холм, когда тот холм будет завершён, он вытянется выше самых высоких гор, к вящей славе Зеона, аллилуйя!
— В Новом Зеоне собраны души праведников, каждая душа суть уменьшенная действующая копия холма Зеонского, аллилуйя!
И многое-многое другое.
А потом подошёл суровый воитель с бластером и произнёс, исподлобья зыркая то на Кая, то на Брандта:
— Преподобный Амос, верховный бишоп Нового Зеона и благовествователь Эр-Мангали, ждёт вас, о блуждающие во тьме насекомые.
 
Не слишком приветливо, зато хоть определённо.
8
Пока шли к всезеонскому бишопу, разозлённый пренебрежительным тоном провожатого Брандт зачем-то рассказывал Каю, что никакого такого Зеона на Эр-Мангали вовсе и нет. Раз на карте не значится, то всё равно как и в жизни не было. Ибо всем ведь и так ясно: при жизни нынешних поколений систему 'Карантин' не снимут, Эр-Мангали не откроют. Когда же такое дело, наконец-то, случится, историю Эр-Мангали напишут задним числом по картам и другим документам. Так вот: в документах тех будет присутствовать Новый Бабилон. И Новый Джерихон. И Свободный Содом. А никакого Нового Зеона там не было, нет и не будет. В общем, зря ребята стараются.
Кай слушал его в благоразумном молчании. Не поддерживал разговор, чтобы не злить проводника с бластером, не возражал Брандту, чтобы и его не раззадоривать. А всё же мысли кой-какие появились.
Откуда-то взялись необычные названия официальных посёлков горнорудной колонии: Новый Бабилон, Новый Джерихон, Свободный Содом. Названия в единой стилистике, о происхождении и значении которых сами обитатели ничего внятного не могут сказать. Почему? Потому что сами они в этом именовании никакого участия не приняли. Были поставлены перед фактом: название теперь таково.
Но кто-то ведь предложил этот свод названий. На кого похоже? На кого-то, кто держит слово в Новом Зеоне. Этот кто-то назвал и собственный посёлок, не попавший на карты, а скорее — намеренно исключённый. Этот кто-то — видимо, через неслабую сеть тайных агентов — назвал и все главные посёлки, место которых на картах застолблено. Зачем ему это? Ха! Кай догадывается, зачем. Имя определяет судьбу, ведь так?
По всему, сектанты замыслили в городках колонии какой-то мощный религиозный переворот с показательными Божьими карами. Известно, что стало с Иерихонскими стенами. И с Вавилонской блудницей. А о Свободном Содоме и говорить нечего. Но то Каю известно. Ну, ещё обитателям бабилонской Башни Учёных. И, скорее всего — Родригесу. А из простых-то жителей обречённых посёлков — можно биться об заклад, никому. Или с 'обречённостью' посёлков Кай перемудрил?
Ну да. Рассуждения рассуждениями, но что эти 'свидетели' могут реально сделать против того же Нового Бабилона, под завязку напиханного стражей?.. Разве проклясть?
Да, они могут проклясть. И судя по многим знакам, проклятие уже действует.
9
Провожатый, должно быть, нарочно долго петлял по посёлку, чтобы показать, что до верховного бишопа просто так не дойти. Когда же подвёл к заветному кабинету, то Кай приметил: окна выходят на ту же самую площадь с праздно шатающимся людом в балахонах.
Да нет, какое там нарочно: дело в обязательных ритуалах. К верховному бишопу полагается добираться так, а не иначе. В противном случае — не все ангельские чины почтишь.
Преподобный Амос оказался лысым, как колено (может, тщательно наголову выбритым) яйцеголовым пастором одной из самых уважаемых юрбургских конфессий астрохристианства. Или, что не менее вероятно, самозваным типом в пасторском облачении, но идеально вошедшим в роль. Ну да кто на Эр-Мангали не самозванец? Неужели Кай?
Милостиво кивнув прибывшим, Амос отослал их проводника и спросил:
— Ваши имена, добрые путники? Род занятий?
Кай и Брандт назвались, причём Кай — именем Эссенхельда.
— Ксенозоолог? Полезная специальность, — оценил преподобный. — Не исключено, что позже я попрошу вас об одной услуге.
— Позже? Вы хотите нас задержать? — осторожно спросил Кай. И бросил тревожный взгляд на не больно-то сдержанного спутника, но тот, не иначе, ради разнообразия, верховного бишопа задирать не стал.